Блоги

02.05.2017 : 16.06

Нэпман и Шановный

Предисловие.

Уважаемый читатель!


Подлинная история человечества скрыта от нас. Это результат всемирного заговора. Все мы, жители планеты, его жертвы. И это, к сожалению, почти, что непреложная истина. Мой знакомый, большой любитель альтернативной истории, от которого я и узнал о существования заговора против подлинной истории человечества, так мне прямо и выложил прямым текстом:

- Все жители земли, как один уже знают, что подлинную историю человечества запретили злые извратители, а вместо неё придумали какую-то фальшивку, для того чтобы люди простые не знали правды. И теперь народы мира живут без истинной истории, и пользуется ложными сведениями о жизни предков. И поэтому жизнь у людей такая плохая, а у извратителей истории жизнь просто замечательная.

Я прямо сразу, как только об этом заговоре от соседа узнал, сразу же по его наводке познакомился в интернете с разными сайтами на эту тему. И после этого полностью проникся этой самой, что ни наесть светлой идеей. И захотелось мне и самому подключиться к этому хорошему делу! То есть не примкнуть к извратителям и жить припеваючи, совсем нет! Но нацепить на себя терновый венок борца за истинную историю. Сам бы я до этого хорошего дела никогда бы в жизни не догадался. А тут когда такое вот безобразие выяснилось, благодаря помощи друзей, всё вокруг стало ясным и понятным! Граждане! Нас просто все обманывают! Вокруг мировой сговор извратителей! Всё это жутко и ужасно и интересно!

Правда, нужно сразу же признаться в том, что в этом деле не всё так безнадежно, как можно было ожидать при такой мощи мирового заговора против правды в истории. Отдельные ученые все же пытаются прорваться сквозь завесу лжи и фальсификаций. И это просто замечательно! Есть еще герои среди ученого люда, не всех еще окончательно извратили! Их светлые имена, совершенно точно останутся в веках! Пока силы заговора сильны и порой борцы за правду выглядят шутами и являются объектами насмешек. Но я убежден в том, что совсем скоро всё изменится. Мы по-другому будем относиться к их научному подвигу! Они подлинные герои! Они бросили вызов устоявшемуся миропорядку. А этот самый миропорядок и покоится на самом деле не на китах, а на знании истории. Или точнее на праве контроля за прошлым человечества.

Фоменко и Носовский – подлинные пророки нашего времени! По размаху замысла их детище «Новая Хронология» ставит своих авторов в один ряд с князем Владимиром, который крестил Русь. Как Владимир освободил Русь от власти прежних богов. Так и Фоменко и Носовский освободили нас от всякого излишнего доверия к научной истории, и правильно сделали. Они извратили извратителей истории столь смело и таким непочтительным образом, что науке истории впору было бы само ликвидироваться от позора! И ведь не одни только Носовский с Фоменко вышли на бой с официальной историей. Целая рать бойцов вышла, чтобы опровергнуть старые истины!

И главное в их подвижничестве это то, что у каждого ученого, борца за правду в истории, есть свой собственный путь к кладовым подлинных знаний, у каждого есть свой метод и своё особенное видение этого самого подлинного историзма! Слава им, слава героям исторической битвы за подлинность в истории! И вот я, хотя и сам раньше часто подсмеивался над борцами против официальной истории, и еще небольшая группа адептов новой веры в правдивый историзм, небольшая группа ученых, в некотором смысле этого слова, тоже решил не ударить лицом в грязь. Нельзя отстать от жизни, надо, наконец, выйти на столбовую дорогу прогресса вместе с Фоменко и Носовским и прочими борцами за свет правды! Действительно, хватит нам сказки рассказывать о том, что происходило в истории! Мы уже давно стали взрослыми для сказок! Да не то, что взрослыми, уже старческий маразм в полный рост подступает, если совсем уж честно!

Так вот. Раз нужно людям узнать реальную, а не придуманную извратителями историю, они её узнают. И узнают они её от нас. Конечно не всю. Всё объять мы не сможем. Но нам есть, что рассказать народу. Пора уже людям узнать подлинную историю Нэпмана и Шановного, узнать о том какую роль сыграли Нэпман и Шановный и их друзья в истории двадцатого века. Как бы, не поздно было! Как бы не опоздать. Не зная подлинной истории ведь можно зайти совсем в иную сторону и пройти мимо сияющих вершин подлинного знания! Но, ближе к свету! Начинаем свой рассказ, а там да поможет нам святой дух Фоменко и Носовского не сбиться с истинного пути!

Первое, мы должны сказать, что начиная рассказ о подлинной истории Нэпмана и Шановного, необходимо вспомним повесть «Собачье сердце» М. Булгакова. Сюжет данного произведения был следующим:

- Москва, 1924 год. Профессор Преображенский задумал небывалый эксперимент — операцию по пересадке собаке человеческого гипофиза. Операция была успешной. У Шарика вытянулись конечности, выпала шерсть, появилась речь, и он принял человеческий облик. Но скоро между Шариковым и профессором возникает конфликт. Преображенский требует от Шарикова убраться из его квартиры, тот отказывается и достаёт револьвер. Борменталь, помощник профессора, обезоруживает Шарикова, затем вместе они проводят новую операцию, превращая Шарикова обратно в собаку. Пёс не помнит ничего из того, что с ним происходило, и остаётся жить в квартире профессора.

Было много различных толкований данного произведения, наиболее распространённое среди них это то, что Шариков это образ люмпен-пролетариата, неожиданно для себя получившего большое количество прав и свобод. Считается, что в повести Булгаковым были предсказаны массовые репрессии 1930-х годов. Ряд булгаковедов считает, что «Собачье сердце» было политической сатирой на руководство государства середины 1920-х годов. В частности, Шариков-Чугункин — это Сталин (у обоих «железная» вторая фамилия). Проф. Преображенский — это Ленин (преобразивший страну), его ассистент доктор Борменталь, постоянно конфликтующий с Шариковым — это Троцкий (Бронштейн). Ассистентка Зина — Зиновьев и т. д.

А теперь – внимание! Запомните это имя. Шариков. Оно через некоторое время снова всплывет в русской литературе. И даже появится в одном из самых знаменитых советских мультфильмов. Знаменитые «Трое из Простоквашино» и прочие ужастики! Вроде бы детская книжечка. Так люди и воспринимали эти истории, как милую или сатирическую шутку. Как чистой воды фантастику. Для детей.

И лишь теперь, после того, как стали доступны подлинные документы совершенно секретного проекта НКВД по создания человека нового типа - гомо советикус нормале «Нэпман и Шановный», а так же посмертные записки бывшего сверх секретного агента НКВД Икс-776. Правда, о так называемом проекте «Шариков» так же стала достоянием российской и мировой общественности. До этого плотная занавесь секретности закрывала все подробности данного проекта. Произведения же, упомянутые мною, были специально пропущены цензурой для высмеивания всякой подлинной информации о проекте, которая вопреки режиму секретности всё же прорывалась за пределы секретных лабораторий. Итак, наш рассказ, о подлинной судьбе проекта. О жизни кота Нэпмана и пса Шановного и их друзей соединивших в себе изуверством советских ученых человеческую сущность и животное тело.


Глава 1


История эта началась примерно в двадцать восьмом году двадцатого века, или может не в этот год, но точно где-то возле этого времени. И началась в одном из южных портовых городов СССР. Город для порядка назовем Светлогорск, хотя вполне возможно это и был Ростов или иной южный город, сейчас нет смысла это уточнять.

Так вот. В Светлогорске в то время уже давно властвовала поздняя осень. Оставались считанные дни до начала календарной зимы. А в день, о котором я сейчас вам рассказываю, стояла особенно мерзкая погода. На улице шел унылый дождь, время от времени превращавшийся в снег. С моря дул, пронизывающий до костей, сильный холодный ветер. На море был сильный осенний шторм. Хозяин небольшой фирмы Александр Иванов, которого весь город величал не иначе как паном Нэпманом, молодой крепкий человек, примерно 180 сантиметров роста, 28 лет от роду, с могучей мускулатурой, натуральный блондин приятной наружности со светло-синими глазами сидел за стойкой в своей конторке и смотрел в окно на улицу. На улице прохожих в тот момент практически не было, несмотря на то, что было почти три часа дня.

Нэпман сидел у окна, и почти не слушал рассказ своего единственного оставшегося работника, Василия Петровича Стародубцева, которого сам всегда называл паном Шановным. Шановный был лет на 20 старше своего нанимателя, это был мужчина среднего роста, крепкого телосложения, брюнет, с густыми вьющимися волосами. Говорил он всегда степенно и весомо. В старые времена Шановный был крупным государственным чиновником, а с началом первой мировой войны, оставил гражданскую службу и добровольцем отправился на службу в регулярную армию.

В самый канун февральской революции Шановный был тяжело ранен, и его отправили на лечение в Петроград, домой. Там он и пережил все тяготы того веселого времени. Болел он долго и тяжело. А потом. Когда гражданская война завершилась, а отец с матушкой умерли, Василий Петрович по совету врачей перебрался на юг, в Светлогорск. И этот переезд оказался весьма полезен для здоровья Стародубцева. Здоровье его практически полностью восстановилось буквально в течение одного года. Сразу после переезда он и познакомился с Александром, который поразил его своей энергией и предприимчивостью. Александру тоже приглянулся толковый обходительный мужчина, и он пригласил Василия Петровича в свою небольшую фирму, помогать в работе. И со временем Александр стал называть Василия Шановным, в память о том, что некогда тот был большим царским сановником. Василий не обижался на друга. Им хорошо работалось вместе, и вскоре дела у них пошли в гору.

Но теперь всё изменилось. Ситуация в фирме была сложная. Дела шли хуже некуда. И проблема была не в отсутствии умения работать или в слабости деловой хватки у Нэпмана и Шановного. Фирму молодое советское государство со всех сторон обложило налогами и поборами и всяческими ограничениями, впору было закрывать свой бизнес. Любой заработок был необходим в такой ситуации, и тот который нашел Шановный, мог как-то помочь выжить в данный момент. Об этом, как можно поправить дела с помощью нового проекта, Шановный и вел речь:


- Дело верное, Нэпман. Фирма веников не вяжет! Там в закрытой зоне открылось предприятие какое-то вроде бы научный врачебный центр. Особо людей не пускают в это место. Но я смог втереться в доверие к местным охранникам. И всё про этот институт узнал. Тут самое главное вот что. В огромном количестве они закупают у населения кошек и собак. Готовы они и с нами заключить контракт. Обеспечим им поставку котов и собак. Уж я им котов то море наловлю. Не люблю я этих животных с детства, уж не знаю почему. Будь спокоен, лучше меня никто котов наловить не сможет. Я в этом деле лучшим точно буду. Доход у нас будет неплохой.

- А что за фирма то там расположилась? Кто директор? Сколько готовы платить? – поинтересовался пан Нэпман.

- Не знаю точно. Просто слышал, как один из работников звонил по телефону и сказал, что это отряд 636. А директора там зовут профессором Синельниковым, он там главный по всем вопросам, в том числе и по поставке животных. Он и цену свою нам и скажет. Так мне охранник и сказал – пояснил Шановный.

- Не знаю. Дела какие-то странные творятся у нас в городе. Люди стали бесследно исчезать. И в основном бывшие наши знакомцы по делам торговым. Вон недавно бывший купец Сутягин исчез, ровно его и не было. Пришли в лавку к нему, а его и нет. И никаких следов. Слухи стали ходить разные. Мол, начали истреблять всех нэпманов и бывших благородных кровей паразитов в научных целях в тайне и всех подчистую. И тут еще этот институт твой подозрительный. Не нравится мне все это. Что-то тут не так – засомневался Нэпман.

- А может ты и прав, но давай всё же попробуем с этим институтом наладить сотрудничество, может всё не так уж и трагично получится. Рискнем? – спросил Шановный.

В ответ Нэпман лишь вяло махнул рукой. – Ты и мертвого уговоришь! Завтра отправимся в этот институт и всё там, на месте и разузнаем.


На следующий день Нэпман и Шановный отправились на переговоры к профессору. Профессор встретил с радостью гостей. Он сказал, что готов дать хорошую цену за животных, так как институт сильно нуждается в собаках и кошках для проведения научных экспериментов. По результату переговоров с профессором стороны подписали типовой договор, и Нэпман с Шановным занялись новым видом деятельности, обеспечением института подопытными животными.

И работа закипела. Шановный смог и в правду поймать большое количество кошек, они с Нэпманом отвезли зверушек в институт и сдали приемщику и тут же получили причитавшееся им вознаграждение. И такая деятельность продолжилась несколько дней. Шановный отлавливал кошек, и отвозил их в институт, где ему сразу же выплачивали вознаграждение.

А в одну из очередных сдач животных Нэпмана и Шановного пригласили охранники вроде бы для какого-то пустяшного дела во внутреннее помещение института.

Когда они вошли в большое помещение, к ним сразу же подошли люди с оружием и арестовали их. Нэпман и Шановный попытались протестовать, но солдаты предъявили им решение трибунала об их аресте. Мало того, как заметил Шановный, решением трибунала он вместе с Нэпманом был приговорен к смертной казни через расстрел за преступление против СССР. Решение было подписано днем ареста. Так задержание их и состоялось.

Арестованных долго вели через сверкающие чистотой внутренние помещения института в подвал огромного комплекса зданий. Через некоторое время их привели к железной двери. Сопровождавший солдат, тот, что был спереди, нажал на кнопку, и через несколько секунд дверь отворилась, и из неё вышел вооруженный карабином солдат в белом медицинском халате.

- Принимай пополнение. Еще парочку бревен к вам доставили. Примите и распишитесь – сказал первый сопровождавший солдат и протянул бумагу воину в белом халате. Тот быстро окинув Нэпмана и Шановного взглядом, что-то резкими движениями начертал в бумаге и вернул её солдату из сопровождения. Тот принял бумагу и солдаты стали заталкивать в коридор за железной дверью арестантов.

- Куда же вы нас привели ребята? Что же с нами здесь будет? – спросил у солдат Шановный. Но те в ответ промолчали, и только в глазах у них арестант увидел выражение безумного, леденящего душу страха.
***

Прошли месяцы.

Всю короткую майскую ночь в подземной лаборатории сверхсекретного объекта Шавки – 14 , известной в народе, как отряд 636. оборудованной по самым передовым мировым стандартам не прекращалась работа. Нужно сразу сказать, что она там практически никогда и не прерывалась. Но в ту ночь все было намного серьезней, чем всегда. Повсюду в стерильной чистоте операционных залом велись бесконечные операции, огромным количеством бригад врачей. В воздухе чувствовалась какая-то особая тревога. И это было всё совершенно неспроста. Ждали приезда Хозяина. От этого визита очень многое зависело для руководителей и участников проекта.

Руководитель чудесной лаборатории, профессор Синельников, еще достаточно молодой, высокий и стройный мужчина в белом халате, нервно курил трубку, прохаживаясь по своему кабинету. «Уж полночь близится, а Германа всё нет» - крутилась у него в голове строчка из «Пиковой Дамы». Решительно невозможно было выносить это тягостное ожидание. Синельников был предупрежден о приезде самого главного гостя в стране, были предприняты все возможные меры безопасности, но точного времени прибытия важного гостя не было точно установлено. По телефону ответили – ожидайте. Синельников подошел к зеркалу и посмотрел в него, для того чтобы еще раз убедиться в том, что одежда его находится в идеальном порядке перед приездом вождя. Ученый очень походил на Дон Кихота: густые черные волосы, тонкое, узкое лицо, взгляд же его черных глаз был подобен взгляду змеи. Он был холоден и неподвижен.

Вдруг зазвенел один из множества телефонов стоявших на рабочем столе Синельникова.

- А ты, чёрт, понаставят аппаратов, потом бегай между ними! Какой же звенит? – вскричал ошалевший от внезапно возникшей проблемы ученый. Потом он поднял один из множества телефонных аппаратов стоявших на письменном столе, и сразу же произнес:

- У аппарата профессор Синельников.

В трубке раздался знакомый всей стране голос:

- Доброй ночи гражданин Синельников. Мы не стали вас отрывать попусту от вашей работы и сами с товарищем Калиниченко, вашим заместителем посмотрели хозяйство, через пару минут будем у вас в кабинете. Надеюсь, чаем вы нас сможете угостить? Мы с товарищами в дороге продрогли основательно. Вы это-то надеюсь хоть в состоянии организовать? Решительно надеюсь, что проблем с этим у вас не будет. Я правильно надеюсь, дорогой наш профессор?

- Чай будет, товарищ Сталин – холодно ответил на вопрос Синельников.

- Спасибо пока говорить не буду, чай выпьем, обсудим кое-что, а потом спасибо – сказал Сталин и положил трубку.

Синельников, положив трубку телефона, нажал на кнопку оповещения, в кабинет вбежал секретарь, и через несколько минут в кабинет внесли огромный самовар и быстро накрыли на стол. Всё это заняло не больше десяти минут. А еще через минуту в кабинет без стука вошел Хозяин вместе с Ворошиловым и Тухачевским и сразу же по приглашению владельца кабинета заняли места за столом.

– Сам давай присаживайся к нам поближе, есть нам, о чем с тобой побеседовать, дорогой ты наш ученый человек – сказал тихим голосом Сталин, приглашая профессора занять стул рядом с ним.

Тухачевский посмотрел с сомнением на Сталина и начал говорить:

- Институт работает под руководством профессора Синельникова много лет и за это время мы многого добились.

Но Сталин сразу прервал Тухачевского.

- Хочу вам сразу сказать. Дорог ваш профессор и его институт нашему народу и партии, страшно как дорог. Как ты помнишь Алексей, институт твой это научное учреждение, и это вроде бы подлинная информация дорогой ты наш профессор. Я это тебе точно говорю. Не богадельня, не церковь всех святых, а вроде как научный центр. Я для тебя Америку тут не открыл? Надеюсь, что нет. Так вот. Я тебе показывать пальцем не буду на того человека, который нам обещал решить все наши вопросы по созданию гомо советикус коммунизмус нормале уже в этом году. Это был ты, уважаемый профессор и вас во всем поддерживал именно вы наш славный военачальник товарищ Тухачевский. Мы вам поверили в очередной раз. И что мы сейчас имеем? Что?

Тухачевский молчал, напряженно вглядываясь в лицо профессора, а Сталин продолжал говорить:

- Год фактически завершился. А где результат? Нет никакого результата! Кто за это несет ответственность? Я тебя спрашиваю! – почти прокричал последние слова Сталин.

Ворошилов сразу же, после этих слов, завернул полу кителя и расстегнул кобуру. А потом спросил:

- Есть ли у вас господин профессор, что сказать в свое оправдание? Или так и будете молчать?

Профессор, подождав некоторое время, пока товарищ Сталин извлекал из коробки свою любимую трубку, пока набивал её табаком и затянулся ароматным дымом, встал с места и подошел к своему рабочему столу. Некоторое время он манипулировал с какими-то рычажками. Нажал кнопку – в одной из стен раздвинулась панель. За ней виднелись полки, на них – ряды металлических контейнеров.

– Вот здесь я храню наиболее ценные препараты – спокойно произнес профессор.

Он взял один из контейнеров и медленно двинулся к столу, за которым сидели его высокие гости. Подойдя к столу вплотную, профессор положил его прямо перед Сталиным. Внимательно посмотрел на реакцию вождя, а потом произнес:

- Вы помните товарищ Тухачевский 24 год и нашу первую совместную работу. Точнее, работу под вашим непосредственным руководством. Много с того времени воды утекло. Тогда мы все были молоды и наивны. Всё нам казалось возможным. Мы были излишне открыты и доступны. Помните, как мы пригласили тогда к нам для освещения нашей работы этого вашего знакомого, писателя. Сейчас не вспомню его фамилию, говорят, он про нас тогда написал даже произведение какое-то.

Сталин сразу встрепенулся, недовольно поморщился и быстро произнес:

– Да, я слышал об этом. Это было большой ошибкой с вашей стороны товарищ Тухачевский.

- Но мы приняли соответствующие меры – заявил тут же Тухачевский. - Книгу то писатель написать написал, но нигде этого не опубликует, тут не о чем говорить. Хотя, на самом деле, он наш человек, и всё, что делает, делает по совету с нами.

- Вспомните сами то время. Ведь вы тогда не только писателю свою работу показали, а еще множеству лиц, которым вовсе и не следовало бы ничего знать о деятельности вашего института. Так что стали расползаться по городу различные слухи нехорошие о работе вашей конторы. Пришлось нам вас в эти благодатные края перебазировать – резко ответил Сталин.

- Да, это так – согласился Тухачевский. - А для прикрытия мы по согласованию с работниками ВЧК и попросили этого писателя написать произведение, в котором бы осмеивалась, как анекдотическая ситуация с опытами по превращению животных в людей. А потом переписанные и перепечатанные копии этой книги были распространены среди интеллигенции. Слухи о работе вашего института сразу же исчезли. Так, что тут беспокоиться не о чем. Это первое. А второе. Мы тогда были чрезмерно загружены работой, и многое не смогли серьезно проконтролировать. Я так и не узнал, жив ли еще ваш герой? Тот самый, с которым было столько шума. Неужели этот контейнер содержит внутри себя того самого несчастного малого, Шарикова?

- Нет, товарищ Тухачевский. В контейнере наши новые разработки, а Шариков, в смысле уже давно Шарик, уже несколько лет лежит заспиртованным в кунсткамере – ответил Синельников.

- Хорошо, рассказывайте подробно о вашей работе. У нас есть к ней серьезные вопросы – сказал Сталин.

- Хорошо, что мы вспомнили первый наш период работы. История с Шариковым была апогеем этого этапа. Да, мы тогда торжествовали. Казалось секрет гомункулуса у нас в руках. Люди с небывалыми фантастическими способностями помогут нам захватить весь мир. Они станут главной силой в нашей непобедимой Красной армии. Но всё оказалось сложней, чем мы думали. Строитель коммунизма. Наш простой советский сверх человек должен быть способен к сложной работе мозга и к выполнению особо сложных задач.

А опыт с псом, из которого был создан Шариков, как и с другими испытуемыми животными, показал в ходе тысяч экспериментов, что гомункулус получается только лишь из тех представителей рода человеческого, чья природа совершенно близка к зверской природе. В иных случаях наука была бессильна. Это был тупик, в котором мы находились достаточно долго. Создавать кретинов не имеет особого смысла, их итак много. Толку с них никакого нет. В конце концов, мы поняли, что решения в данном направлении нет.

Сверх человека своего советского нам придется делать на совершенно новой основе. Мы пришли к выводу, что нужно сконцентрироваться на работе с теми слоями общества, в которых проявления животного начала мирно соседствует или, во всяком случае, имеет отношение к умственным способностям и сильному характеру и которые к тому же сегодня являются нашими историческими противниками. А это, как мы определили, были нэпманы и сановные дворяне, и прочие бывшие господа. Так и возник наш проект, который я думаю, с сегодняшнего дня получит новое кодовое название - «Нэпман и Шановный».

Сталин махнул рукой в ответ и произнес:

- Я лучше всех осведомлен о том, что для ваших опытов были использованы сотни нэпманов и представителей сановного дворянства, те, что были осуждены революционными трибуналами на смерть за преступления против советской власти и граждан страны в последние годы. Сколько средств на вас страна зря испортили. Это просто ужас! А уж тем количеством собак и кошек, что вами были использованы, можно было бы 200 лет кормить всю юго-восточную Азию. Меня интересует не это, меня интересует, есть ли у вас результат. Если есть - покажите его нам. А если нет, то тогда это другое дело. Тогда не о чем и говорить.

Профессор подошел снова к своему столу и нажал на какую-то кнопку. В противоположной стене от той, где находились контейнеры, открылась дверца, и Синельников, войдя в неё, оказался в небольшом помещении. Оттуда он вынес обратно в кабинет небольшую корзину. И подойдя к Сталину, положил корзинку на стол прямо перед ним.

- Прошу любить и жаловать. Нэпман и Шановный.

В корзине удивленный Сталин увидел совсем маленького котенка и щенка. Ворошилов с усмешкой щелкнул по лбу котенку и тот как-то сразу ощерился.

- И что? Я не понял вас, профессор. Где же гомункулус? – спросил Сталин.

И профессор, заметно нервничая, ответил:

- Да вот же перед вами. Это чудесное открытие, животные, наделенные человеческой речью и человеческим разумением. Новый вид гомункулуса – воскликнул Синельников - представьте себе, какие огромные перспективы у нас с вами теперь открываются. Суперагенты коты и собаки на службе у коммунизма! Мы с помощью их сможем завоевать для красного проекта весь мир! Мы полностью изменили нашу научную концепцию работы. Раньше мы пытались из животного породить человека и получили в этом деле неплохие результаты. А сейчас мы из человека создаем животное. Точнее не простое животное, но животное с человеческими мозгами и фантастическими звериными возможностями. Это звери скоро станут настоящими монстрами. Они будут абсолютно непобедимыми чудовищами, но внешне будут такими же, как и обычные кошки и собаки. Это невероятный успех!

- Хорошо звучит. Но хватит слов. Демонстрируй таланты своих питомцев – сказал Сталин.

Некоторое время с нарастающим ужасом Синельников пытался добиться от животных проявления их способностей, но всё безрезультатно, они лишь как безумные орали и вели себя как обычные животные. Тогда профессор стал с силой давить на зверей своими руками, так что от нестерпимой боли они стали издавать дикие звериные вопли. И тут не выдержал Сталин. Он резко крикнул:

– Хватит! Взять его!

В это время в кабинет вошел заместитель директора. А Сталин между тем продолжал крыть профессора Синельникова последними словами:

- Сволочь и проститутка. В подвал его самого направьте и проследите товарищ Колесниченко. Чтобы не сбежал от правосудия. Под суд мерзавца. С этого дня вы будете директором института.

Солдаты ворвались в кабинет еще через пару секунд и молниеносно скрутили профессора Синельникова и сразу же увели его в подвал института. Сталин вышел из кабинета сразу же. А Тухачевский, как Хозяин вышел из кабинета властным тоном от себя добавил:

– Товарищ Калениченко проследите, чтобы профессор прямо сегодня был использован для целей науки, с него точно хоть какой-то прок тогда будет.

- Приказ ваш будет сегодня же немедленно исполнен, ценный материал в виде профессора Синельникова сегодня же будет использован для пользы родины и науки – бодро доложил новый директор института, еле сдерживая себя от радости.

- Добро. Не будем зря беспокоить судебные органы – сказал Тухачевский сердито.

- Зверушек я заберу с собой, отдам их городским детям, пусть порадуются – сказал Ворошилов и взял в руки корзинку с животными и передал её своему ординарцу. Тот сразу же направился во двор института и там положил корзинку в салон автомобиля Ворошилова. Сталин со своей охраной к этому моменту уже покинул территорию института. Через непродолжительный период времени, и Ворошилов вышел из здания и сел в автомобиль, в помещении института остался из гостей один лишь Тухачевский. Но и он через некоторое время покинул территорию института.

И сразу же после того как машина Ворошилова выехала за пределы особой зоны, он попросил ординарца сделать для него бутерброды с колбасой. Оказалось, что опасливый царедворец во время посещения института, боясь отравления, не прикоснулся ни к одному из блюд. Немного перекусив, Ворошилов вынул из корзинки котенка и хотел его погладить, но котенок сразу укусил его за палец. Нарком обороны тут же приказал приостановить машину и вышвырнуть корзинку с животными на улицу. Ординарец тотчас исполнил распоряжение начальника. Как только машина отъехала от корзинки, котенок высунул голову из неё и вдруг произнес:

- А ты Климент Ефремович, неправильно бутерброд ешь. Он у тебя колбасой вверх, а у нас в третьем ленинском интернационале едят колбасой снизу. Так нам Ленин завещал, подлинным большевикам. А ты, наверное, уже и во фракцию вступил, сознайся, тебе легче будет.

Песик тут же подхватил:

- Верно, Нэпман толкует, сознайся и главное с нами колбасой поделись и тогда и партия и товарищ Сталин тебя простят и помилуют за то, что с Троцким был другом, и вообще тебе по жизни точно лучше будет! Век воли не видать!


Глава 2


В кабинете руководителя института, обозначенного в сверхсекретных документах ГПУ СССР под кодовым названием Шавки-14, царило необычное оживление. Новый его владелец Василий Калиниченко, ночью назначенный директором института, не откладывая дела в долгий ящик, въехал в кабинет утром и сразу постарался создать для себя привычный рабочий комфорт. Большинство вещей напоминавших о бывшем директоре были быстро вынесены и переданы на склад торопящейся угодить новому руководителю обслугой еще до того, как в помещение перенесли вещи нового директора. Осмотрев кабинет, директор остался доволен. Он разместился на своем новом рабочем месте и попросил секретаря соединить его с главным лабораторным корпусом. Через несколько секунд дежурный по корпусу поднял трубку и доложил руководителю о том, как проходит работа. Выслушав доклад, Калиниченко приказал:


- Птицу эту новоявленную, ту, что прооперировали сегодня ночью, принесите срочно ко мне в кабинет. Нечего её держать в общем вольере, всё-таки птица это не простая, и такая неосторожность может привести к теоретической возможности утраты сведений, составляющих собой особую государственную тайну. Поэтому незамедлительно примите меры. Найдите хорошую, вместительную клетку и положите в неё птицу и принесите ко мне. И главное, сделайте это как можно более срочно. Я жду у себя в кабинете.

Через 15 минут клетку с большим вороном, неподвижно лежащим на дне, принесли в кабинет директора. Когда посыльный вышел, директор нажал на кнопку, и сразу же отворилась потайная дверь в стене. Подняв на руки клетку, Калиниченко вошел в скрытое за дверью небольшое помещение. Там он положил клетку на небольшой стол. И какое-то время с торжествующей улыбкой смотрел на забинтованную птицу, неподвижно лежавшую на полу клетки. А потом произнес:

- Ну, вот Леша как жизнь то повернулась то! Тебя уже считай, и нет на свете, человеческая твоя жизнь прервалась самым печальным образом. Тебя нет, а я жив и здоров и сейчас буду сидеть в твоем кабинете, и жить твоею директорской жизнью и пользоваться всем, что было в твоем мире в свое удовольствие. А ты в это время будешь сидеть в этой клетке столько времени, сколько мне это будет нужно. Ты скажешь, что это несправедливо, что это незаслуженная кара, постигшая гения. Нет, Алексей! В этом, в том, что произошло сегодня с тобой, есть высшая справедливость. Есть!

Радостно потирая руки, новоявленный директор института подошел к шкафчику, открыл его и вытащил из него бутылку с дорогим коньяком. Налив себе в стакан благородный напиток, директор одним глотком проглотил весь коньяк. И с блаженной улыбкой на лице продолжил говорить:

- Признайся, друг мой старый. Ты, ведь всегда меня считал глупцом, человеком второго сорта. Я был ничтожеством у твоих ног. Ты был царем и богом. А я лишь твоей жалкой тенью. Ты был великим ученым, а я жалким безграмотным партийным выдвиженцем, ты относился ко мне с презрительным безразличием. Как к какой-то части, возможно, полезного, но не особо ценного инструментария для твоей работы. Ты повелевал, а я беспрекословно подчинялся. Тебе казалось, что всё так и должно было быть. Ведь ты лучше меня умеешь работать, ты знаешь намного больше, чем я, ты умнее меня. Но только теперь ты поймешь, что истинным глупцом был не я, а ты сам. Что ты молчишь? Тебе страшно?

С этими словами директор слегка толкнул клетку с птицей. Потом лицо его исказила гримаса злобы, и он сказал:

- Я для тебя не был полноценным человеком. Ты считал меня чем-то сродни твоим кошкам и собакам. Признайся, что думал ты именно так обо мне. Не как о равном тебе человеке. А я всё продумал, всё, вплоть до просьбы к вождям использовать тебя в научных целях. Я разработал и осуществил заговор за твоей спиной, а ты ни о чем так и не догадался, до тех пор, пока не попал на стол к вивисекторам, прервавшим жизненный путь грешного директора центра Шавки -14. Скажу теперь уж честно. Свалить тебя было непросто, поддержка у тебя была сильная, но я это всё равно сумел организовать. Ты же меня слышишь?

Тут новый директор института снова толкнул клетку и сказал немного спокойнее:

- Если ты меня сейчас слышишь, то ты наверно пытаешься мне злобно возразить. Мол, всё равно ты глупец. Ведь меня ты устранил, а вот как ты сам, без моего опыта и знаний сможешь работать директором института? Не обольщайся. Хочу тебя огорчить. Я об этом тоже заранее подумал. Работать будешь за меня ты. А я буду за это для тебя хорошим хозяином. Свежая вода, овес, возможно как премия ворониха. Короче, принцип социализма, кто не работает, тот не ест. Понятно? Я думаю, что понятно. Не будет у тебя никакого другого варианта, кроме как работать на меня. И это ты должен как можно быстрее для себя уяснить.

В этот момент глаз ворона на секунду приоткрылся, и новому руководителю Шавок -14 показалось, что в нем сверкнуло пламя неукротимой ненависти. И Калиниченко еще тут же почудилось, что он слышит голос, который неосязаемо тихо произнес – Я отправлю тебя в Ад. Лицо директора института побледнело, руки, и ноги его затряслись, его зашатало. Сильным усилием воли, сдерживая свой страх, Калиниченко быстро вышел из комнаты и торопливо закрыл за собой дверь. После того как дверь закрылась ворон открыл еще раз один из своих глаз и тихо каркнул.
***

В это время рядом с дорогой, которая вела в город, быстрым шагом шел бывший директор института профессор Синельников, а ныне враг народа, с поддельными документами, выписанными на бывшего красноармейца Петра Зайцева. Его еще не искали, точнее не могли еще начать искать, но обман должен был вскрыт через некоторое время. Поэтому нужно было, как можно скорее убраться отсюда, как можно дальше. Лучше всего бежать за пределы СССР.

Хорошо еще, что все обошлось именно так. Верные люди смогли, выручить Синельникова в трагический час его жизни. Они пошли на страшный риск и представили дело так, как будто превращение профессора Синельникова в ворона действительно было произведено. Обычная ворона была прооперирована и была представлена, как новый вариант профессора Синельникова начальству. Профессор Синельников зло подумал - вот пусть теперь с этой птицей и с новым директором вожди попробуют реализовывать свой проект создания сверх человека. А он больше им не слуга.

Риск был, но он был вполне оправданным со стороны друзей Синельникова. Товарищи профессора могли смело объяснять отсутствие результата в случае с вороном целым ворохом причин, и перепроверить их было бы сложно. Положительные результаты были в их работе крайне редки. Такова была специфика их работы. Не хочет пан директор бывший общаться с новым директором? Значит, пока не может. Возможно, что-то пока в мозгах у птицы не нормализовалось.

Всё так. Но нельзя расслабляться. Профессор понимал, что в любом случае Калиниченко обязан, будет уже завтра перепроверить все данные по операции с вороном, и у него могут возникнуть подозрения. В крайнем случае, послезавтра он может проинформировать куратора в НКВД в Москве о том, что эксперимент не удался и вполне возможно потому, что профессор Синельников был спасен своими подельниками, врагами родины и народа, давно затаившимися среди сотрудников института. И тогда за Синельниковым начнется охота. Теперь самое главное ему не попасть быстро в руки НКВД. И поэтому сейчас нужно было уйти как можно дальше от опасных мест и постараться затеряться среди людей.

Оглянувшись назад, бывший директор посмотрел на здание своего института. И сердце его непроизвольно сжалось. Какое падение! Какое невероятное горе! Дело всей его жизни в одночасье рухнуло в небытие. Профессор шел, и слезы ненависти и обильно отчаяния текли по его щекам. Вся жизнь пошла насмарку. Все жертвы и преступления были совершены зря. Это было невыносимо.

- А может честнее всего просто пустить себе пулю в висок, и поставить точку в этом кошмаре? – подумал Синельников. После короткого горестного размышления профессор вытащил из кармана пистолет и крепко сжал его в руке.

Потом сказал сам себе, что надо бы это сделать подальше в лесу, чтобы труп его быстро не нашли, иначе его товарищей по работе будет ждать тяжелая кара со стороны руководства института и чекистских органов. Приняв решение, он свернул с дороги в лес.

И в этот момент профессор увидел прямо перед собой знакомую корзинку. Профессор схватил её и откинул крышку. Котенок и щенок просто обомлели, увидев профессора, и вскричали:

- Сдохни тварь! Тебя же должны были пустить на опыты! Сатана! Сгинь нечистая сила!

Профессор тоже буквально взвизгнул от злости. Увидев своих питомцев и тоже вскричал:

- А ведь бог на свете есть! Зверушки я вас сейчас буду убивать. Я вас замучаю! Я вас уничтожу!

От ярости у профессора по щекам полились слезы. Он сказал, вытирая слезы:

- Ладно, раз всё так получилось, то всё к лучшему. Бог хочет, чтобы я жил, чтобы я дал миру сверх человека и сверх зверя. Я буду жить врагам назло. Я своего еще добьюсь. Мы тут не будем торопиться, мне сейчас некогда, но позже, я обязательно с вас с живых шкурки поснимаю. Вы у меня попляшете еще. Все мои проблемы из вас приключились, ироды!

Кот тут же яростно ответил:

- Сам ты ирод проклятый. Что ты знаешь о действительно серьезных проблемах? Вот у нас из-за тебя проблемы, так уж проблемы. Убью! – и с криком кот попытался откусить палец профессора. Тот быстро закрыл крышку и продолжил свой путь, не выпуская из рук ручки корзинки.
***

В городе профессор оказался к вечеру. Здесь им была снята в своё время через подставных лиц квартира, в которой он останавливался крайне редко, только если ему было нужно на время остаться совершенно одному, и погрузиться в свои научные размышления. Теперь он направился туда снова. Зайдя в квартиру, профессор первым делом вскрыл потайной ящичек и извлек из него заначку, припасенную на черный день.

Профессор был одинок и всю свою жизнь посвятил науке. В жизни он был непритязательным человеком, а доход был у него солидным. И поэтому сумма заначки была огромной для обычного советского человека. С этими деньгами можно было спокойно перебраться в отдаленный город приобрести себе жилье и зажить новой весьма комфортабельной жизнью. Страна то большая, даже всесильный аппарат ГПУ не сможет отыскать человека, затерявшегося в недрах Сибири. И даже в небольшом городе, в центре страны найти бывшего профессора Синельникова будет крайне сложно, поскольку запасливый Синельников держал у себя еще на всякий случай бланки всевозможных документов. Опыт работы на нелегальной работе в царское время у него был солидный. Несмотря на еще достаточно молодые годы.

Да и в руках теперь были и живые результаты его работ. Нэпман и Шановный. Если заставить их сотрудничать с собой, то тогда можно было бы и снова воскреснуть. И как профессор Синельников снова стать звездой советской науки. Но лучше всего было, конечно, теперь перебраться за кордон. В Америке или Германии сумели бы оценить такого гениального ученого, как Синельников. Там он быстро стал бы миллионером и как сыр в масле катался. Шанс такой явно был.

Немного успокоенный профессор лег на кровать и забылся тяжелым сном. В этот момент из корзинки сумел выползти котенок, а затем и щенок покинул корзинку. Нэпман сказал своему другу:

- Кажется, этот гад уснул. Ты понял, что наш палач и погубитель хочет скрыться от властей и нас с собой захватить. Хрен ему. Мы ему не дадим это сделать. Ты отсюда выползти не сможешь, потому спрячься пока в комоде. А я отправлюсь организовывать расплату с нашим дорогим профессором Синельниковым. Я надеюсь, что скоро вернусь обратно. Устроим врагу нашему достойную кончину и там будем вдвоем о своей судьбе горемычной размышлять, как дальше жить. А пока только месть. Я дышать спокойно не могу, глядя, как эта гадина спокойно спит. На нем кровь бессчетного числа хороших людей, на нем безвинно погубленные миллионы жизней различных животных, а он спит себе, как будто, так и надо!

- Ты уж не оставляй меня одного надолго, дорогой мой товарищ – грустно промолвил Шановный – Может ну его в баню, этого гада. Просто сбежим от него. А там как-нибудь будем решать, как жить дальше.

- Нет, он, профессор этот должен расплатиться с нами своей подлой жизнью за свои преступления. Я мяукать спокойно не смогу, если эта тварь будет продолжать ходить по земле. Не бойся, я быстро вернусь обратно – сказал Нэпман.

После этих слов котенок по шторе быстро взобрался вверх и, открыв лапкой форточку, выбрался наружу. А через примерно полчаса в комнате, где спал матерый бандит Гриша Черный, главарь самой опасной и неуловимой в этом городе банды, раздался подозрительный шорох. Чутко всегда спавший, преступник молниеносно проснулся и сразу же нащупал рукой пистолет. В полной тишине раздался шепот:

- Здоров ты спать, Гриша. Дело у меня к тебе есть, серьезное дело, ты главное пока не вставай и свет не включай, потом тебе объясню почему.

- Нэпман? Что у тебя с голосом? Ты что с ума сошел ко мне заходить без спросу, да потом еще и условия мне ставить? Ты парень совсем нюх потерял – возмутился слегка ошарашенный столь неожиданным ночным визитом главарь банды.

- Наоборот, с нюхом у меня теперь дела обстоят намного лучше, чем прежде. А у Шановного теперь нюх вообще, стал невероятно хорошим. Радости, правда, с этого никакой – ответил печально Нэпман.

- Всё равно, ты обнаглел парень. Хотя, ладно. Рассказывай, с чем ко мне пожаловал. Мы тут все переполошились, думаем, куда это ты с Шановным подевались. Сам знаешь. Времена сейчас страшные и непонятные стоят. Так что не томи. Рассказывай, где был и зачем пришел – спросил бандит, а сам при этом потихоньку взвел курок.

- Был я Гриша в аду. И пришел я к тебе для того, чтобы ты помог мне расплатиться с демоном ада за то, что со мною произошло – ответил голос из темноты.

- А какая мне с этого польза, я ж не инквизитор какой за демонами и ведьмами охотиться. Я простой бандит. И интересы у меня все насквозь простые. Ответь мне, какая мне корысть с твоим демоном связываться – спросил Григорий.

- Корысть обычная. Мужик этот сейчас в своей квартире, на улице «Красного крестьянского партизана», в доме 14, в 5 квартире пребывает совсем один. У него на столе лежит огромная сумма денег. Я не вру. Дело верное. Кроме того там еще и кипа разных бланков документов. Короче, это настоящий клад – отвечал Нэпман. – А хранит его всего один человек.

- Что за человек? Ты не юли, ты прямо говори. Кто такой, чем занимается, кто за ним стоит? Может быть, мне с ним связываться нельзя, может он человек, какой необычный? Расскажи мне об этом человеке – попросил главарь банды.

- Он не бандит, он не чекист. Он бывший директор того института, что построили рядом с городом. Зовут его Алексей Синельников. Сейчас он в опале у больших вождей, но ему помогли бежать. На той квартире профессор хранит все свои сбережения. Сумма денег огромная. С этими деньгами профессор собирается бежать за кордон – ответил Нэпман.

- А что за наводку ты просишь? – спросил бандит.

- Пока ничего. Обещай только точно убить моего врага. Этот профессор страшное зло мне сделал, не может его дальше земля носить. Он чистой воды сатана, ангел зла и смерти. Его нужно скорее уничтожить – ответил голос из темноты.

- За это ты не сомневайся. Свидетель нам ни к чему – промолвил миролюбиво Григорий. Потом после небольшой паузы он резко вскочил и включил свет. Но Нэпман словно испарился в воздухе.
***

Еще через полчаса, Нэпман снова оказался в квартире на улице красных крестьянских партизан. Он нашел в комоде своего товарища и вкратце сообщил ему о своих действиях. Шановный произнес:

- Этот гад точно убьет профессора теперь. Да и тебя, если б ты не был бы котом, он живым бы сейчас не оставил бы. Такая уж у него порода, злодейская – резюмировал Шановный.

- Так и есть. Зверь, подлинный зверь – согласился Нэпман.

В этот момент дверь в квартиру бесшумно отворилась, и в неё ввалились трое бандитов. Они быстро собрали деньги и документы со стола и спокойно разбудили спавшего профессора.

- Думал вас не будить господин товарищ профессор. Просто застрелить и отправиться по своим делам, но потом как-то засомневался. Может такое поведение покажется вам неприличным. Забрал тяжким трудом нажитые пожитки. Застрелил и даже не представился. Не спросил о делах. Григорий Черный, своей персоной, убийства и грабежи. Что вы на это скажете, любезный друг – произнес с улыбкой главарь банды.

- Вы правильно сделали, что не стали спешить. То, что вы получили сейчас это мелочь по сравнению с тем, что можно будет получить, работая со мною. В кассе института лежат сейчас 750 тысяч американских долларов и 600 тысяч золотой английской монетой. Этими деньгами я должен расплачиваться за иностранные препараты. Я думаю, что у вас есть возможность устроить нам переход границы, а я обеспечу вам шикарную жизнь за рубежом, ибо у меня есть то, что стоит много больше, чем те деньги в институтской кассе, научные разработки. Для этого мы устраиваем налет на институт, тут я вам полностью помогу. Но времени у нас мало. Нужно совершить налет прямо сегодня днем. Иначе ничего не получится. Я вас в этом заверяю – сказал профессор.

- Как смешно. Чтобы спастись от смерти пан профессор придумал историю о золотом кладе. Не остроумно. Крестьяне часто такие сказки нам перед смертью рассказывают. Но то – крестьяне. Какой с них спрос? А вы то профессор. Думал, что-то оригинальное придумаете. Потешите нас напоследок, а вы меня разочаровали – с усмешкой проговорил Григорий.

- Моё дело было предложить вариант, ваше дело пойти на него или нет. Раз нет, то и разговаривать не о чем. Стреляй уж, что время то попусту терять – спокойно ответил профессор.

- Стоп Гриша. Профессор то не врет. В бумагах его есть корешок от ордера. На нем написано. Внесено в кассу института 750 тысяч долларов США профессором Синельниковым – сказал один из бандитов.

Григорий взял документ в руки и внимательно с ним ознакомился и сказал:

- Извиняюсь пан профессор, жизнь наша такая, что никому нельзя верить. Все так и норовят обмануть бедного Гришу. Но вы оказались честным человеком. Я люблю честных людей, я сам такой. Давайте теперь будем договариваться о нашем совместном предприятии. То, что вы рассказали просто великолепно! За такие огромные деньги в иностранной валюте я пойду штурмовать даже Ад, а уж ваш скромный институт я просто смету с лица земли со всеми, кто там находится сейчас за эту сумму. Но сначала в любом случае завершим нашу беседу и переместимся в мою резиденцию. Так будет надежней и спокойней. Там и продолжим наш разговор – сказал главарь банды.

- Нет проблем, я уже начинаю собираться в дорогу – ответил профессор.

Он встал, быстро оделся и заглянул в корзинку. Увидев, что животных там нет, Синельников обратился к бандитам:

- Всё хорошо. Только вы вот помогите мне найти двух животных, котенка и щенка. Это не просто животные. Это важное научное открытие. За него на западе можно будет получить огромные деньги. Я не шучу – эти мелкие зверушки могут оцениваться в огромные деньги в иностранной валюте. Даже большие, чем все те деньги в институте.

Бандиты удивленно переглянулись. А потом все направились на поиски котенка и щенка. Через пару минут их поиски увенчались успехом. Пропажа была отыскана. Щенок и котенок снова очутились в своей корзинке.

Оказавшись вновь в своем узилище, Нэпман тихо начал материться и проклинать не в меру жадного и наивного предателя Григория, не выполнившего свое обещание, а новоявленный пес Шановный жалко заскулил. Но на это никто не обратил ни малейшего внимания. Бандиты и бывший руководитель института вместе срочно покинули квартиру на улице красного крестьянского партизана и отправились сразу на воровскую базу.


Глава 3


Участковый милиции Федор Коромыслов проснулся не свет ни заря, потому что кто-то его разбудил, этот кто тихо шептал ему на уху какую-то явную ахинею про банду Григория Черного, которая собиралась ограбить секретный институт. Со слов неизвестного приведения получалось, что нужно было срочно принимать меры к поимке особо опасной банды и спать ему в таком случае вовсе не полагалось, потому что важнейший государственный объект находился в смертельной опасности. Сначала Федор, только открыв глаза, решил, что это всё, рассказы о том, что банда решила ограбить институт, расположенный за городом, ему приснилось, но шепот повторился, и на этот раз он раздался практически у самого его уха.

Федор вскочил с постели, протер глаза, огляделся кругом. Никого в комнате не было. Тогда Федор быстро оделся, распахнул стеклянную дверь и вышел на балкон, подышать свежим воздухом.

В это время на востоке только что загорелась утренняя заря. Федор взглянул на часы. Было еще очень рано, но спать уже больше не хотелось. Он вернулся в комнату, прикрыл балконную дверь, зевнул, потянулся, заложил за спину руки и начал расхаживать по небольшой комнате. Его энергичные движения, легкая, пружинистая походка, стройная, подтянутая фигура выдавали в нем бывшего военного или спортсмена. У Федора было продолговатое, немного смуглое лицо, большие карие глаза, темные брови. На лоб спускалась темно-русая прядь волос, которую он то и дело нетерпеливым жестом отбрасывал назад. С виду ему было не больше тридцати лет.

- Черт возьми! Как же достала меня эта неуловимая Григория Черного, что про неё мне стали какие-то ночные кошмары разные истории рассказывать? - думал он про себя. - Как же все же мне добраться до неё? Ума не приложу.

Вроде всё уже перепробовали органы правоохранительные для того чтобы уничтожить неуловимую банду. Заслать к ним своего человека в банду никак не получалось. Пару раз пробовали. И оба раза безуспешно. Два хороших человека, два сотрудника милиции были зверски убиты бандитами. После того как к воротам милиции подбросили труп милиционера Степанова со следами ужасающих пыток, было решено никого в банду больше не пытаться пока внедрять.

Взять кого-то из членов банды живым никак тоже не удается. Свидетелей своих преступлений они никогда не оставляют. Все свидетели, даже совершенно случайные люди всегда бандиты убивают. Информаторы об этой банде ничего узнать пока не могут. Везде про них молчат.

Сумели эти крепкие ребята всех хорошо запугать. Никто не хочет о них даже упоминать. Так что пока нет на неё никаких выходов. А между тем банда продолжает свою черную работу. Каждую неделю становится известно о новых их дерзких налетах. Множится их кровавый счет. С бандой нужно кончать и как можно скорее. Тут не может быть никаких вопросов, думал Федор.

- Вижу, ты почти не отдыхал, дорогой ты наш товарищ участковый. Извини, что разбудил тебя в такую рань. Времени просто у меня мало. Вот и пришлось тебя побеспокоить - неожиданно раздался в тишине тихий голос.

- Кто здесь? – спросил Федор и молниеносно выхватил пистолет из кобуры. – Я спрашиваю, кто здесь находится?

- Плохие новости здесь находятся. Очень плохие. Сообщаю тебе полностью конфиденциально. Довела тебя работа на социалистическое отечество до перенапряжения такого, что пошли у тебя галлюцинации и прочая иная гадость. Загнал ты себя на службе до полного аута, не уберег ты свою буйную головушку, всякие кошмары с тобой разговаривать стали – отвечал зло всё тот же тихий голос.

- Вы мне тут дурака не валяйте! Отвечайте, кто здесь и сразу выходите на середину комнаты. В противном случае я буду вынужден применить табельное оружие - строго сказал участковый, жестом приглашая неизвестного собеседника выйти из тени. – Если что, то сразу же застрелю, как бешеную собаку.

- Хорошо. Пусть будет по-твоему, дядя Федор. Раз уж ты такой нервный и пугливый, то я выхожу. Ты только смотри не стрельни в меня со страха – ответил тихий голос.

- Нет. Обещаю, стрелять без необходимости не стану. Так что без разговоров выходи в центр комнаты – сказал Федор.

Через пару секунд на середину комнаты вышел маленький серый котенок и промолвил – Ну, что? Вот я вышел к тебе товарищ милиционер. Еще есть, какие ко мне пожелания? Может тебе песню спеть или стихи почитать?

- Что за чертовщина такая? Ты что кот? Почему кот? Почему ты разговариваешь? И зачем ты ко мне пришел?- продолжал расспрашивать ошеломленный до глубины души участковый Коромыслов. – Может, я еще все же сплю? Или может это у меня последствия ранения, полученного в 1919 году в кавалерийской атаке? Ответь мне, ты приведение?

- Ничего утешительного. Сам понимаешь, если с тобой кот разговоры разговаривает, это означает, что ты сошел с ума. Одно радует, ум тебе при твоей нынешней работе – одна помеха, без ума ты на своем посту скорее выживешь и даже вырастешь по службе. Короче. Крыша у тебя прохудилась, дорогой ты наш милицейский чин, и теперь с тобой разговаривает кот. Ну, ничего. Бывает и хуже. И на нашей улице будет праздник! Всех нас вылечат! И тебя тоже вылечат. Ты главное сильно не переживай без особой надобности, и в котов говорящих из своего табельного оружия не стреляй - сказал спокойно Нэпман.

- А я и не переживаю. И я верю в это, в то, что на нашей улице скоро будет праздник. Кот разговаривает – значит, имеет такую надобность. Кот существо не империалистическое. Живет своим трудом. Мышей ловит. Мыши они сродни капиталистам эксплуататорам. Значит коты тоже за советскую власть. Какие могут быть переживания излишние по этому поводу? Никаких! Раз зашел ко мне кот и стал со мной разговаривать, значит, есть, что интересное ему мне рассказать. И вот про это, про это самое интересное, про то зачем ты ко мне пожаловал, товарищ кот, давай сейчас более подробно и расскажи – заинтересовано стал говорить участковый.

- Вот и ладно. Вот и договорились. Короче, товарищ милиционер. Будем сегодня воевать! Я привез тебе, дядя Федор, долгожданную весть. Ты ведь давно хотел покончить с бандой Гришки Черного? – спросил кот.

- Твоя, правда, дорогой мой товарищ кот! Давно черти в аду ждут, не дождутся, когда Гриша со своими головорезами к ним пожалуют. Они явно переходили все по земле уже несколько месяцев. Но это наша недоработка, а не их вина. Но мы в скором времени исправим эту недоработку – заверил кота Федор.

- Хорошо. И я о том же. Сообщаю тебе, как товарищу по борьбе с мышами капиталистами. Банда Гришки Черного сегодня днем будет брать штурмом кассу секретного института, расположенного в запретной зоне за городом. На акцию пойдет вся банда целиком. Самый удобный случай её ликвидировать. Сам понимаешь, такой шанс может больше и не повториться – сказал кот уверенным тоном.

- Сегодня днем? Ты в этом серый мой товарищ действительно уверен или это твои предположения - перебил кота обрадованный Коромыслов.

- Да, сегодня днем. И я это знаю совершенно точно. Вчера бандиты захватили бывшего директора секретного института Синельникова, который пытался скрыться от советской власти на своей потайной квартире. Потом они его привезли на свою базу, где профессор им и рассказал о том, как можно осуществить нападение на кассу института, в которой хранятся огромные деньги в иностранной валюте и в золотых английских монетах. Мы с товарищем моим были так же схвачены бандитами. Но я смог выбраться из корзинки, в которой меня заперли, и подслушать все подробности сегодняшнего бандитского нападения на кассу секретного института. Пообещав другу вернуться к нему, я отправился сразу же к вам, сообщить о готовящемся преступлении – сказал кот.

- Наконец-то у меня есть информация о банде и её планах! И это просто замечательно! Но, самое главное. Когда? Когда планируют бандиты начать акцию? – спросил Коромыслов.

- Самое позднее время - в три дня. Это уже решено. Тебе нельзя терять время. Но запомни еще одно. У банды в городском Уголовном Розыске есть свой человек, который может сообщить им о том, что их планы стали известны органам власти. Это кто-то из оперативных работников, и это пока всё что мне известно – сказал кот. – Так что тут тебе нужно будет сделать всё так, чтобы бандиты ничего не узнали о том, что их план стал известен милиции.

- Хорошо. Я подумаю, как всё сделать. Неужели в наши ряды пробрался враг? Не хочется в это верить, но, похоже, товарищ кот, тут ты снова прав. Слишком уж долго уходит эта банда от нас. Кто-то их предупреждает о наших замыслах. Но теперь мы сможем узнать кто это. Столько хороших людей погибло из-за этой сволочи, что пробралась в наши ряды. Такие жуткие муки им пришлось испытать. Но враг за всё ответит. А теперь, давай еще раз, подробно всё мне расскажи, чтобы я запомнил всё в деталях – попросил участковый.

Кот выполнил просьбу Коромыслова. Завершив свой рассказ, Нэпман попрощался с участковым и сказал ему, что ему нужно возвратиться на базу бандитов, потому что там остался его друг. Да и могут возникнуть у одного человека разные подозрения, если кота не окажется сейчас на месте.

- А где расположена база бандитов? – спросил, хитро прищурившись, Федор.

- Банда засела в бывшем доме купца Синицына, на Кирпичной улице – ответил котенок.

- Может накрыть их там всех сразу? – спросил сам себя вслух Федор.

- Людей потеряешь много, если пойдешь на штурм укрепленного дома. А потом многие смогут уйти во время штурма. А если ликвидировать банду, когда она пойдет институт грабить, то можно обойтись меньшей кровью, вокруг института чистое поле. Хотя, как знаешь. Тут я не сильно большой специалист – ответил котенок.

- Да, ты кот головастый. Точно сказал всё. Нам надо брать банду возле института – согласился Федор.

- Давай прощаться. Мне уже нужно идти – сказал котенок.

- А как тебя мне найти потом? – спросил Федор.

- Если останемся живыми, то нас с другом вероятней всего можно будет найти в корзинке в одной из бандитских машин. Главное. Еще раз тщательно все проверь, не забыл ли чего-нибудь - сказал кот.

- Постараюсь ничего не забыть. Ну, успеха нам, товарищ кот. Если возьмем банду, век буду тебя сметаной угощать за свой счет – отвечал Коромыслов.

- Давши слово, держись, а, не давши, крепись – сказал кот. – Сметана нынче много денег стоит. Но раз пообещал, то должен обещание выполнить. Но это не к спеху. Сначала нужно дело сделать. А теперь будем прощаться. Пора, меня ждет дальняя дорога, да и тебе нужно спешить – сказал Нэпман.

- Насчет сметаны не беспокойся. Выполню, не о том печаль сейчас. А насчет прощания мы сделаем так сейчас. До базы бандитов я тебя подброшу на своем авто, что ты будешь бежать через несколько кварталов, тут и собаки и прочие опасности. Можешь и пропасть не за что. Да и мне тоже нужно спешить. Так что отправимся сейчас в путь на моем автомобиле – сказал Федор.

И вот быстренько собравшись в путь, кот и милиционер вышли на улицу. Федор сел за руль своего служебного автомобиля. Включил мотор, нажал на педаль газа. Машина медленно выкатилась за ворота и помчалась по сонному городу. Они ехали долго по центральной улице. Затем свернули на какую-то второстепенную дорогу и через несколько сотен метров увидели огромный особняк, своими размерами резко выделявшийся среди прочих строений. Это и была бандитская база.

Остановились Коромыслов и кот возле небольшого здания, расположенного метров за триста до особняка, и здесь Нэпман покинул машину и отправился на бандитскую базу. А Коромыслов на автомобиле поехал прямо на дом к начальнику Уголовного розыска.
***

Банда приближалась к зданию института на трех легковых автомобилях и на одном грузовике. В кузове грузовика находились боевики, а в легковых машинах ехали руководители банды и профессор Синельников. В руках профессор держал небольшую корзинку, в которой находились котенок и щенок. Все три машины остановились во дворе института и из них вышли все участники акции, в том числе и профессор Синельников.

И в этот момент без всякого предупреждения начали строчить пулеметы и раздались винтовочные и пистолетные выстрелы. Бойня продолжалась недолго. Все участники акции были ликвидированы. После завершения стрельбы к лежавшим на земле бандитам подошли военные люди, и стали проверять, не остались ли случайно живые среди них. Некоторых, подававших признаки жизни бандитов, они чтобы не тратить зря пули добили на месте штыками.

Коромыслов подошел к одной из бандитских машин и увидел в ней небольшую корзинку. Открыв её, он нашел в ней небольшого котенка, серой масти, и рыжего цвета беспородного щенка. Федор бережно положил обоих животных к себе за пазуху. Потом он некоторое время еще находился на месте события, но вскоре высокие чины из ОГПУ приказали всем, кроме своих прямых подчиненных покинуть двор института. Федор попрощался со своими товарищами и сел в свой автомобиль. Вздохнув радостно, он нажал на газ и отъехал от места побоища.

- Что так крутенько то? Всех до одного положили и никаких разговоров. Странно как-то – сказал Нэпман. – Обычно вроде с бандитами ведут переговоры. Сложите оружие, мол, сопротивление бесполезно, вы окружены, если не сдадитесь, вы будете уничтожены, а тут ничего такого. Сразу без разговоров всех убили.

- Да, странно. Я как доложил о готовящемся нападении, о том, что в руках у бандитов бывший директор секретного института, так начальник сразу с ГПУ по телефону переговорил и те посчитали это своим делом. Не стали мы своих людей поднимать. От нас только я и еще несколько человек из комендантской команды и приняли участие в данной операции. А ГПУ получило приказ от своего руководства буквально перед самым началом операции в переговоры с бандитами не вступать, уничтожить их всех без разбору, в плен никого не брать. Такие дела. Сейчас вторая группа бойцов истребляет всё живое на бандитской базе. Так что с бандой Гришки Черного покончено окончательно – сказал Федор. – Это наша большая победа!
***

В кабинете руководителя губернского ОГПУ совещались втроем: сам начальник губернского ОГПУ Шмеерслегер, и два его заместителя Белоконь и Завешвилли. На столе перед ними лежала папка с грифом "Секретно". Это было личное дело участкового Федора Коромыслова.

- Вы проверили весь период работы Коромыслова в милиции и в комендатуре нашего города? Не нашли ли вы каких либо неясных и подозрительных моментов в его работе? - обратился Шмеерслегер к Завешвилли.

- Проверил. Проверка подтвердила, что он везде на самом лучшем счету. Отличный работник. Член партии. Замечаний и нареканий по работе не имеет. Имеет боевые награды. Абсолютно вроде бы наш человек – отвечал заместитель.

- Я тоже еще раз просмотрел его личное дело, все его отчеты, и каких-либо неясных мест не обнаружил. Впрочем, в нашей работе надо всегда быть подозрительным, причем по отношению к каждому. Пока нет оснований подозревать его. Могли ли завербовать его контрреволюционеры?.. Не знаю... Не уверен, что так. Но, как вы знаете, поступило распоряжение из Москвы от высшего руководства провести ликвидацию всех людей, каким либо образом причастным к банде Григория Черного. Особенно это стало важным после того, как было принято решение о закрытии секретного института и проведения операции по уничтожению всяческих следов деятельности объекта Шавки -14. Это решение было принято лично товарищем первым. После того, как стало известно о попытке захвата института преступными элементами. Секретность проведения всей этой работы мы должны обеспечить на самом высоком уровне. Так что мы должны вычистить всех людей имевших хоть какое-то отношение к работе секретного института и к банде Григория Черного.

- Какое отношение имеет к институту этот милиционер? Он же вел дело о банде, и только – спросил заместитель.

- Всех мы должны почистить, кто имел отношение к этим делам. В том числе и даже тех, кто эту банду разрабатывал, поскольку среди сотрудников милиции были агенты бандитов. Кстати мы устроили засаду на бандитской базе, и она сработала. Попалось несколько бандитов, и самое главное, там удалось взять оперуполномоченного уголовного розыска, с ним сейчас работают наши люди – сказал начальник губернского ОГПУ. – Эта сволочь теперь нам ответит за смерть наших товарищей. Легкой смерти ему не видать. Он за всё сполна рассчитается. Всё нам расскажет.

- Можно предположить, что измена давно и прочно поселилась в губернском управлении Уголовного розыска. И этот самый Коромыслов тоже возможно имеет отношение к этой измене. Тогда можно представить следующую картину. Коромыслов сотрудничает с врагами родины и бандитами. Тогда на банду он нас навел сейчас, потому что посчитал, что нужно для себя избавиться от этой опасной ситуации.


Банду рано или поздно бы поймали, и тогда и он бы попался. Сейчас же у него всё просто прекрасно. Живых бандитов нет, пойманный предатель точно не знает о том, кто мог еще, кроме него работать на бандитов. Информаторов своих Коромыслов нам не показал. Так что есть тут над чем нам подумать - вмешался в разговор комиссар Белоконь.

- Можно и нужно делать предположения. Для того мы и здесь и находимся, чтобы всюду находить и искоренять измену нашей родине. Многое точно вами подмечено, но есть и определенные оговорки. Вот смотрите. Не мог Коромыслов точно знать, что бандитов будет приказано уничтожить без всяких переговоров. И значит, не мог быть уверен в том, что бандиты не будут схвачены нами и не сдадут его со всеми потрохами. Так что не всё так просто. Помню, я встречался с Коромысловым. В разговоре с ним я старался прощупать его:

- Ну и что? - поинтересовался Завешвилли.

- Ничего. Видно, что человек очень устал. При этом Коромыслов согласен работать везде, куда пошлет партия. Так что ничего определенного о нем сказать не могу пока – ответил руководитель губернского ОГПУ.

- Товарищ Шмеерслегер, вы уже что-нибудь решили? - спросил Завешвилли.

- Пока еще нет – ответил старый чекист.

- А может, товарищ начальник, вы все-таки что-то решили? – переспросил Завешвилли.

- Вот ломаю голову, как решить с этим парнем вопрос. Претензий к нему нет, но и оставить его, так как есть мы не можем. Приказ Москвы нужно выполнять. Нужно всех почистить – ответил начальник.

- Тогда, у меня есть свое предложение. Я готов взять его в Белокитежский район в качестве нашего представителя по особым поручениям! - заявил Завешвилли. - Мы уже потеряли там за последние годы 8 оперативных сотрудников. Обстановка там крайне тяжелая. Мне очень нужны хорошие кадры.

- Однако некоторое время надо не спускать с него глаз. Береженого и бог бережет! Этот район находится недалеко от государственной границы. Может там и проявится его предательская сущность - вмешался снова в разговор комиссар Белоконь.

- Только делать это нужно крайне осторожно, а то он человек обидчивый. Не следует раздражать его необоснованными подозрениями, да и навыки оперативной работы у него прекрасные. Любую слежку он сможет легко обнаружить, так что работать с ним нужно аккуратно - предупредил начальник ОГПУ. - Сегодня же распоряжусь подготовить приказ о назначении Коромыслова оперуполномоченным по особым поручениям по Белокитежскому району. С Уголовным розыском и милицией вопросов не будет. Я их сейчас все сниму. А завтра, товарищ Завешвилли, отправляйтесь вместе с ним к его новому месту службы и примите все необходимые меры, - закончил разговор Шмеерслегер.
***

Участковый уполномоченный Федор Коромыслов и два его новых товарища котенок Нэпман и щенок Шановный сидели на кухне в отдельной квартире перед накрытым столом. Точнее Коромыслов сидел за столом на стуле, а котенок и щенок расположились прямо на столе.

- Фёдор Андреевич, это было просто гениально! - проговорил Шановный. - Я бы в жизни до такого не додумался! Вы так здорово провели операцию, просто слов нет! Мог бы, выпил сейчас за ваш успех, дорогой вы наш человек!

- Ага, получили, бандитские рожи, по первое число, мало им точно не показалось! - добавил Нэпман, поглощая сметану из мисочки.

- В общем-то, ничего особо выдающегося в моих действиях не было, - произнёс Коромыслов. - Я только лишь исполнил то, что должен был исполнить. Вам спасибо, дорогие мои друзья. После того как вы снабдили меня надежной информацией я и смог провести работу по уничтожению опасной банды, долгое время терроризировавшей наш город. Всё остальное было не так сложно.

- О, сейчас я попросил бы вас рассказать о том, какую награду вы получили за ваш подвиг, уважаемый вы наш друг! – оживился Шановный.

- Я же уже говорил, что ничего особо выдающегося в моих действиях не было, - улыбнулся Федор. – Но награда все же нашла меня. Сегодня я был прикомандирован к управлению ОГПУ и мне вручили приказ о том, что я направлен на новое место службы. Ребята, поедете со мной?

- Хорошо. Мы тебя не оставим одного. Здесь нам уже больше делать нечего – сказал Нэпман и Шановный сразу же с ним согласился.


Глава 4


Автомашины, не снижая скорости, миновали по окружной дороге районный центр город Белокитеж. Шоссе, за городом, сделав крутой поворот, спускалось в небольшую долину и дальше шло вдоль берега большой реки. В первой машине рядом с водителем сидел Коромыслов, а на заднем сиденье - заместители начальника губернского ОГПУ Завешвилли и Белоконь. Следом за ними мчался грузовик с большой группой бойцов. Так они ехали примерно минут сорок. Затем. На пригорке возле опушки леса Завешвилли велел остановить машину.

- Что, приехали? – спросил с удивлением Белоконь.

- Ну что ты! Нет, конечно, мы еще не приехали. Вы так сильно не спешите. Минуточку, товарищ комиссар, сейчас я сориентируюсь по местности, - ответил Завешвилли, внимательно рассматривая штабную карту. - Нет, мы еще далеко, товарищ комиссар, я так понимаю, еще километров пятнадцать - двадцать осталось до места, - заявил он после некоторого раздумья. – Поехали, нам всё нужно сегодня успеть сделать в светлое время суток.

Машины тронулись с места. Некоторое время дорога шла густым лесом, потом из-за небольших холмов показались полуразвалившиеся печки с одиноко торчавшими законченными трубами - все, что осталось от части домов сожженной врагами советской власти деревни Варенцовка.

- Все приехали. Здесь. Останови! - приказал Завешвилли водителю. Машины остановились рядом с сожженными врагами домами. Все кто сидел в машинах направились к свежему пожарищу.

- Что же здесь произошло? - спросил Коромыслов у заместителя руководителя губернского ОГПУ. – Кто учинил это бедствие?

- Да, к сожалению, здесь произошла достаточно обычная для этих мест ужасная история. Банда братьев Васильцевых из-за кордона с боем прорвалась на нашу территорию. А к жителям этой деревни у них был какой-то свой счет еще с царских времен. И вот банда и напала на село. Короче, на месте всё своими глазами сам увидишь. Нам вчера сообщили об этой трагедии, и мы приняли решение тебя сразу же сюда доставить, для того, чтобы ты занялся здесь работой по восстановлению социалистического правопорядка. Надеемся на твои организаторские способности. Здесь тебе и придется поработать – ответил Завешвилли.

Молча они поднялись на пригорок. Следом шли бойцы, неся лопаты. С пригорка открывалась широкая панорама долины реки. На другом берегу реки виднелись лесистые холмы и большая деревня.

- На том берегу деревня Рожская. Будешь ездить туда в управление к Иванцову, он предупрежден о твоем назначении. Лодкой он тебя обеспечит. И сам он скоро здесь будет – сказал Завешвилли.

И действительно, через несколько минут стало видно, как от небольшой пристани на том берегу реки отплыли три большие лодки. Примерно через полчаса они причалили к берегу. Красный командир Иванцов Коромыслову сразу понравился. Лихой парень, наголо бритый, с насмешливыми стального цвета глазами, ростом под 180 сантиметров, исключительно атлетически развитый.

Иванцов и повел их через деревню. В дверях одного из подвалов вдруг появилась женщина. Заметив их, она поспешно повернула назад.

- Позови ее, - кивнул Завешвилли Иванцову. Тот окликнул женщину. Она подошла к ним, дрожа от страха. - Спроси ее, кто сжег деревню?

Иванцов повторил вопрос по-польски. Женщина беззвучно пошевелила губами. Иванцов еще раз повторил вопрос.

- Бандиты. Они пришли из леса. Их было много – негромко ответила женщина.

- А где жители остальные жители деревни? – спросил чекист.

- Там. - Она показала рукой на луг. – А они все там, до одного человека.

- Работают? Или что они там делают? – вновь спросил чекист.

- Нет, лежат мертвые. Пятьдесят восемь человек. Там мой муж и двое сыновей. - Глаза женщины вспыхнули ненавистью.

- Всё понятно – сказал Завешвилли. – Иванцов, распорядись отправить гражданку на лодке в районный центр. Пусть там, в больнице её осмотрят и помогут. А нам нужно спешить, работы сегодня будет у нас много впереди.

- Есть! Красноармеец Сидоренко! Проводите женщину до лодки и отвезите её на ту сторону, а потом в районный центр. Определите её там, в больницу и проследите, чтобы она все время была под вашим контролем. По возвращению лично посещу вас в больнице – распорядился Иванцов.

Обе группы сотрудников органов принялись за свою работу, которая продлилась до позднего вечера. Похоронили жителей деревни в одной общей братской могиле. Здесь губернские работники попрощались с местными кадрами и, пожелав успешной работы на новом месте Коромыслову, отправились домой. А Федор принял приглашение своего нового знакомого Иванцова и отправился с его ребятами в Белокитеж на ночевку.

Прибыв на место, Иванцов, разведав обстановку, и немного успокоившись, пригласил Федора к себе на ужин. После ужина они разговорились.

- Федор, тебе уже завтра нужно будет возвращаться на пепелище, в деревню Варенцовка. Людей я тебе с собой выделить не могу, у меня каждый штык на счету здесь. С тобой поедет туда пока лишь один почтальон Печеный. Он сам родом из этой деревни. Развозил почту по району потому и остался жив. Так что пока вдвоем там оборону держать будете. Уже не так скучно – сказал Иванцов.

- А кто этот Печеный? Что за человек? Как мне с ним поладить? – спросил Федор.

- Да, честно говоря, контра недобитая. Трибунал по нему плачет. Потому и согласился он у меня отправиться с тобой в Варенцовку, что иначе я его пригрозил отправить в Туруханский край оленям сено заготавливать. Вредный тип. Держи его в ежовых рукавицах. Но работать с ним можно. Жить там будешь в доме бывшего участкового. Постараемся тебя всем, чем можно обеспечить, раз такое дело. Короче. Завтра мои орлы тебя на место отвезут и помогут обустроиться на новом месте. А там с людьми вам поможем, и заживет вновь деревня Варенцовка. Назло всем смертям! – проговорил убежденно Иванцов.

- Обустраиваться мне недолго. Всё хозяйство моё – один чемодан и еще котенок и щенок. И всё. Но за помощь спасибо огромное – поблагодарил своего собеседника Федор.

- И вот еще. Похоже, банда может снова туда пожаловать. Поговорил я с женщиной из села, уцелевшей после бандитской расправы, так она рассказала о том, что бандиты всех расспрашивали насчет клада какого-то таинственного. Она не знает, что бандиты смогли узнать, но то, что они перебили всех жителей села это не совсем обычно. Убили бы милиционера и председателя сельского совета - это было бы понятно. Но вот всех – это очень странно. Явно здесь какая-то тайна страшная имеется. Так что смотри там в оба. Дорогой мой соратник по борьбе – сказал с задумчивой улыбкой на лице Иванцов.

- Спасибо за предупреждение. Постараюсь во всем там со временем разобраться – ответил Федор.
***

На следующий день Коромыслова с его небольшим хозяйством переправили бойцы из отряда ЧОН к новому месту жительства. К этому времени районные активисты нашли желающих переселиться в опустошенную бандитским набегом деревню. Так что Варенцовка снова ожила.

И это было хорошо. Места были здесь прекрасные. Кругом лес, поля, и река недалеко. Ветер дует такой теплый, и комаров нет.

Федор увидел одного старичка и спрашивает:

— Нет ли у вас тут домика лишнего пустого? Чтобы там жить можно было. Мне сказали, что где-то здесь дом бывшего местного милиционера есть. Не подскажете, как до него добраться?

Старик говорит:

— Да сколько хочешь! Сами знаете, почему так много пустого жилья то осталось. Хозяева ушли в иные, лучшие небесные жилища. А свои дома оставили. И огороды. И даже кур кое-где, есть и другая живность. Выбирай себе любой дом и живи. Только вот дом милиционера то бывшего не уцелел. Так что присмотрите себе иное жилище. Так вот.

А Федор и сказал:

— Сейчас будем дом выбирать. Пусть каждый по деревне пройдет и посмотрит. А потом мы решим, чей дом лучше.

И стали они смотреть. Каждый ходил и выбирал, что ему больше нравится. А потом они снова встретились. Кот Нэпман и говорит:

— Я такой дом нашел! Весь проконопаченный. И печка там теплая! На полкухни! Пошли туда жить. И огород там шикарный, и хозяйственные постройки капитально сделанные. Просто красота. Хорошие хозяева жили.

Шановный возразил:

— Эка невидаль, печка! Чепуха! Разве это в доме главное? Вот я дом нашел — это дом! Там такой вид из окна на реку — загляденье! И сад отличный. Дров огромное количество припасено.

Дядя Федор говорит:

— Не о том вы оба думаете. Надо, чтобы из дома можно было всю деревню обозревать. Чтобы враг к деревне не подкрался тайком. Потому дом должен быть на возвышении стоять. И окна должны большие. Я как раз нашел такой дом. Крыша красная. И сад с огородом есть. Пошли его смотреть!

И пошли они смотреть. Как только подошли, Шарик кричит:

— Это же мой дом! Я про эту будку говорил.

— И печка моя! — говорит кот. — Я о такой печке всю жизнь мечтал! Когда холодно было.

— Вот и хорошо! — сказал дядя Федор. — Мы, наверное, и в самом деле лучший дом выбрали.

Осмотрели они дом и обрадовались. Все в доме было. И печка, и кровати, и занавески на окнах! И котелки разные на кухне были, чугунные. И в огороде все было посажено. И картошка, и капуста. А в сарае удочка была.

И сразу же Федор, пес и кот начали дом в порядок приводить. Паутину сметали, мусор выносили, печку чистили. Особенно кот старался: он чистоту любил. Он с тряпкой на все шкафы, под все диваны залезал. Дом и так был не очень грязненький, а тут совсем заблестел.

А от Шановного пользы мало было. Он только носился, лаял от радости и чихал во все углы. Федор не выдержал и послал его в огород картошку окучивать. И пес так заработал, что только земля летела во все стороны.

Весь день они так трудились. И морковь пропололи, и капусту. Ведь они сюда жить приехали, а не в игрушки играть. К вечеру Федор взял удочку и пошел рыбу ловить. А кот с Шановным печку истопили и воды принесли. Потом они поели, дождались возвращения Федора с реки, и спать легли. Очень им в этом доме понравилось.

На другое утро Коромыслов сел со своими четвероногими друзьями завтракать. После завтрака Федор спросил:

- Расскажите мне, где вы разговаривать научились, мои дорогие друзья. Раньше я подумывал, что это со мною болезнь, какая медицинская мозговая приключилась. Но вижу, что вроде здоров я, как бык. Так что хочу узнать, где вы так хорошо говорить научились.

— Матушка моя дачу охраняла одного профессора, — отвечает пес, — который язык зверей изучал. Вот я у него и выучился.

— Это, наверное, мой профессор! — кричит кот. — Семин Иван Трофимович! У него еще была жена, двое детей и бабушка с веником. И он все словарь составлял «Русско-кошачий».

— «Русско-кошачий» словарь не знаю, а «погранично собачий» составлял. А бабушка теперь уже не с веником. Ей метелку купили – не моргнув глазом соврал Шановный.


— Все равно это мой профессор, — говорит кот. – Чем хочешь, поклянусь! Так всё и было.

— А где же он сейчас? Профессор ваш куда делся? — спрашивает Федор. – Вы, почему с ним, с таким хорошим вашим другом расстались? Какие такие у вас были причины для этого? И почему это вы вдруг на бандитской малине оказались?

— А ученый старик наш в Африку уехал. В командировку. Его сам Калинин отправил в командировку. Язык слонов изучать. А я с бабушкой остался. Только мы с ней характерами не сошлись. Я люблю, когда у человека характер веселый. А у нее наоборот — тяжелый характер. Вот она меня и отдала своему знакомому, а тот меня вообще из дому прогнал – с честным выражением на физиономии ответил Шановный.

— Это точно, — поддерживает кот, — и характер тяжелый, и веник тоже был жутко тяжелый. И я так же точно попал к знакомому бабушки нашего профессора. Выкинул он меня из дома. Почти сразу же, как меня ему отдали. Потом меня на улице подобрали какие-то хулиганы, посадили в корзиночку, а там уже находился пан Шановный. Хулиганы эти и отнесли нас на бандитскую малину. Так и оказались мы в корзинке на бандитской базе.

— Ну что? Доволен объяснением товарищ Коромыслов? — спрашивает пес. — Или арестуешь нас? Ты это честно нам ответь, мы животные свои, не обидимся. Мы многое уже в своей собачей-кошачьей жизни уже повидали. Если что мы готовы к любому твоему решению.

— Чую врете вы всё. Ох, обманываете меня. Всей правды не рассказываете, темните. Но в тоже время чувствую, что вы не враги советской власти. Потом вы же помогли советской власти в уничтожении бандитского заговора. Так что вы теперь звери заслуженные. Были бы вы людьми, вам бы именное оружие бы за такое дело бы выдали. Ну да ладно. Судьба у вас явно тяжелая. Может, есть за вами какие грехи. И всё равно я вам доверяю, — отвечает дядя Федор. — Да и как вас арестуешь то? В любом случае вы аресту не подлежите по закону. Так что не будем никого арестовывать. Будем дружно жить тут и друг другу помогать. Втроем веселее нам будет. Так что так!

— Ты ничего такого не думай про меня, Федор — говорит пес. — Я из простых собак. Не из дворян, тьфу ты, в смысле не из породистых собак. Я полностью привержен советской власти, а товарища Сталина люблю, словно родного отца.

- А я и ничего такого и не думаю, и я тоже товарища Сталина люблю, как родного отца, или даже больше – отвечает Федор.

— Очень приятно, когда вместе собираются подлинные идейные сторонники советской власти. Так мы точно к победе социализма и коммунизма окончательной придем под мудрым руководством товарища Сталина и нашей большевистской партии коммунистов — говорит Шановный и кланяется. Сразу видно, что он воспитанный. Из хорошей семьи пес. Только запущенный.

— А меня Федор хоть и зовут Нэпман, но сам я чисто за коммуну и за товарища Сталина, - сказал кот. — Так что мы наши. Как бог свят, мы наши. Энгельсом и Карлом Марксом клянусь! Век воли не видать! В смысле – слава интернационалу, слава товарищу Сталину верному ученику и продолжателю дел великого Ленина!

- Какой ты молодец, Нэпман! – с улыбкой отвечал Федор. - Но хватит разговоров, давайте завершать завтрак, дел у нас сегодня впереди много предстоит сделать.

После завтрака они все вместе на речку отправились прогуляться, окрестности села осмотреть. Дошли до берега, прошли вдоль него. Потом они домой пошли по тропинке под солнышком. А навстречу им какой-то дядя бежит. Румяный такой, в шапке. Лет пятидесяти. Остановился дядя и спрашивает:

— Это вы товарищ начальник? Я вас тут уже целый час разыскиваю. Где вы расположились, по какому адресу?

Дядя Федор отвечает:

— А вы, почему спрашиваете? Вы, случайно, не из милиции? Кто вас к нам подослал? Уж не бандиты ли случаем? Какие у вас с собой документы имеются?

— Нет, я не из милиции, — отвечает дядя. — Вот мои документы. Я из почты. Я почтальон тутошний — Печенный. Обо мне вас должны были информировать. Вот я подошел к вам, узнать, что и как. Потому что я все должен знать. Чтобы письма разносить и газеты. Вы, например, что выписываете или что будете выписывать?

— Я позже к вам с подпиской подойду, — говорит Федор. – Вы мне лучше сейчас расскажите историю про клад. И про то, какие проблемы были у жителей деревни с вожаками банды.

Печеный слегка вздохнул и начал свой рассказ:

- Тут такое дело. В революцию, старшие дети местного помещика, братья Антон и Дмитрий, были на фронте. Они служили офицерами в кавалерии. Хорошо служили, были награждены не раз, я о них даже в газете читал. Про их подвиги. Но вот когда начались беспорядки в столице, когда царя скинули и начались беспорядки, жители деревни между собой решили разорить дворянское гнездо своего бывшего барина. Как решили, так и сделали. Собрались почти все гурьбой, и пошли громить барские хоромы. А между тем семья была у помещика большая, детей много у них было. Потом с ними жил их дядюшка. Да и слуги верные с ними же жили, работали по хозяйству, помогали детей расти. И вот. Короче, никто из них не спасся в тот день, когда крестьяне напали на поместье. Всех убили до одного человека. Без всякой жалости.

Вздохнув, Печеный продолжил рассказ:

- А причиной всему была жадность человеческая, обуяла она крестьян нашего села, как сумасшествие. Всё, почему то произошло тогда? Потому, что о богатстве нашего помещика ходили раньше легенды в этом краю. Всюду было известно о том, что нет человека более богатого в округе, чем помещик Васильцев. Он был богатейшим землевладельцем в этих краях. Жили они исключительно богато.

- А откуда такие сумасшедшие богатства то были у этого самого помещика? – поинтересовался Коромыслов. – Ведь помещиков то должно было быть в ваших местах много.

Мужчина сразу же ответил на поставленный вопрос:

- Владели они лучшими землями в округе. Кроме того поговаривали о том, что вел помещик большую тайную торговлю контрабандным товаром. Были у него свои пароходы, которые возили товар из-за моря прямо по реке, до пристани в Белокитеже. Рассказывали люди на полном серьезе, про то, что они лично видели своими собственными глазами. О подвалах говорили, доверху набитых сундуками полными золотых монет.

- На сказку похож этот рассказ – сказал Федор.

- Уж не знаю, как оно там все было на самом деле. Но, ничего найти в поместье восставшим крестьянам так тогда и не удалось. Дело, конечно, темное и страшное, подробностей особых я не знаю, но никто ничего тогда не смог вроде бы узнать о пропавших сокровищах помещика. Подвалы оказались пустыми. Никаких сундуков заполненных золотом найти не удалось. Зря получилось, столько народу погубили. Помещика рассказывали, сильно мужики пытали перед смертью, чтобы узнать у него, куда он золото свое проклятое спрятал, но тот ничего не сказал. Говорят, что убили детей его и жену с братом у него на глазах, а старый помещик ничего не рассказал о своих сокровищах. Так все кто в поместье жил и был загублен. Я сам не был тогда здесь, тоже на фронте был. А вернулся домой, так мне эту ужасную историю и рассказали. Вот так вот. Печальная и страшная история. Вот сыновья помещика и создали банду и за это всё и отомстили, получается теперь местным мужикам. Око за око, зуб за зуб. Всё, как в старину бывало.

Федор еще поинтересовался:

- А вот про банду братьев Васильцевых раньше было ли вам что-то известно?

Почтальон снова задумался. А потом ответил:

- А вот это было уже совсем недавно - поползли слухи о банде детей помещика. Кто такую сплетню принес, я сейчас уже точно не скажу. Про молодых сыновей убитого помещика в деревне никогда не вспоминали до этого времени. Считали, что молодые люди погибли в горниле гражданской войны. И поэтому слухам, про возвращение детей помещика, сильно не поверили в деревне. Никто не озаботился тогда. А вон оно как вышло потом. Всех сыновья помещика убили тех, кто тогда в поместье ходил, так что месть они свою совершили. Так что теперь я думаю, что переселенцам новым бояться банды слишком не надо. Счеты свои с деревенскими жителями братья свели за старые дела, так что вряд ли они станут преследовать вновь прибывших в село жителей.

Тут Федор и сказал:

— Никого мы и так бояться не привыкли. И с бандой этой мы разберемся. Никуда бандиты от нас не денутся. Найдем мы их всех в самое ближайшее время и уничтожим до одного человека. Да и клад этот, если он действительно существует, мы сможем отыскать. Никуда он от нас не денется. Советская власть самая сильная власть на свете. А мы её солдаты.

- И я о том же. Теперь мы с вами вместе здесь такой замечательный порядок наведем, просто любо-дорого будет посмотреть! Нам советским людям всё по плечу – ответил бодро почтальон Печеный, и быстро попрощавшись с Федором, отправился дальше по своим делам.

Попрощавшись с почтальоном, Коромыслов со своими друзьями, Нэпманом и Шановным, отправился к себе в новый дом.


Глава 5

Оставив кота и пса присматривать за хозяйством, Федор занялся работой. Он познакомился со всеми переселенцами. Их набралось достаточно много. Люди приехали на новое место, не смотря на произошедшую здесь трагедию. Они все были убеждены в том, что снаряд два раза в одно место не попадает. И еще переселенцы знали, что налеты бандитов из-за кордона происходят всё время. Раз сегодня под атаку бандитов попали жители данного села, значит, в следующий раз под атаку бандитов попадет другое село. А сюда бандиты точно уже не вернутся. Делать им тут точно нечего пока. Вот так и ходил и разговаривал с людьми Федор.

Затем вместе с прибывшим из районного центра товарищем из парткома все новые жители села провели собрание и избрали председателя сельского совета и секретаря партийной ячейки. Вместе с избранным местным руководством Федор завели похозяйственную книгу и начали в неё вносить данные всех жителей села. Работа эта по обустройству жизни села заняла фактически весь день.

Когда Фёдор вернулись к себе домой, кот начал говорить:

— Поздравляю тебя, друг наш Федор, с первым рабочим днем на новой работе. С почином тебя. Счастья нам всем на новом месте. Хорошо тут. Дом прекрасный, хозяйство замечательное. Всё вроде бы здесь хорошо.

- Ладно, договаривай, кот. Что у тебя на душе – сказал дядя Федор.

- Да вот. Всё, говорю вроде нормально. Но мне что-то не спокойно. Пойми меня, я хоть и животное, но понятие имею по жизни нашей. Опыт мне подсказывает, что против тебя какая-то хитрость задумана. Поверь мне, у меня глаз наметанный. Что-то мне страшно не понравился этот самый почтальон Печеный сегодня. Странный он какой-то и подозрительный тип. Похоже, он как-то связан или с чекистами или с бандитами, а всего вернее и с чекистами и с бандитами. Не простой человек этот Печеный. Ох, не простой. Опасен он для тебя, друг ты наш Федор – сказал убежденно кот.

- И что с того? Я сам может тоже не простой – возразил коту Федор. – Почему это я должен бояться какого-то почтальона. Да я его одним пальцем прибью, если мне это будет нужно.

- Мне сегодня показалось, потому, как он на тебя смотрел хитро, что этот почтальон тебе Федор какую-то страшную гадость сделать надумал – сказал убежденно кот. - И ведь чует моё сердце так он и поступит, он тебе враг! Какую-то подлость сотворит сам, и всё на тебя Федор свалит. А потом на тебя властям пожалуется. Так и погибнуть можно в наше непростое время, Федор. Дело здесь явно не шуточное. Надо бы меры срочно какие-нибудь принять. Нельзя быть тут беспечным. Тут надо держать ухо востро! Ведь сам знаешь, как тут люди в ОГПУ быстро головы теряют.

— Это правда. Из восьми людей, что здесь до меня работали оперуполномоченными ОГПУ, как я узнал, четверых убили бандиты, а четверых разоблачили, как скрытых врагов народа и расстреляли сами чекисты. Надо бы здесь точно поостеречься, — согласился Федор немного сам удивленный этим обстоятельством. — Получается, что ты считаешь, что к смерти восьми местных оперуполномоченных ОГПУ имеет отношение почтальон Печеный. Половину он истребил с помощью бандитов, а другую половину уничтожил доносами. Если это так, то тогда я имею дело с очень серьезным врагом. Вероятней всего он сам является тогда сотрудником ОГПУ. Да что можно сделать в этом случае? Я просто не знаю.

— Может, расспросить про этого самого почтальона? — предлагает пес. — У соседей.

— А ты родной мой друг разве забыл, что соседи то, сами только сегодня сюда переехали из других мест. Что они могут знать о Печеном, если раньше в деревне не жили? — спрашивает кот. — Кстати. Это всё еще более подозрительно. Выжил после налета, бандитов вроде не боится, никто о нем деревне ничего не знает. Враг он нам, и враг опасный. Хлебнем мы с ним горя, чует моё сердце!

— Ладно, Нэпман, не перегибай палку. А может не всё так страшно в данном случае, как тебе это представляется? Возможно, это просто первое внешнее впечатление от общения с этим человеком. Может оно у нас ошибочное и Печеный окажется впоследствии просто обычным почтальоном. Поживем, присмотримся к нему по возможности более внимательно. И не будем забывать, что на нем свет клином не сошелся. Обстановка здесь пока полностью непонятна и неизвестна нам. Так что нет причин для паники – сказал Федор.

Но кот не согласился с ним:

— Если долго будем присматриваться, можем попасть в ловушку. Враг этот почтальон, смертельно опасный враг. Его нужно убрать с нашей дороги.

— Раз так. Значит, надо что-нибудь предпринять, — говорит Шановный. – Обязательно.

— А что именно нужно предпринять? – спросил Федор.

— Что-нибудь незаметное. Слежку какую-то надо прямо сейчас организовать за Печеным – ответил пес.

— Чтобы организовать слежку, много ума не надо — сердится кот, — надо сначала выяснить, где дом Печеного. А затем проникнуть в дом и всё там хорошо обыскать. А у нас кто сможет это организовать. — Тут он на пса посмотрел и говорит: — А давай, Шановный, мы тебя отправим на это задание. У тебя же нюх то должен какой-то быть. Вот ты всё там у него и вынюхаешь. Подарим тебя Печеному, ты у него поживешь и всё про него досконально выяснишь и нам доложишь!

Шановный даже на месте подпрыгнул:

— Это как так — меня подарить? Ты что кот облезлый совсем с ума сошел. Обнаглел ты совсем! Друзей дарить собрался? Как ты до такой мерзости додуматься то смог, кот ты наш боевой?

— А так и додумался. Ты у нас ухоженный стал, красивый. За тебя любой охотник сто рублей даст. И еще больше. А потом ты от него убежишь — и снова к нам. И всё про этого предателя нам и расскажешь. Не смотри на меня такими злыми глазами, я же обо всех нас забочусь.

— Да? Так это ты заботишься о нас всех? — кричит Шановный. — А если меня на цепь посадят?! Что я там из будки вам смогу разузнать? Давай, кот, лучше мы тебя Печеному подарим. Ты у нас тоже ухоженный. Вон, какой толстый красавчик, сделался. А котов на цепь не сажают. Так что всё сможешь разузнать и будешь ты заодно двойную пользу приносить. И врагов объедать и оперативно нам всю информацию поставлять! Сметану всю у врагов переведешь и всех шпионов на чистую воду выведешь! Так что соглашайся Нэпман, условия райские! Завяжем тебе бантик на шею и подарим Печеному в знак дружбы. Печеный от радости нам всё и выдаст про себя злодея.

Нэпман возмущенно посмотрел на Федора и тот сразу вмешался в спор:

— Вы что с цепи сегодня оба сорвались? Ругаетесь как кот с собакой. В смысле, сильно ругаетесь, вы ведь и есть кот и собак. Короче. Никого мы дарить никому не будем. Мы пойдем вместе проверять Печеного. Собирайтесь и отправимся на операцию.

— Ура! — кричит Шановный. — Давно пора! — А сам потихоньку у кота спрашивает: — А где мы этого почтальона будем закапывать? Может с собой сразу, сундучок и тележку возьмем? Что бы можно было незаметно труп почтальона до оврага довезти. Проверим его хорошенько, придавим злодея потихонечку, и от трупа сразу же и избавимся. И быстро и хорошо. Как всё хорошо придумал дорогой товарищ Федор.

— Не торопись ты, — отвечает кот. — Может почтальон знает, где деньги, эти сокровища, которые в землю спрятали бывшие помещики. Короче, надо серьезно допросить Печеного про судьбу клада, ныне разбойники всякие его ведь наверно не просто так ищут. А почтальон явно знает много. Он нам гад всё расскажет, у меня лапа тяжелая, да и характер теперь тяжелым стал.

— А почему ты так решил, что почтальон какое-то отношение к кладу имеет? – спросил пес.

— А у меня такое предчувствие. Что не может быть у меня предчувствия? Ты что-нибудь против этого имеешь? – возмутился кот.

— Я? Нет! Просто спросил – ответил Шановный обиженно.

— Вот и не спрашивай просто так. Спрашивай по делу! – продолжил обижаться Нэпман.

Тут снова вмешался Федор в спор:

- Так, друзья мои, на этом все разговоры прекращаем и отправляемся на разведку.

Пес и кот сразу все поняли и решили прислушаться к словам своего товарища и перестать, друг другу промывать косточки. Завершив спор, пошли они все вместе искать дом почтальона Печеного. Кот говорит:

— И как же нам разыскать дом, где живет почтальон? Ведь мы теперь и спросить ни у кого не сможем. Все люди в деревне новые. Да и спать все, наверное, улеглись давно.

— А может в магазине спросить, — говорит Шановный. — В магазине все должны покупать, и там про всех должны знать.

— Почему ты решил, что здесь есть магазин? – спросил Федор – Должны были лавку прислать из соседнего села с товаром, но днем её не было

— Нюх, то у меня чай собачий – ответил гордо Шановный.

И тут они пришли к дому, в котором расположился сельсовет. Там во дворе стояла большая телега с будкой. И Федор подошел к ней. А пес и кот уселись рядом на камушке. Из телеги раздался грозный мужской голос:

— Кто там? Не подходите, у меня пистолет заряжен. Еще один шаг и я буду стрелять на поражение.

Дядя Федор говорит:

— Чудак ты! Был бы я бандитом, давно ты бы в раю с ангелами беседы вел! Я местный оперуполномоченный Федор Коромыслов. А вы кто?

Голос с телеги возразил:

- А я вас не знаю. Может быть, вы меня пытаетесь обмануть. Я советский служащий торговли Иванов Пётр. А вот кто вы доподлинно пока не известно.

- Я могу вам предъявить свой мандат – предложил Федор.

- Нет, не подходите к телеге. При первом же вашем шаге я буду стрелять. Стойте там, где стоите и к телеге не приближайтесь.

Пес тогда тихо говорит:

— А давайте, вы ему, этому трусу скажите, что пес мой вам документ принесет.

— Почему, это ты? — спрашивает кот.

— Потому что коты обычно такие вещи не делают, а собаки могут и не такое сделать. Думать надо – сказал Шановный.

- Итак. Петр Иванов, сейчас мой дрессированная служебная собака вам в зубах принесет моё удостоверение. Вы сразу убедитесь, что я действительно сотрудник органов госбезопасности. Если и после этого вы будете мне угрожать оружием, то тогда это я буду рассматривать как терроризм по отношению к представителю советской власти, со всеми вытекающими последствиями – сказал грозно Федор.

После этих слов Федор вручил документ Шановному, тот отнес его к телеге. Документ из пасти пса взял средних лет лысый мужчина, невысокий, но крепкого телосложения. Быстро ознакомившись с мандатом, работник торговли спрыгнул с телеги и обратился к Федору:

- Дорогой товарищ Коромыслов! Вы не обижайтесь. Сами понимаете, работа у меня сейчас предельно опасная. Сегодня припозднился, и вот никого в сельсовете не застал. Какая трагедия! Кто бы мог подумать! Такое село было раньше!

Нэпман незаметно царапнул Федора за ногу. Тот сразу поинтересовался:

- Так вы раньше здесь часто бывали?

- Ну, да. Раз в неделю, а то и два раза приезжал сюда, привозил товары. Я тут всех знал. Какая утрата! – говорил Иванов.

- Но не все тут местные жители погибли. Вот Печеный, почтальон местный жив здоров. Вы с ним знакомы были? – спросил Фёдор.

- Да я его с молодых лет помню, — говорит торговец. — Вредный тип этот почтальон. Никто его в деревне сильно не любил. Но в тоже время особого зла он никому не делал, так что зря на него наговаривать не буду.

— А где его дом стоит! — спросил Федор. — В хозяйстве корова нужна. Что это за хозяйство без коровы? Говорили, что почтальон корову продает.

— А так вы его дом разыскиваете? — говорит торговец. — Его и искать особо не нужно. Вон он стоит, прямо на краю села, возле леса.

- Хорошо, схожу, посмотрю, где этот дом и потом к вам вернусь. Бдительность не теряйте – сказал Коромыслов и отправился со своими четвероногими друзьями продолжать прогулку по селу. Через несколько минут дом почтальона был разыскан. Здесь кот сказал, что пришло время его работы. Нэпман направился к дому и вскоре исчез в темноте. Отсутствовал он минут тридцать, а когда он вернулся к своим друзьям, в зубах у него был конверт.

Федор взял в руки конверт и вопросительно посмотрел на своего четвероного друга. Кот тихо прошипел:

- Прав был я. Гнида этот твой почтальон и стукач. Донос на тебя накатал, как я и думал! Но не беда. Главное письмо мы перехватить успели.

Федор спросил:

- А с чего ты взял, что в конверте донос?

- На адрес посмотри. На конверте написано, что письмо направляется в губернское управление ОГПУ – сказал зло кот.

- Ничего себе. Так тебя твой профессор не только говорить, но еще и читать научил. Вот чудеса. Тут еще многие люди не научились грамоте, а у меня кот читать умеет – изумился Федор.

- Нельзя время нам терять, конверт надо срочно вскрыть и заменить письмо. Аккуратно если сможешь это сделать, то конверт я обратно в сумку к почтальону заброшу сразу же, и тот ничего не заподозрит - сказал Нэпман.

- Смогу, но сейчас давайте быстро вернемся домой – тихо ответил Фёдор.

Друзья вернулись в дом, и здесь Федор искусно вскрыл конверт, и быстро прочитал письмо. После этого он зло выругался. И отбросил в гневе письмо в сторону.

- Сволочи! Слежку за мною организовать приказали этому самому почтальону хитрецу начальство ГПУ из области. Вот Печеный гад и послал им первый свой отчет. Отчет совсем короткий, доложил, что я без энтузиазма отреагировал на его предложение срочно оформить подписку на партийную прессу – сказал Федор.

- Это еще хорошо. Мог вообще любую гадость написать, а потом бы ты оправдывался. Но в любом случае человек почтальон опасный и с ним нужно держать ухо востро. Это мы правильно с тобой угадали, что он агент охранки – промурлыкал задумчиво Нэпман.

- Запечатать конверт сами сможете? Я пойду, пройдусь еще немного по селу. Посмотрю на то, как ночует наш торговый агент, я ведь обещал к нему вернуться – сказал Федор.

- Сможем, ты не волнуйся. Заклеим и сами отнесем конверт обратно. Ты иди спокойно по делам службы – заверил Нэпман.

- Что же делать будем? Запечатаем письмо обратно, и ты его отнесешь и положишь в сумку к почтальону? – спросил Шановный у кота, как только Федор вышел из дома.

- А ты что предлагаешь? – в ответ поинтересовался Нэпман.

- А я предлагаю все же письмо подменить, от греха подальше. Дайте мне в руки ручку и чернильницу, и новый вариант доноса Печеного будет у нас через пару минут! – с достоинством ответил пес.

- Вот тебе ручка. Пиши. Хотя. Я лучше сам начну писать первым, а ты дополнишь в случае чего – сказал Нэпман.

Кот нашел перо и чернильницу и приступил к написанию своего варианта доноса в ГПУ. Потом уже Шановный ухитрился как-то взять перо в лапы и начал писать продолжение письма. Нэпман подобрался поближе к Шановному и стал смотреть на то, что пишет пес. Потом Нэпман снова взял сам в лапы перо и стал быстро писать окончание письма, но пес снова взял перо в лапы и написал последние строки письма. После этого передал текст письма для окончательного утверждения Нэпману. Тот начал читать:

- «Мои дорогие папа и мама! Арнольд Шмеерслегер и Вано Завешвилли!

Сообщаю вам, что я живу хорошо. Просто замечательно, особенно после того, как узнал, что вы все-таки не побоялись невежества всяких ханжей и решились узаконить свои нетрадиционные отношения в законном однополом браке во время командировки в Швецию. Совет вам да любовь! Помните, что у меня есть свой дом. Он тёплый. В нём одна комната и кухня всегда свободны и вы их можете всегда использовать как много раз раньше для своих интимных встреч.

И еще хочу сказать. О том, что недавно мы клад нашли, миллион рублей золотом, и потом эти деньги все за кордон переправили, вы тоже не забывайте. За те деньги можно будет в Голландии не одну сотню лучших коров купить. И кстати, трактор колхозный я тоже вместе с кладом за кордон переправил. Трактор хороший, только он оказался с дефектами и потому за кордоном за него не слишком много денег дали. Деньги, ваша часть, лежит на вашем счету в иностранном банке. Так что за это вы не беспокойтесь.

Мама и папа, я без вас очень скучаю. Особенно по вечерам. Но я вам всё равно не скажу, в каком банке лежит ваша доля капитала в иностранном государстве. А то вы меня заберёте в свои застенки, и там я точно пропаду. Или пристрелите меня из-за угла, как песика шелудивого просто, так, и концы в воду».

«А ещё у нас связь есть с империалистами из США, она очень тёплая и близкая. Скорей бы уже американские империалисты всех нас за верную службу к себе бы забрали. Но теперь еще какое-то время нам еще придется здесь послужить империалистам с вами вместе, а потом они нас к себе в США точно заберут, и поедем мы с вами жить на американское побережье! Я так люблю там отдыхать! Здоровье-то у меня не очень: то лапы ломит, то хвост отваливается. Потому что, дорогие мои папа и мама, жизнь у нас с вами была сложная, полная лишений и борьбы за империалистов США. Но сейчас всё по-другому станет. И колбаса у нас будет самая лучшая, и молоко парное будут нам прямо в рот вместе с пивом заливать аппетитные мулатки, и в мисочке на полу будет коньяк французский разлит. Пей – не хочу. Мне советский коньяк даже видеть сейчас не хочется. Я его просто так сегодня его пью, для развлечения, в смысле для маскировки.

А пью я сильно, в последнее время. Возьму вроде удочку, а сам за бутылку. Бояться стал разоблачения. Получу донесения и распоряжения империалистов и в поле уношу. А днём я люблю на крышу вскарабкаться. И там флажками сигналы капиталистам иноземным передаю, чтобы они скорее нас всех отсюда забрали. На солнышке облизываюсь и сохну». А на днях я слинять окончательно захотел. Старым уже становлюсь на службе у проклятых краснюков, шерсть с меня уже сыплется – хоть в дом не заходи. Облысел совсем. А конца и края Советам всё не видать. А ведь империалисты обещали нам с нашей помощью быстро с большевиками покончить. И нет нифига! Зато новая советская смена растет – чистые шайтаны! Просто хоть караул кричи. Да ещё охрип я немножечко. Сторонников советской власти много, на всех практически лаять от злости приходится. Час полаешь, два полаешь, а потом у меня не лай, а хрип какой-то из груди моей лохматой вырывается.

Так что. Дорогие папа и мама, вы меня теперь не забывайте. И не потому, что мы с вами против товарища Сталина и Ворошилова теракт совершить решили. Вы просто не забывайте и всё. И тогда у меня хвост всегда будет крючком, а уши соответственно торчком, нос холодный, в смысле голова, а сердце будет горячим, и лохматость в целом повысится. В смысле руки будут чистыми. Мне теперь можно будет скоро зимой даже на курорте у польских белобандитов в снегу спать. Я теперь сам туда в магазин хожу. И все продавцы меня знают там в лицо.

Они так меня и встречают – пан наш шпион, как ваши папа и мама, Абрам Шмеерслегер и Вано Завешвилли поживают, выпить мне бесплатно дают. Так что вы за меня не переживайте. Я такой богатый стал, прямо – ух! Если я в Америку все же попаду, мне все медали тамошние за борьбу с большевизмом обеспечены. За красоту и сообразительность и мой и ваш нравственный подвиг шпионов.

До свиданья. Ваш сын – дядя Печенный».

- И ну и как? – спросил Шановный.

- Да, пойдет – махнул лапой кот. – Времени нет тут «Войну и мир» сочинять.

На этом они завершили обсуждение и стали аккуратно запечатывать конверт. За тем они вдвоем отправились с конвертом к дому почтальона.


Глава 6


Несколько дней в деревне всё было абсолютно тихо. Никто в деревню не приезжал. А деревенским жителям в эти дни было не до праздников и праздного общения. Переселенцы постепенно обживались на новом месте. Повсюду шла упорная работа, везде слышались стук ударов топоров и визг пил. Переселенцы работали с раннего утра до позднего времени не покладая рук. Деревня постепенно принимала вновь вид жилого места, а не пепелища. Люди трудились не зря. Постепенно налаживался их быт. Жизнь продолжалась, и ужасные события совсем недавнего прошлого медленно забывались, их засасывало в лету времени и они становились всё менее острыми и яркими впечатлениями в умах жителей села. Сейчас было уже не до воспоминаний о произошедшей трагедии. Слишком много работы нужно было сделать людям.

Нэпман и Шановный в эти дни тоже зря времени не теряли, они крепко обживались в деревне, и процесс этот был далеко не так и прост, как это могло показаться со стороны. Нам обычным людям и в голову не придет, сколько сложностей может встать на пути у обычного кота или собаки в их жизни в деревне. А ведь тут были не просто собака и кошка, у коих есть могучий поводырь в виде инстинкта, а люди в теле собаки и кошки! С людскими инстинктами и стереотипами. В этом была большая проблема. Но в этом же был залог того, что кот и пес, животные, созданные из тел и душ человеческих, победили в борьбе с животными, проживавшими в деревне.

Ведь эти люди в образе зверей были не просто зверями, они были серьезными людьми в своей человеческой жизни, в которой им приходилось много раз биться за свою жизнь со смертельно опасными врагами. Просто так их видавших виды мужчин вышибить из седла было невозможно. Людская смекалка и многолетний опыт борьбы за свое место в жизни помогли приструнить обнаглевших чужих собак и кошек, которые норовили истребить конкурентов и залезть на территорию, где жили Нэпман и Шановный. Все домашние животные в деревне были быстро поставлены на место и никогда больше и не пытались встать на пути у наших друзей. При виде Нэпмана или Шановного и собаки и кошки сразу же пускались наутек.

Но, к сожалению, на этом проблемы наших друзей не закончились. Были попытки пернатых хищников, коршунов и орлов, пообедать Нэпманом и Шановным, очень уж хищным птицам приглянулись аппетитные городские животные. Какие-то политически неграмотные кречеты и соколы пытались нападать на наших героев. И это стало большой проблемой. Пришлось, крепко покрутится обоим нашим героям, да и Федору тоже решая эту проблему. Все вместе друзья были вынуждены заняться изготовлением защитных приспособлений для защиты от пернатых хищников. В итоге и кот и пес были экипированы по последнему слову военной науки. Они не только получили защитные стальные сетки, которые гарантировали их от ран от когтей хищных птиц, но и были вооружены дротиками и прочими средствами нападения.

Но, несмотря на то, что вид Нэпмана и Шановного сильно изменился, прежде чем все птицы в окрестностях села окончательно убедились в том, что на этих зверей, вооруженных, как бойцы спецназа красной армии, смертельно опасно нападать друзьям пришлось пережить не одну схватку с врагами. Нескольким особо непонятливым птицам пришлось свернуть шею в ходе разрешения данной ситуации. И все же птичья проблема была разрешена успешно. Все хищные птицы в округе как огня боялись теперь Нэпмана и Шановного. И старались облетать стороной их.

Но выяснилось вскоре, что и это не все проблемы. Были в деревне и разные идиоты, которые посягали на спокойствие и даже жизнь несчастных жертв человеческих преступных экспериментов. Людям было странно видеть экипированных в странные одежды животных. Они то и дело пытались запустить в странных животных чем-нибудь тяжелым. Хорошо хоть переселенцы не стреляли из ружей в кота и пса. Проблема была серьезная. Тут своим четвероногим друзьям помог Федор, он пояснил всем, на собрании села, что его животные потому такие исключительно умные, что они раньше выступали в китайском цирке.

И Федор начал свой рассказ о героическом прошлом кота своего и пса своего. Эти два героических животных родились далеко от этих мест. В Китае. Там их воспитал великий укротитель зверей Чон Юнг Фант. И после того, как звери овладели множеством необходимых для цирковых животных навыков, их взяли в один из китайских цирков. А цирк этот был не простой. Он приехал из Китая в Россию во время гражданской войны и в нем под видом цирковых артистов по тылам белой армии ездили красные разведчики, которые спасали подпольщиков из лап контрразведки белогвардейцев.

Самым главным разведчиком был дрессировщик Ван Ю Шин. Вот именно у него в номере и выступала раньше эти кот и собака. Вообще зверей у опытного дрессировщика было великое множество. И волк и лиса, и орел, и коршун, и даже гуси и свиньи. Цирк объезжал много мест и спас массу героев из подполья, и все было у красных разведчиков хорошо, но тут начальник контрразведки генерал Белобородов узнал от предателя о том, что в цирке прячут героев подпольщиков. На цирк напали белогвардейцы и всех артистов убили. А главного героя дрессировщика Ван Ю Шина схватили злые враги и стали мучить и пытать.

Но смелый герой не поддавался и палачи от него ничего не могли узнать. И тогда генерал Белобородов приказал расстрелять героя. И вот Ван Ю шина повезли на расстрел. Вывезли его на опушку леса, конвой встал и навел ружья на красного разведчика и в этот момент на белогвардейских палачей напали эти смелые животные, пытаясь спасти своего друга от верной смерти. Битва была неравной. Животные один за другим гибли в бою. Белогвардейцы стреляли из своих ружей в них. А звери продолжали атаковать убийц. Так продолжалось всего несколько минут. Но когда дым от выстрелов рассеялся, белогвардейцы увидели, что красный герой Ван Ю Шин успел за это время освободиться от оков и скрыться в темном лесу.

На следующий день дрессировщик в составе боевого охранения из буденовских войск прибыл на место трагедии. И единственными выжившими животными были как раз вот этот кот и этот пес. Герой оставил животных товарищу Федору, который тогда был лихим кавалеристом в Первой конной армии, для присмотра, а сам отправился выполнять новое задание партии туда, куда никому нельзя об этом знать.

Вот такую историю рассказал жителям села Федор. И после своего рассказа он предупредил всех, кто его слышал о том, что за всякую попытку их, этих геройских зверей обидеть, он любого жителя деревни накажет, как за посягательство на жизнь государственных деятелей и заслуженных работников ОГПУ и Красной Армии.

После данного разговора люди стали относиться к животным Федора не просто с уважение, но даже со страхом, и старались не попадаться им лишний раз на глаза. И это не могло не радовать Нэпмана и Шановного.

И в результате всех этих событий постепенно четвероногие друзья оперуполномоченного Коромыслова стали уже основательно подготовленными к условиям жизни в новых условиях людьми в зверином облике. Тяготы и сложности адаптации настолько заняли всё в жизни друзей, что постепенно, незаметным для себя образом, оба они стали меньше горевать об утраченном человеческом естестве. И хоть они прекрасно понимали, что жизнь их была окончательно погублена, и что сделать с этим уже ничего нельзя, и что даже враг их, профессор Синельников ныне мертв и им удалось наказать виновника своих бед, а значит, жить ради мести им было больше не нужно, всё же они продолжали жить. Совершенно не понимая для чего.

Все человеческие смыслы для жизни были для них потеряны. В чем мог быть их смысл в жизни в новых условиях? Теперь это было совершенно не понятно. В карьере? Совершенно очевидно, что нет. Какая может быть карьера у пса или кота? В любви? Тоже, нет. Полностью нет, бесповоротно нет! В воспитании потомства? А какое человеческое потомство может быть у кота и собаки? Никакого потомства человеческого у них отныне не может быть. Это тоже был бесспорный факт.

Что оставалось бедным животным с человеческим сознанием? Дикая тупая тоска. И полное отсутствие смысла дальше жить. Вот и весь итог. Ведь впереди у них не было ничего по-человечески значимого. Это всё было им совершенно ясно. Но, несмотря на это абсолютно полное понимание, каким-то странным образом всё же она продолжалась. И не удивительно на самом деле, ведь еще в древности было известно, пока дышу – надеюсь. Так что и кот и пес теперь жили странной и необъяснимой надеждой на то, что всё каким-то чудесным образом изменится. И они снова смогут стать людьми и вернуться к обычной человеческой жизни.

Странным образом после того, как были преодолены проблемы по адаптации к жизни в животном виде, в душах Нэпмана и Шановного ожила медленно и робко надежда. А может быть всё еще и изменится в лучшую сторону? Хотя спросили у них любое существо, а что собственно могло произойти? И Нэпман и Шановный бы не смогли бы ничего на это ответить. Но жизнь все же постепенно становилась всё более сносной.

А потом из города, как-то вечерком приехал черный воронок. В нем обычно ездили сотрудники ОГПУ. Машина остановилась на виду у всей деревни возле дома почтальона и из неё вышли вежливые молодые люди в кожаных куртках, перетянутых ремнями. Они вошли в дом и через пять минут сотрудники органов вывели из дома смущенного Печеного. Почтальон вел себя спокойно, словно ничего не происходило важного. Явно он был уверен в себе. Но хоть он и сказал тогда жителям села, что уезжает по делам совсем ненадолго, и завтра же будет снова в деревне и привезет из города журналы, обратно в деревню так никогда и не вернулся.

А вместо него через пару дней прибыл из районного центра новый почтальон. Звали его Вадик. Это был худосочный человек примерно шестидесяти лет от роду, одетый во всё серое, с мутными бесцветными глазами, среднего роста, молчаливый и угрюмый. Он поселился в доме Печеного. Дядя Федор пришел знакомиться с новым почтальоном, но тот сразу дал понять, что он не расположен к долгим отвлеченным разговорам и чурается любого общества, ибо давно привык к одиночеству. Пришлось Федору с данной ситуацией смириться. Они попрощались, и Коромыслов вернулся к себе домой.

Когда Федор вернулся домой пес и кот мирно завтракали. Дом был убран. Полы аккуратно подметены. Хозяин сказал зверям:

- Молодцы вы у меня. Как бы я без вас тут жил бы вообще не понятно. А с вами я, как за каменной стеной. Но ладно, хватит вас хвалить, как бы вы у меня тут не испортились. Как бы мне вас не сглазить!

- А ты не бойся. Ты у нас не глазливый. Это мы с другом моим с дурным глазом обладаем. На кого нехорошим взглядом посмотрит, за тем из города черный воронок приезжает. Так что можешь продолжать петь нам дифирамбы – сказал серьезно и печально Нэпман.

Но Федор был явно не настроен шутить. Выглядел он грустным:

- Друзья. Тут такое дело. Почтальон то наш, Печеный пропал. Совсем пропал. С концами. Насколько я понял, больше нам его увидеть не грозит. Переселился по всему видно товарищ Печеный нынче в райские кущи. Всё про то говорит. А ведь был на хорошем счету, как мы знаем у большого начальства. И вдруг такая трагедия. Ума не приложу, что с ним случилось. Что его погубило? Думаю вот уж, сколько времени, а придумать ничего не могу.

Кот нервно мяукнув, пробубнил:

- А что тут думать? Врагом был почтальон и к бабке не ходи. Вот его и разоблачили наши славные чекисты. И дело с концом. Да и вообще, что вспоминать то об этом злобном человеке? Не нужно это. Пропал и бог с ним! Всё хорошо, что хорошо кончается. И вообще делать нам больше нечего, как о почтальоне вспоминать. Было бы кого вспомнить! Если каждого гада вспоминать, времени на отдых не останется совсем.

Но пес зло посмотрел на кота и сказал:

- Это всё письмо наше так сработало. Это мы с тобой виноваты в гибели почтальона. Зря может мы его погубили?

- Это что еще за письмо? – поинтересовался дядя Федор. – Вы мне ничего о письме не рассказывали.

- Мы письмо, которое почтальон отправлял в город, в губернское управление ОГПУ, подменили. А в нем такой разной ерунды понаписали, что хоть святых выноси! Но никак мы не ожидали, что может такое случиться. Честное слово – ответил пес.

- Вы это серьезно? Как вы могли так плохо поступит? И главное. Почему вы мне не рассказали о том, что вы подменили письмо? А может быть, вы завтра уже на меня письмо в тот же адрес отправите, и поминай, как меня звали? А сами ничего мне об этом не расскажите? А может быть, уже отправили? Признайтесь, может быть за мною уже завтра приедут в черном воронке из губернского управления ОГПУ костоломы? Может я тут с вами, последний день кукую? – возмутился дядя Федор.

- Ты это говори, да не заговаривайся – взревел кот. – Я смертельно опасного нашего общего врага убрал. И о том, что с ним нужно покончить, я прямо и открыто тебе говорил. Но то, что наше письмо так может быть воспринято в губернском управлении ОГПУ, этого даже я никак не ожидал. Хоть повидал в своей грешной жизни много всяких ужасных вещей. Если бы придал бы хоть какое-то значение этому письму, точнее его подмене, то обязательно обо всем тебе рассказал.

- И почему же не рассказал? – сказал зло Федор.

- Я думал, что это просто воспримется всеми, как глупая шутка. Но странное дело. Видимо письмо было принято всерьез. И тогда сам собой возникает вопрос. Что же в том письме несло в себе хоть какую-то угрозу чекистским вождям из нашего родного города? Раз так прореагировали, то значит, была в нем какая-то правда. Или нечто правдивое, что могло для кого-то стать основанием для опасного подозрения. А это весьма любопытное открытие. Я пока не знаю, что с этим открытием сделать, но то, что нам это знание пригодится, в этом я абсолютно точно уверен. Это всё произошло неспроста. За этим кроется какая-то тайна.

- Не уверен я, что ты тут прав. Давай рассудим по-простому – стал говорить дядя Федор, немного успокаиваясь. - Открывают в городе письмо и видят там несусветную ерунду. Первая мысль – почтальон от тягот жизни тронулся умом. Такое бывает сплошь и рядом. Тогда вожди отправляют за почтальоном машину и ждут, когда к ним доставят Печеного. В итоге выясняется, что почтальон умом не тронулся. Вывод в этом случае можно сделать вполне себе логичный. Письмо подменили.

Тогда следующий вопрос. Кто подменил письмо? С учетом, что почтальону было велено вести тайно за мною слежку, то факт подмены письма может говорить о том, что слежка мною выявлена. А раз это так, то и смысла вести её дальше подобным образом больше нет. Какой смысл в такой слежке? Никакого смысла в ней после её выявления больше и нет. Что в этих условиях делать? Убрать раскрытого агента и вместо него использовать для слежки иного человека. Разве всё это не логично? Вполне логично!

Кот почесал себе лапой затылок и сказал:

- Есть все же некое несоответствие в твоих словах. Суди сам. Говоришь сам же о том, что почтальон ныне обитает в райских кущах, а потом доказываешь мне, что с ним всё просто прекрасно. Это как-то всё выглядит не слишком убедительно. Тут нужно четко разделить. Или почтальона убрали и это одна ситуация, или почтальон отправлен в другое место, служить прежним хозяевам. Начнем со второй возможности.

Вопрос. А зачем всё это было нужно делать таким сложным образом? Предположим, что поняли начальники, что письмо подменено. Зачем убирать почтальона? Что такого в том, что их агент разоблачен? Пришли в деревню другого агента и дело с концом. Мы бы ждали слежки со стороны почтальона, и следили бы за ним, а за нами тайно следил бы кто-то иной. А мы бы и не смогли ни о чем догадаться. Раз вывели из игры Печеного, значит тут дело такое сложное, что шутить с ним местным вождям вовсе не хочется. Это весьма любопытное обстоятельство. Пока у нас мало информации. Но с чего-то ты смог понять, что Печеный сюда уже никогда не вернется. Это ведь так?

- Во-первых, это чутье. Во-вторых, я опытный человек, я давно работаю в органах и поэтому по тому, как арестовывали почтальона, сразу для себя определил, что его дела плохи, дальше некуда. Почтальон этого не мог понять, в силу того, что он не знал эту ситуацию изнутри, ибо он не работал в самой системе. Он был лишь информатором, но не кадровым работником органов. Потому он и храбрился. Был уверен, что с ним ничего не случится. Явно он ошибся. Но это всё дела прошлого сейчас. Нам теперь нужно понять, что делать сейчас – высказал свое мнение дядя Федор.

Тут в разговор вмешался пес:

- Вы это, конечно, молодцы. Мыслители, можно смело так о вас сказать. Но между тем, нам нужно в первую очередь выпить чарку водки на помин души почтальона Печеного. Был, он может быть и не лучшим жителем нашей планеты. Но в любом случае в мир иной попал не без нашей помощи. Так что помянуть его, да и мысленно попросить у него прощения, дело вовсе не последнее сейчас. Я так думаю.

Дядя Федор задумался. Потом встал и достал из шкафа бутылку водки. Разлил по стаканам. Потом взял стакан и влил его содержимое в пасть Шановному. Тот некоторое время молчал, а потом все услышали:

- Эх, вот вещь! Она же божественно хороша! Не разучились все же делать! Давай еще по одной! Вечная память Печеному!

Тут Нэпман вскочил с места и подскочил к дяде Федору. Тот не стал делать вид, что не понимает, что от него хочет его хвостатый товарищ. Коромыслов взял стакан и влил его в пасть коту. Кот некоторое время не мог издать ни звука. А потом он радостно взвизгнул:

- Действительно, она чертовски хороша! Хоть и я пробовал раньше и более богатые и тонкие по вкусу алкогольные напитки, но сейчас вкус этой водки меня просто сводит с ума! Это просто праздник какой-то! Какая это прелесть! Уму непостижимо! Это просто дар небесный. Но давай еще раз помянем этого гадкого почтальона.

Дядя Федор вздохнул, но не стал себя долго уговаривать и снова разлил водку по стаканам. А потом снова помог своим друзьям принять на грудь еще по двести грамм водки. Бутылка быстро опустела. Кот и пес на задних лапах, отбросив ложную скромность, подошли к оперуполномоченному ОГПУ, к своему ближайшему другу, и стали его обнимать. Кот промолвил растроганно:

- Брат ты наш! Нам тебя нужно беречь, как зеницу ока! Ты наше главное сокровище в нашей паскудной жизни! Без тебя нам и жизнь не в радость.

Пес тут же добавил:

- Ты поверь мне, я всегда знал, что ты дядя Федор самый лучший человек на земле. Лучше тебя никого нет. Ты не просто помог нам выжить, самое главное, ты сейчас нам вернул хоть малую часть, но все же вернул нам часть человеческих смыслов жизни. Тебе не понять, насколько это для нас сейчас важно! Казалось бы, мы теперь благодаря тебе снова может употреблять всего лишь алкоголь, пить, проще говоря, водку. Разве это может быть исключительно важным делом? Но для нас это очень важно. Потому что это возвращение к человеческим смыслам жизни. Посмотри, миллионы людей живут одной лишь алкогольной зависимостью. Она одна только и существует для них в жизни. А сегодня и мы ныне звери поднялись до уровня, пусть подзаборных алкашей, но даже этот уровень это не просто так в мире существует. Это уровень человеческого смысла в жизни, пусть и предельно низкого, но все же специфического человеческого смысла. И это для нас огромный шаг вперед!


Глава 7


Сердобольный Федор серьезно проникся горестями жизни своих друзей пребывающих ныне в животном облике. С утра он отправился в районный центр. Переплыл на лодке в соседнюю деревню, там взял коня и на нем продолжил путь. В районном центре он вошел в здание местного отделения ОГПУ. Зарплату он получил за прошлое место работы и по новой должности он получил аванс. И зарплата у него была в этот раз весьма неплохой. На очень большую для себя сумму денег Федор купил водки и вина. И с этим драгоценным грузом он отправился домой.

Вернувшись в село, дядя Федор вечером снова устроил небольшую вечеринку для своих четвероногих товарищей. Звери были на седьмом небе от счастья от того, что на столе стояли хорошие алкогольные напитки. Потом Федор изготовил приспособление, благодаря которому Нэпман и Шановный могли самостоятельно наливать себе водку и самогон в стаканы, и выливать содержимое стаканов себе в рот. И веселье началось.

На следующий день Федор отправился в инспекцию по своему району. Ему нужно было посетить все маленькие хуторки, что были расположены в лесной части района. Звери остались дома одни. Трое суток напролет кот с псом пьянствовали. С небольшими перерывами на сон. Загул у животных с человеческими мозгами получился масштабным. Нэпман и Шановный, очнувшись от сна, приступали вновь к потреблению алкоголя. Во время его распития они пели песни, танцевали барыню и другие танцы, короче веселились по полной программе.

Потом, после возвращения из поездки хозяина дома, уже крепко накачавшись алкоголем, Нэпман и Шановный начали приставать со своими рассказами о той жизни, которую они навсегда потеряли, Федору Коромыслову.


В конце концов, даже сердобольный Федор не выдержал. Он потребовал прекратить запой. На что его друзья звери ответили, что имеют теперь полное право упиться насмерть, ибо их жизнь полностью лишена гармонии, и фактически существование их полностью бессмысленно теперь. - Так пусть же оно завершится сейчас же великой пьянкой – воскликнул с пафосом Шановный.

Но Федор был иного мнения. Он продолжал призывать своих четвероногих друзей завершить пить водку и вино, но всё было бесполезно.

Тогда Федор, осознав, что демократия в данной ситуации свои возможности исчерпала, начал принимать жесткие меры. В первую очередь он, преодолевая яростное сопротивление пса и кота, запер алкоголь в сундуке. Кот потребовал отдать им ключ от сундука. И когда Федор наотрез отказался отдать ключ, собака и кот бросились на Федора с целью вырвать у него вожделенный ключ. Но Федор был вовсе не так прост, как могло кому-нибудь показаться. В итоге пес оказался привязанным на цепи у будки, а кота заперли в черном чулане. Сам же Федор отправился на службу.

Когда вечером он вернулся домой, пес встретил его издевательским лаем, а кот душераздирающим мяуканьем из подвала. Но пронять Коромыслова было делом не простым. Как ни в чем небывало он поужинал, а потом завалился спать. Утром он проснулся первое, что он услышал, это был недовольный голос кота.

Кот недовольным тоном требовал: – дайте что-нибудь человеческое мне съесть, не мышей же мне тут ловить.

Тут Федор с негодованием возразил:

- Нормальные пролетарские коты всю жизнь на мышей охотятся и пользу тем и народу и себе приносят. Только разные нэпмановские коты, предатели трудового котовства пренебрегают ловлей мышей, чем наносят вред всему колхозному строю. Ишь, ты! Человеческой еды ему подавай! Совсем коты обнаглели, скоро вообще на голову всем сядут! Шиш, тебе! Обойдешься мышами. Совсем дела у нас теперь плохи. Я вас тут разбаловал дальше некуда. Обнаглели полностью и бесповоротно. Но ничего. Поживешь месяц, другой в чулане, поймешь, что мышь это великое благо. И вообще. Много чего поймешь. А ты, пес! Ты тоже пищи человеческой взалкал? Отвечай мне. Может тебе, ваше сиятельство, господин граф, мне начать прислуживать за столом.

Шановный поднялся на все четыре лапы и обратился к Федору:

- Слушай, брат. Раз такое дело, давай по-хорошему распростимся. Мы господа природные, а не рабы. Так что мы уж пойдем своей дорогой, а ты живи дальше сам. Короче, не буду я тут тебе ситуацию расписывать, парень ты сам неглупый, должен все понимать. Не маленький давно уже. Предложение тут у меня такое. Выпускай кота, и давай попрощаемся. За помощь твою спасибо. Снаряжение возьмем с собой, надеюсь, ты в этом нам не откажешь. И пойдем дальше по миру бродить. Даст бог, не пропадем. А тебе с нами теперь, когда тебе стало о нас многое известно, после наших пьяных рассказов, будет сложно общаться. Ты ведь у нас до мозга костей революционер и большевик. Так что будем прощаться. Хоть и стал ты нам родным.

Из подвала следом за Шановным раздался голос Нэпмана:

- Наш друг Шановный правильно всё говорит. Посуди сам. Дядя Федор нам с тобой прощаться пришла пора. Дальше с нами ты точно пропадешь. Хотя, конечно, пропасть на твоей службе ты точно так же легко сможешь и без нас. Но с нами всё же тебе будет намного опаснее здесь жить. Хоть и кот с собакой мы, а все же классовые враги. И никуда ты от этого не денешься. Многое ты о нас сейчас знаешь. Никуда ты теперь от этого знания не уйдешь. Теперь ты все о нашем происхождении, о том кто мы и откуда, и каким образом стали людьми в зверском облике имеешь полное представление. Так что давай прощаться. Подумай сам. Повезешь нас сдавать в НКВД с рассказом о том, что вот, мол, звери из института секретного, они разговаривать умеют. Так мы будем молчать там, ни слова по-человечески не скажем. И тогда тебя же из органов, как сошедшего с ума от страха и алкоголизма выгонят взашей. И это в лучшем случае. Ты в том, что мы молчать будем в подвалах у чекистов, не сомневайся. Нас в институте уже пытались заставить заговорить пытками, да ничего у них, несмотря на все их старания не получилось. И в НКВД не получится. Так что, уж поверь мне на слово, тебя в лучшем случае в дурдом определят, как умалишенного. А вероятней всего от греха подальше сразу к стенке прислонят, для надежности и порядка. Так что думай головой.

Ты парень не глупый, да и не злой. Пойми, что лучше все же нам расстаться друзьями. Дай нам вещей в дорогу, и пойдем мы солнцем палимые и спрячемся в лесу. Есть где-то недалеко старое господское поместье, там и перезимуем, а дальше будет видно. Весело нам было с тобой Федор. Только время наше с тобой видно завершилось. Жалко, но ничего с этим теперь не поделаешь.

Федор сел на скамейку и несколько минут раздумывал. Потом горестно вздохнул и сказал:

- Наверно, вы правы. Мне тут с вами теперь будет жить крайне опасно. И так не знаю, как мне тут всё расхлебывать придется. Но как-нибудь расхлебаю. Да и везти вас сдавать в НКВД вас вроде бы и надо, а мне не хочется. Всё, таки вы мои друзья. Как бы то ни было. Так что действительно, отвезу-ка я вас в старинную господскую усадьбу. Там вам найду место, как рассказывал Печеный, там сохранились вполне пригодные для жилья помещенья. Я в усадьбе только что побывал. Там вы и поживете пока, а после будет видно. Я по возможности буду вас навещать. Я и так сегодня как раз собирался еще раз посетить старую господскую усадьбу, исследовать её на предмет наличия клада. Так что давайте собирайтесь и поедем на телеге в лес. Не будем зря время терять, раз такое дело.

После этих слов, Федор выпустил из подвала кота, а потом освободил и пса. Все вместе они дружно собрались в дорогу. Все приспособления, разработанные для четвероногих друзей Федором, были собраны и сложены в телегу. Так же Федор загрузил в телегу и весь остаток спиртного, который находился в сундуке. И они все отправились в лес. Через пару часов телега доехала к старому господскому поместью. Здесь был найден хорошо сохранившийся флигель, в котором видимо жила прислуга. Здесь и было решено устроить дом для кота и пса. Домик быстро привели в порядок, полы помыли, печку затопили. Федор нарубил для друзей дров и пообещал раз в неделю обязательно заезжать к коту и псу в гости и привозить для них гостинцев и помогать им по хозяйству.

Ближе к вечеру друзья сдержано попрощались. Все сегодняшние события произошли так быстро, что никто их не смог полностью оценить и теперь они втроем стояли в старой усадьбе и прятали друг от друга глаза. Федор вздохнул и сел в телегу и отправился домой в деревню, а кот и пес остались стоять на пороге флигеля и стояли там до тех самых пор, пока телега с дядей Фёдором совсем не пропала из глаз.
***

В кабинете руководителя губернского ОГПУ проходило совещание. Проводил его новый руководитель ОГПУ Ивар Питер, худощавый жилистый человек, примерно сорока пяти лет от роду, высокого роста, с совершенно седыми волосами, латышский стрелок, лично охранявший в своё время Ленина. Он только сегодня он прибыл из Москвы и сразу же собрал в своем кабинете руководителей всех подразделений. В самом начале своего выступления он сообщил о том, что бывший начальник губернского ОГПУ Шмеерслегер, и два его заместителя Белоконь и Завешвилли были им лично сегодня утром арестованы. А через несколько часов после этого арестанты были застрелены конвоем на полигоне за городом при попытке бегства.

Вся правда об их злодеяниях была сообщена в центр героем - ныне покойным почтальоном Печеным. Оказалось, что бывший начальник не только вступил со своими подчиненными в совсем неправильные личные отношения, но еще и был завербован белогвардейцами и польскими панами и вел подрывную работу против советской власти. Преступники так же вступили в тайные сношения с американскими империалистами и с прочими врагами советской власти. Они готовили покушения на товарища Сталина и на других руководителей советского правительства. Вот об этом всем, о подлом предательстве и поведал партии в своем письме товарищ Печеный. Враги подлые и гнусные не дали герою шанса лично разоблачить врагов советской власти и убили почтальона за день до приезда нового начальника губернского ОГПУ. Но уйти от ответственности за совершенные ими злодеяния и за предательство советской власти им всё равно не удалось. Москве всё стало известно, и были приняты все необходимые меры. Враг был раскрыт, заговор был сорван.

Всё это товарищ Питер рассказывал сухим трескучим голосом, так словно колол дрова. На столе перед ним лежала папка с грифом "Секретно". Это было личное дело оперуполномоченного Федора Коромыслова. Во время своего рассказа, он время от времени бросал на эту папочку заинтересованный взгляд. Потом Питер дал слово для выступления товарищу Вадиму. Это был новый почтальон из Варенцовки, но теперь его было совсем не узнать. Он стал словно выше ростом и много шире в плечах, он встал и начал свой рассказ:

- В ОГПУ СССР от члена ВКП (б), сотрудника ОГПУ по нашей области тов. Печеного Михаила Ивановича поступило заявление о том, что ему известно о террористических высказываниях Шмеерслегера Арнольда Баховича бывшего начальника ОГПУ по нашей губернии.

Нами было проведено расследование по этому заявлению. Свидетель ШАБУЛИН М.И. на допросе от 2-го июня с.г. показал:

— Его знакомая Портнова Ирина Васильевна сообщила, что она давно знала Завешвили и передавала о террористических настроениях и его и их начальника Шмеерслегера. Последний говорил Завешвили, что «теперь будет работать в ОГПУ и что ему легко будет пробраться и совершить убийство тов. СТАЛИНА». Так же и свидетельница Петрова Зоя Григорьевна показала на допросе, что бывший начальник губернского ОГПУ был озлоблен по отношению к советской власти и планировал террористический акт против товарища Сталина. О том же говорит и признание бывшего заместителя начальника нашего губернского ОГПУ Белоконя, в своем признании он в частности пишет:

- Следствием мне предъявлено обвинение в антисоветской заговорщической работе. Всё это правда. Я обманывал партию, членом которой недостойно был последние годы, я предал интересы народа и пошел на поводу у врагов народа. Только после ареста, после предъявления обвинения и беседы с товарищем Питером я стал на путь раскаяния и обещаю рассказать следствию всю правду до конца, как о своей преступно-вражеской работе, так и о лицах, являющихся соучастниками и руководителями этой преступной вражеской работы.

Стал я преступником из-за слепого доверия авторитетам своих руководителей Шмеермлегера и Завешвили, а став преступником, я вместе с ними творил гнусное контрреволюционное дело против партии. Нет мне прощения. Я знал о том, что мои непосредственные руководители задумали осуществить террористический акт против товарища Сталина и ничем этому делу не помешал. Мало того мы связались с отпетым уголовником Федором Коромысловым, бывшим террористом тайного масонского ордена и сотрудником немецкой и японской разведки для того чтобы подготовить теракт против вождей советской власти. Для этих целей мы связались с бандитской шайкой Гришки Черного и через него вышли на некого ученого Алексея Синельникова. Этот ученый работал в особо секретном институте и занимался подготовкой животных террористов.

В этот момент в кабинете раздались возмущенные голоса. Но товарищ Питер сразу призвал всех к спокойствию и потребовал, чтобы товарищ Вадим продолжил своё выступление. Тот кивнул и продолжил говорить:

- Да, вы не ослышались. Животных террористов. И это не фантастика. Вот смотрите.

После этих слов товарищ Вадим предъявил удивленным соратникам фотографии, на которых можно было с трудом разглядеть кота и пса, одетых в доспехи, во время их схватки с ястребом. На последнем фоте ястреб лежал мертвым, а кот и пес уходили вдаль.

- Вот такие пирожки с котятами – завершил свое выступление товарищ Вадим. – Теперь товарищи вы представляете, какая угроза нависла над нашим любимым вождем, над руководителями советского правительства. Враг не дремлет, он затаился в наших рядах, он готовит страшный и подлый удар против нашей страны!

Тут снова начал говорить новый начальник губернского управления ОГПУ товарищ Питер:

- Теперь самое главное. Нам с вами сегодня нам нужно захватить обязательно живым шпиона и террориста Федора Коромыслова и его дрессированных животных. Это нужно сделать с соблюдением особых мер безопасности. Преступники всё предусмотрели и поместили место террористической базы почти у самой государственной границы. Любая наша с вами оплошность и враг уйдет к своим хозяевам за кордон. Нельзя никак этого допустить. Это не просто моя инициатива. Это прямой приказ самого высшего нашего руководства. Так что до самого начала операции из моего кабинета никто не выйдет. Здесь мы еще пару часов поговорим на разные темы и отправимся на выполнение задания. Прошу это не воспринимать как недоверие мое к вам. Но как вы все прекрасно знаете, предосторожность редко бывает излишней в нашей с вами работе. Так что не будем никуда выходить. Прошу с пониманием к этому отнестись. Спасибо.

Чекисты удивленно переглянулись, не зная как отреагировать на столь прямое проявление недоверия к ним со стороны нового начальника. Но тут в разговор вступил начальник отдела кадров и предложил, чтобы просто так не терять время, каждому из находящихся в зале оперативников рассказать только что назначенному начальнику в присутствии товарищей о себе. О том, как проходила его служба в ОГПУ, о том, что сделано им, какие сотрудник видит слабые места в работе. Что он может предложить для усиления работы губернского ОГПУ. Товарищ Питер поддержал предложение начальника отдела кадров. Один за другим по очереди вставали чекисты и рассказывали о себе. Выслушав всех, товарищ Питер посмотрел на часы, и приказал всем оперативникам грузиться в машины и срочно отправляться в деревню Варенцовку на задержание особо опасного террориста Федора Коромыслова и его четвероногих подельников.
***

В старой господской усадьбе быстро вечерело. Солнце уже исчезло в кронах деревьев. Нэпман грустно посмотрел на Шановного и сказал:

- Надеюсь, дотемна наш друг доберется до деревни. В лесу небезопасно. Я краем уха слышал, что банда не ушла за кордон, а затаилась где-то в лесу. Надеюсь, наш Федор им по пути не попадется. Друг он наш единственный на этом свете. Жалко его будет, пусть живет долго и счастливо.

- М-да. Как-то мы с ним сегодня не совсем по-людски расстались. Короче, пьянка она не только людей, но и зверей до добра не доводит. Жалко, что всё так у нас произошло – сказал с явной горечью в голосе Шановный. – Но делать теперь нечего.

- И то верно, что плохо всё у нас получилось. И с алкоголем нужно завершить нашу эпопею, ни к чему хорошему она нас точно не приведет. Эх, не был я алкоголиком в человеческом облике, видно не судьба мне спиться и в зверином виде. Ни к чему это – сказал Нэпман. – Ладно, посиди здесь, дом посторожи, а я пойду на разведку, посмотрю, что здесь есть интересного. Если, что держи ушки на макушке, поспеши мне на помощь, если какая опасность, если кто на меня нападет.

- Ты далеко не отходи, места здесь дикие. Действительно, тут не деревня. Может и волк и лиса напасть. Пикнуть не успеешь, как станешь добычей лесного зверя. А я то, конечно на помощь, если успею, то приду – сказал Шановный. – Но лучше побереги себя.

И кот отправился на разведку. Прошел он не более десяти метров от дверей флигеля, как на него спикировал огромный ворон. Нэпман с диким воплем привычным прыжком в сторону на долю секунды опередил нападавшего на него хищника. И тут же, не дав ворону и доли секунды на размышление, Нэпман бросился ему на спину. Он схватил птицу за шею и стал её душить. Наглый пернатый бандит теперь был обречен на гибель. Ворон начал хрипеть и задыхаться и вскоре практически бросил сопротивляться. Вдруг из глаз птицы вытекла слеза, и она промолвила, сипя из последних сил:

- Прощай жизнь. Умирает офицер русский в лапах кошки, какая позорная смерть!

Тут кот выпустил ворона и сказал, глядя ему в глаза:

- Ты что сволочь тоже из наших пострадавших от изуверов несчастных страдальцев будешь? В смысле из институтских подопытных зверей? А ну отвечай мне, а не то задушу!

Ворон из последних сил в ответ попытался крылом изобразить дулю. Тут на шум прибежал Шановный. Он быстро понял, в чем дело. Примирительным тоном он сказал:

- Оголодал ты видно сильно брат. Раз на этого тощего и явно невкусного кота позарился. А ведь надо бы тебя нормальной пищей то угостить то, у нас, слава богу, и сало есть, и немного колбасы, да и кусок курочки имеется. Могли бы с тобой поделиться, если ты не сильно гордый.

Но ворон продолжал презрительно молчать. Затем ворон громко каркнул и отвернулся от пса. Шановный махнул лапой и сказал:

- Хозяин барин. Не хочешь, значит, не хочешь. А так бы посидели, выпили бы водочки на троих, о делах наших скорбных поговорили бы. Глядишь на душе б у всех бы и полегчало немного. Думаешь, ворон, одному тебе сейчас на свете нелегко жить. Нам тоже сейчас тяжело.

Тут ворон привстал и страшно заинтересовано спросил:

- Насчет того, чтобы водочки откушать ты это пошутил? Или каким-то образом вы к этому делу возможность вернуться нашли?

Тут уже кот вздохнул и сказал:

- Нашлись возможности. Это да. Но ими злоупотребили. Мы тут, брат, на почве алкоголизма чуть до белой горячки не дошли. Самую малость. Уже и сил пить нет. Но за-ради знакомства можно и еще выпить немного сладкой водочки.

Ворон тут же поддакнул:

- Это правильно. Нельзя пить беспробудно, я всегда был против алкоголизма. Но выпить если честно сейчас мне бы очень не помешало. Сами понимаете. Нужно.

Шановный сказал примирительным тоном:

- Ну и хорошо. Давайте пойдем, сядем за стол, как в годы нашей нормальной, человеческой жизни. Пусть мы теперь и не люди, но зверями то нам всё равно становится, особенно по отношению к таким же несчастным, как и мы, существам, потерявшим всё в этой жизни тоже не надо. Мы с тобой братья по несчастью.

И после этих слов все трое, людей, в зверском облике отправились во флигель.



Глава 8


В тот вечер грустный Федор Коромыслов вернулся домой уже поздним вечером. Войдя в дом, он минут десять молча посидел на табуретке и тягостно вздыхал. Ему было нестерпимо грустно и печально в этот вечер в этом сразу ставшим таким мрачным и огромным доме. Казалось, что не только сам оперуполномоченный агент ОГПУ сейчас переживал о том, что ему пришлось проститься со своими четвероногими друзьями. Казалось, словно сами стены дома укоряли Федора за то, что он вел себя слишком строго с несчастными страдальцами, в результате чего Нэпману и Шановному пришлось убраться отсюда прочь в дремучий лес на верную смерть от холода и голода и от диких зверей.

Дом стоял, и тишина в нем просто звенела в ушах у Федора. А ведь только сегодня утром всё было совсем не так. Ведь совсем недавно жизнь его в том богом забытом уголке мира людей напоминала Федору Коромыслову сумасшедший дом, в котором кипели шекспировские страсти. А теперь всё здесь, в его скромном жилище стало, словно на кладбище. Тихо и бесприютно.

Только сейчас Федор понял, лишившись общения с Нэпманом и Шановным, что общался все эти дни он не просто с котом и псом, чудесным образом, овладевшим человеческой речью, вовсе нет. Он общался с взрослыми, хорошо знавшими жизнь мужчинами, у которых можно было многому научиться. Общение с грамотными и веселыми людьми в животном виде много давало Федору, который не имел серьезного образования. Да и опыт житейский у него практически отсутствовал, поскольку практически всю свою сознательную жизнь Федор провел то на гражданской войне, то на службе в Уголовном розыске и в ОГПУ, даже влюбиться и то, ему так и не пришлось. Всё было некогда.

А Нэпман и Шановный в отличие от оперуполномоченного агента ОГПУ были исключительно просвещены во множестве жизненных вопросов, в том числе, конечно, и в вопросах интимного общения с женским полом. Шановный даже был в стародавние времена, еще до мировой войны около двух лет женат на прекрасной девушке Анастасии. К несчастью любовь их была скоротечной. Анастасия покинула Шановного за пару лет до мировой войны и на пароходе отправилась искать себе счастья с американцем, который был на два года моложе её в Сан-Франциско. Так что Шановный был главным экспертом в вопросах семьи, любви и брака. И хотя опыт его был скорее печальным, но о жизни мудрый пес рассуждал всегда здраво. Кроме того у Шановного, который был очень грамотным псом, можно было узнать ответ практически на любой вопрос. Он был просто ходячей энциклопедией, ибо закончил, столичный университет еще до революции, и после того с любовью относился к книгам, да и просто был по жизни умницей.

А Нэпман отличался тем, что мог придумать любое хитрое приспособление, которое уже сам Федор доводил своими человеческими руками до готовности. И главное он постоянно был на взводе и был готов к тому, чтобы что-то предпринять. Неважно, что конкретно делать, но сидеть и скучать он не мог физически. А теперь всё это жизненное бурление было в прошлом. Сидя на табуретке, Федор еще пару раз тяжело вздохнул, а потом встал с неё и решительно отправился во двор.

Оперуполномоченный агент ОГПУ понял, что ему нужно было срочно отвлечься от тяжелых раздумий. В первую очередь Федор решил для своего успокоения обзавестись новыми четвероногими друзьями. Сделать это было легко, в деревне было полно беспризорных кошек и собак. Федор вышел из дома, и прямо перед домом его встретила целая вереница кошек и собак. Животные словно чувствовали, что в этом доме появилась вакансия на место домашнего питомца, и поэтому всей толпой прогуливались возле дома Федора. Оперуполномоченный агент ОГПУ медленно обошел всех животных и после небольшого раздумья, выбрал себе кота и собаку, максимально напоминавших ему своей внешностью его товарищей Нэпмана и Шановного.

– Буду с ними общаться, если станет скучно – сказал сам себе Федор и грустно усмехнулся.

Пса, которого стал по привычке называть Шановным, посадил оперуполномоченный агент ОГПУ на цепь возле будки, чтобы он сторожил дом. А перед котом, которого аккуратно внес в дом, на блюдце налил молока. Кот недоверчиво подошел к блюдцу, и некоторое время осторожно постоял у блюдца, не прикасаясь к молоку. Затем, видимо приняв для себя какое-то решение, кот опустил голову и стал лакать молоко.

Федор усмехнулся и сказал:

- Ну, слава богу! С новоселье. Будешь теперь здесь у меня жить. Мышей и птиц ловить. Человек я компанейский со мной не пропадешь.

Между тем, вылакав молоко, кот стал знакомиться с новым домом, обнюхивая все его углы. Федор же отправился на вечерний обход села. Нужно было проверить, как обстояли дела в поселке. И узнать, не произошло ли чего-нибудь важного здесь за время его отсутствия.
***

Нэпман и Шановный и их новый пернатый знакомый расположились за импровизированным столом. На столе стояла бутылка водки и нехитрая закуска. Ворон крякнул и взглядом показал на бутылку водки. Шановный быстро вскрыл её и разлил алкогольный напиток по стаканам. Потом он помог ворону принять первый стакан вовнутрь. Несколько секунд ворон не мог произнести ни звука, но потом он воскликнул:

– Эх, пропадай моя жизнь несчастная, давай еще стаканчик.

Нэпман быстро налил водки в стакан и Шановный помог снова выпить ворону. Тут ворон паузу выдержал немного более длинную, ничего не говоря, а потом громко воскликнул:

- Ух, ты! Как снова на свет родился. Словно вновь человеком, на долю секунды стал. Я себя сейчас почувствовал так, словно в ресторане. Любил я в прошлой жизни ходить по ресторанам и вкусно есть и пить. Грешен был, признаю.

Шановный предложил ворону закусить и тот, поблагодарив его за гостеприимство, с огромным удовольствием принялся поглощать продукты со стола. Насытившись, ворон отодвинул от себя тарелку и обратился к Нэпману и Шановному с речью:

- Я понимаю так, что вы не простые звери. Вы агенты ЧК, вы не простые агенты, вы стали зверями из каких-то ваших коммунистических убеждений. И этот ваш выбор вызывает у меня уважение. Но это не главное сейчас. Вы видимо угощаете меня за этим столом не просто так. Вы преследуете какие-то свои цели. Но я не понимаю, что вы от меня то хотите? Служить на вашу советскую власть я и так никогда не имел желания, можно сказать всегда ей противостоял с оружием в руках, а теперь, после того, что со мною случилось, я стал её наверно самым заклятым врагом.

Лучше я помру, чем что-то для советской власти делать стану. Так и знайте. И не обманывайте себя лишними иллюзиями. Спасибо что перед пытками вы меня покормили, и дали водки выпить. Это вы хорошо сделали, вам за это на небесах спасибо скажут, так что готов я теперь принять свой крест, как истый мученик.

Шановный спросил:

- А можно мне поинтересоваться? С чего это вы взяли, уважаемый друг, что мы служим в ВЧК? Мне это совершенно не ясно.

Ворон укоризненно покачал головой и сказал:

- Стыдно должно было бы вам пытаться меня обмануть. Я-то воробей, в смысле ворон давно уже стрелянный, знаю почем фунт лиха. Был я дня два-три назад в деревне вашей и видел, как вы там вместе с оперуполномоченным агентом ОГПУ вместе местность обследовали, да и на птиц охотились. Так что насчет вас у меня информация верная, своими собственными глазами видел вашу службу на чекистскую разведку. Так что не надо и пытаться меня обмануть.

Шановный вздохнул и сказал:

- Это правда, что мы с другом моим и оперуполномоченным ОГПУ вместе на птиц охотились. Но это не вся, правда. Хочешь, я тебе расскажу всю правду о том, что с нами было в последние дни, после того, как мы вырвались из института смерти и ужаса, и тогда ты сам и решишь, чекистские мы разведчики или нет.

Ворон махнул крылом и сказал:

- Я знаю, насколько хитры чекистские разведчики. И вряд ли поверю хоть в одно твое слово, чтобы ты мне не рассказал бы сейчас. Так что можешь зря не стараться, обмануть меня не получится. Но с другой стороны, делать нам сейчас особо нечего так, что, почему бы тебе и не рассказать свою историю. Надеюсь, она будет занимательной и поучительной. Обещаю тебе её выслушать до конца. Пес ты, в смысле человек, не вредный, так что я готов внимать твоей речи со всем возможным почтением.

Шановный поблагодарил ворона за разрешение начать свой рассказ и начал говорить. Шаг за шагом в своем рассказе он восстановил события прошедших дней. Сидевший рядом Нэпман то и дело вставлял в рассказ свои дополнения и уточнения. Находясь за импровизированным столом, друзья, словно заново пережили перипетии прошедших событий. В какой-то момент ворон подскочил на месте и закричал:

- Что? Не может быть! Так вашими стараниями, эта сволочь профессор Алексей Синельников сейчас кормит червей в какой-то вырытой в лесу солдатами яме? Я вам этого никогда не прощу! Вы лишили мою жизнь последнего смысла! Вы не шутите, профессор на самом деле мертв?

Нэпман сердито ответил:

- Нет. Профессор не кормит червяков в яме в лесу. В этом вы ошиблись. Труп его, как мне рассказал мой друг Федор, тот самый, с кем ты нас видел в деревне, сожгли вместе с трупами всех членов банды Григория Черного в колумбарии института. От профессора Синельникова остался только лишь один пепел, да и тот в мгновенье был развеян в трубе. Так что не взыщи, профессора на этом свете тебе еще раз увидеть не суждено.

Ворон схватился крыльями за голову и стал причитать:

- Всё окончательно пропало. Бедный, несчастный я и мой брат. Никогда нам теперь не вернутся в наш человеческий образ. Никогда уже не стать снова людьми. Какая безмерная трагедия! Я лишился последней надежды, что помогала мне жить. Зачем теперь нам жить, зачем продолжать свои мучения? Мы с братом, он тоже стал жертвой мерзких опытов, мечтали, вырвавшись из стен института, что сможем найти профессора и заставить его вернуть нам человеческий облик. Это была единственная наша надежда. А теперь её больше нет. Налейте водки господа! У меня нет сил.

Шановный тихо вздохнул и сказал:

- Выпей, дорогой друг. Горе наше общее. Нам тоже так вот жить радость не большая. Однако живем, пока живем. А там как бог решит. Только пойми нас, мы не то, чтобы не приняли в расчет ту возможность, о которой ты нам сейчас поведал. Заставить профессора нас обратно сделать людьми. Но ты не знал профессора так, как смогли его узнать мы. Он ведь работал с нами все последние дни перед приездом старого вождя. Ты не представляешь, что это был за человек. Мы с Нэпманов слишком хорошо смогли узнать этого самого Алексея Синельникова, за дни работы с ним в животном виде.

То был не просто злодей, это был злой гений человечества. С ним никто бы из нас не совладал. Да он был нашим демиургом, создателем нашего мира и нас, но и он же и был нашим адом и самым страшным врагом. Но мы смогли все же переиграть его. В итоге он почти лишился всего. Но и тут оказалось, что он был готов к такому повороту ситуации. Мало того, мы смогли организовать на него нападение бандитов Гришки Черного. Но и тут он был на высоте. Кстати, профессор спрашивал у Гришки о том, откуда тот узнал о том, что он находится на квартире. И если тот честно рассказал ему о том, что его навел на профессора некто Нэпман, а не стал выдумывать историю о том, что его предупредили беспризорники, то тогда нас бы не было бы сейчас в живых, а профессор ушел бы за кордон с большими деньгами.

Так что было совершенно нереально рассчитывать на возможность переговоров с профессором. Он знал про нас больше, чем мы сами о себе когда-нибудь узнаем. Он был нашим создателем.

Ворон печально промолвил в ответ:

- Да и не факт, если честно, что была хоть какая-то возможность вернуть себе человеческую жизнь с помощью профессора и его методов. Из людей в зверей смогли превратить из тысяч опытов всего несколько экземпляров. Короче, эта наша мечта была, по всей видимости, самообманом.

Шановный вздохнул и продолжил свой рассказ о событиях последних дней. Ворон долго молча слушал, но в какой-то момент он снова подскочил на месте и вопросительно воскликнул:

- Что же вы за черти такие в зверином образе с человеческой душой? Неужели вы подвели под расстрел почтальона Печеного? Не может того быть, чтобы этот враг рода человеческого, предатель и погубитель моей и брата жизни пал от рук своих хозяев и всё это от вашей доброй помощи! Вы просто какие-то звери, а не люди! Тьфу ты. Вы и есть теперь звери. Короче, налейте мне еще один стакан, я выпью за вас мои родные. Короче, понял, что ошибся в вас. Вы люди честные и благородные. Я думаю, мы с братом с вами подружимся.

В любом случае нам нужно теперь друг друга держаться. Нас теперь на свете только вы понять сможете, то же что и мы почувствовать. Прошу извинения, если кого из вас обидел недоверием, но вы сами знаете, что времена сейчас непростые на Руси. Думаю, что дальше мы с братом еще много узнаем от вас о вашей прошлой жизни, но и так уже понимаю, что люди вы добропорядочные и достойные. А сейчас надо мне вас со своим братом познакомить. Пойдемте со мною.

Звери встали из-за импровизированного стола и направились к дверям флигеля. На улице шел небольшой снег, было холодно. Ворон направился к кустам. За ними был небольшой канал, заполненный черной холодной водой. Ворон подошел к каналу и стал изо всех сил каркать. Через некоторое время из кучи плававших в пруду листьев высунулась усатая голова сома. Рыба с недоумением посмотрела на ворона. Ворон обратился к Нэпману и Шановному:

- Мне надо с братом переговорить. Вы возвращайтесь к себе, а мы подойдем чуть позднее.

Нэпман и Шановный не стали спорить и отправились по свежему снегу в свой флигель. Братьев не было минут тридцать. Наконец, дверь отварилась, и во флигель вошли ворон с сомом. Сом тут же сказал:

- Господа, просим у вас прощения. Мы немного задержались. Брат мой пересказал мне то, о чем вы ему рассказали. Я под большим впечатлением от услышанного рассказа. Хочу сразу вам сказать. Я могу сколь угодно долго находиться вне воды, так что можете не беспокоиться за меня. Я рад с вами познакомиться. То, что я услышал от брата о вас, меня просто потрясло. У меня нет слов для того, чтобы выразить вам свою благодарность, за то, что вы смогли покарать нашего злейшего врага и погубителя. Мы с братом выражаем вам огромную благодарность.

Тут ворон перехватил слово:

- Разреши мне брат самому рассказать нашим дорогим друзьям историю наших бедствий. Меня зовут Антоном, а брата моего зовут Дмитрием. Вы, наверное, уже поняли, что мы и есть те самые братья, сыновья зверски убитых местных помещиков. Сейчас мы вас принимаем на территории нашего родового гнезда. Будьте у нас как у себя дома. Если бы такие великолепные люди приехали бы к нам в те времена, когда живы были наши драгоценные родители, вас здесь ждал бы грандиозный прием. Мои родители были людьми в высшей степени гостеприимными и широкими натурами. Да и возможностями обладали они немалыми. Но жизнь оказалась беспощадной к нам всем. Вы знаете о том, что здесь произошло.

Но хочу вам разу пояснить, что к той расправе с жителями деревни, что была проведена, мы никакого отношения не имеем. Но обо всем по порядку. Полгода назад мы оказались на той стороне границы. Там мы собрали группу лихих кавалеристов. Многие из них знали и о том, как мы сражались в боях с красной армией. И многие знали о том, что мы дети известных на всю округу богачей. Все понимали так, что мы пойдем на ту сторону не просто так. А за кладом, который находится в заповедном месте.

Тут ворон на несколько секунд замолк, словно заново переживая те события, а потом ровным голосом продолжил свой рассказ:

- Всё шло своим чередом. Мы завершили подготовку и отправились в поход. Но в дороге к отряду, как-то вроде само по себе, присоединился один лихой человек, звали его Олегом Хватом. Он сумел быстро войти в наше полное доверие. Когда мы оказались в этих местах, Олег предложил нам встретиться с его человеком, который бы помог нам в поисках клада. Звали этого человека почтальоном Печеным, и он многое знал о событиях в поместье. На самом деле нас в доме почтальона ждала чекистская засада. Почтальон и Олег пытались всё у нас выведать о кладе, а потом, когда стало ясно, что мы стали подозревать их обоих, почтальон дал знак своим товарищам и нас тут же арестовали. При нашем аресте был сам начальник губернского ОГПУ и два его заместителя. Нас повезли в город, а Олег Хват отправился в отряд и стал там вместо нас атаманом. Он рассказал, как теперь предполагаю историю о том, что жители деревни, убившие родителей наших, убили и панычей, опасаясь их мести.

А нас же привезли в город, и начался допрос с пристрастием. Сменяя друг друга, нас мучили сам начальник ОГПУ, два его зама и почтальон, оказавшийся весьма опытным и умелым палачом. Вскоре мы не выдержали пыток и во всем сознались. У нас просто не было сил противостоять этой злой силе. Мы сдались. И ждали, что теперь нас уже точно расстреляют и земные наши мучения на том завершатся. Но почему-то начальник ОГПУ проникся к нам особой неприязнью. Уж не знаю почему. Предполагаю, что наши клинки в свое время возможно отправили на тот свет, кого-то кто мог быть близок к этому страшному человеку. И этот упырь сообщил нам, что нас отправляют в институт на лечение. И громко захохотал.

Дальше вы знаете, что с нами произошло. Но не знаете вы того, что происходило в институте после того, как вас вывез на своей машине первый красный конник злодей Ворошилов, будь он неладен. А это была крайне печальная и душераздирающая история. Почти сразу же после вашего отбытия я попал в кабинет директора института. Теперь в нем располагался новый директор. Он почему-то решил, что я это профессор. Но я не стал его переубеждать. Тем более что править институтом ему долго не пришлось. Как-то он вышел из кабинета, а потом его уже обратно в кабинет ввели три человека. Калиниченко избивали и требовали признания в работе на иностранную разведку. Тот как-то сумел раскусить ампулу с ядом. Предусмотрительный был человек.

Здесь снова ворон прервался на минуту, а потом продолжил свой рассказ:

- А между тем, в институте началось массовое уничтожение всех следов его деятельности. В том числе уничтожали и всех тех людей, кто мог слишком много знать о деятельности института и не имел высшей степени ценности для дальнейшей работы. Много народа постреляли тогда просто ужас. Я спасся тем, что сначала прикинулся мертвым. А потом нашел совсем молодого парня, наивного такого из тех, что помогали вывозить вещи из института. И сумел его убедить в том, что если он сома, моего брата в воду выпустит, то тогда по сомьему веление, по его прошению, всё что не попросит в течение нескольких часов будет исполнено. Парнишка взял контейнер с моим братом и выпустил его содержимое в речку. Так я, вместе с братом, обрел свободу. Парнишку жаль, его выследил какой-то чекист и попытался арестовать. В итоге парень был чекистом застрелен при попытке бегства. Так вот и получилось, что ушли мы из института так, что нас никто не хватился.



Глава 9


Группа захвата во главе с новым начальником губернского управления ОГПУ товарищем Питером на время затаилась в небольшой роще возле деревни Варенцовка. Принято было решение опытным оперативником Питером, что захват базы террористов следует осуществить на рассвете, в час, когда даже самый осторожный боевик забудется в сладких снах. До той поры все участники операции находились на месте, вплоть до водителей автомобилей и присматривали по приказу начальства друг за другом. Так приказал товарищ Питер для обеспечения полной секретности операции. Старый чекист прекрасно понимал, что меры предосторожности были вовсе не лишними в данной ситуации. Кругом были враги, он это прекрасно понимал. Нужно было срочно провести чистку местной чекистской организации, но времени на это у него не было. Приходилось начинать работу с теми людьми, что были в наличии.

Пришел в ряды чекистов Питер после работы в системе партийного контроля. При проверке парт документов по линии КПК и ЦК ВКП (б) в которой он лично участвовал, много выявили врагов и шпионов разных мастей и разведок, просочившихся в ряды сотрудников ОГПУ. Об этом комиссия сообщили в главное управление ОГПУ, лично товарищу Ягоде, но там почему-то на материалы проверок не обратили никакого внимания и не производили арестов, выявленных врагов в рядах чекистов. Тогда руководитель комиссии товарищ Ежов доложил Сталину, который вызвал к себе Ягоду, приказал ему немедленно заняться этими делами. Ягода был этим очень недоволен, но был вынужден производить аресты лиц, на которых комиссия дала материалы. Аресты шли, но темпы чистки не устраивали Сталина.

Решено было тогда на самом верху направить на работу в органы ОГПУ людей из системы партийного контроля и Ивара Питера, члена комиссии по проверке чекистских органов тоже направили на работу в ОГПУ. Придя в органы ОГПУ, Питер первоначально был совсем один в чуждом чекистском окружении. Помощника у него не было. Друзей ему было найти неимоверно сложно, ибо за спиной Питера в центральном аппарате ОГПУ говорили, что все разоблачения он делал с карьеристской целью, с целью самому пролезть в органы ЧК. Но Питер знал, что это ничем не обоснованное обвинение, ведь он, начиная вскрывать плохую работу органов ЧК, сразу же после этого перешел к разоблачению конкретных лиц на новой работе.

Он вначале присматривался к работе, а затем начал свою работу с разгрома польских шпионов, которые пролезли во все отделы органов ЧК. В их руках была советская разведка. Первым он помог разоблачить бывшего чекиста Марковского, оказавшегося польским шпионом. Ягода же и Менжинский подняли, по этому поводу вопль, что Питер преследую лучших людей, и вместо того, чтобы арестовать Марковского, послали работать в провинцию. При первой же возможности Питер все же арестовал шпиона и тот во всех своих преступлениях против советской власти быстро признался. Оказалось, что Марковский работал на семнадцать иностранных разведок и за время своей работы создал целую организацию предателей и шпионов в органах ЧК. Вот так Питер начал свою работу в органах ОГПУ. Многие его не любили, считали, что он идет по трупам своих личных врагов к успеху.

После выявление резидента Питер сразу же взялся за чистку части центрального аппарата ОГПУ. В ходе чистки был выявлен еще один крупный шпион, а вместе с ним и другие враги народа, пролезшие в органы ОГПУ и занимавшие ответственные посты. После этого успеха по предложению партийного руководства было секретно поручено товарищу Питеру, взять на особый контроль работу группы Шмеерслегера и других, в связи с закрытием в их районе действий особого института, но ему в этом мешал Ягода. Вот так было и до самого последнего времени.

Но тут, благодаря счастливому стечению обстоятельств, преступная деятельность изменников и шпионов, затесавшихся в ряды сотрудников ОГПУ, вышла наружу. Агент советской разведки сообщил с территории иностранного государства интересные сведения о том, что непосредственно вблизи советской границы собирается банда братьями Васильцевыми, бывшими белогвардейскими офицерами и заклятыми врагами советской власти. Затем агент сообщил о том, что вступил в банду для того чтобы лично следить за действиями бандитов.

Все эти сообщения шли в обычном порядке. Но неожиданно пришло сообщение от данного агента по особому каналу связи. Этот канал использовался для связи непосредственно с центром, минуя местный аппарат. В своем сообщении агент сообщал, что к банде пристал некто Олег Хват, которого он знает как сотрудника ОГПУ и близкого друга Шмеерслегера и Завешвилли. Получив это известие, Ивар Питер взял это дело под свой особый контроль.

Он направил тайно в данный район группу оперативников, которые должны были на месте следить за деятельностью местного губернского управления ОГПУ. Проведенная работа группой товарищей показала, что местное управление ОГПУ превратилось в бандитскую малину, которую возглавляли отпетые мошенники и злодеи. Действовали они предельно жестко и дерзко. Удалось узнать о том, что выбив из пойманных братьев Васильцевых сведения о месте нахождения клада их родителей, группой Шмеерслегера было принято решение, полностью замести следы своего преступления.

Ими была организована атака бандитов на село Варенцовку, в ходе которой были уничтожены практически все его жители. Причина этого злодеяния заключалось в том, что многие жители деревни были в курсе того, что с кладом что-то нечисто. В деревне шли постоянные разговоры о том, что раз поймали барчуков, то скоро и клад старого помещика будет найден. И вот для того чтобы убрать нежелательных свидетелей и было организована шпионами расправа над жителями села.

В данный момент, по сообщениям агентов, работавших на месте, Олег Хват продолжал контролировать банду. Прибыв на место, товарищ Питер сразу же взял и это дело под свой личный контроль. Он дал приказ отправить сообщение Олегу Хвату. Ему было направлено распоряжение, якобы от лица Шмеерслегера, сегодня рано утром вместе с бандой перейти государственную границу в условленном месте. Части особого назначения были готовы встретить бандитов. Было приказано обеспечить захват Олега Хвата и транспортировку его в адрес губернского управления ОГПУ.

Тут Питер посмотрел на часы и дал приказ к началу операции. Всё в итоге получилось лучше и не придумаешь. Оперуполномоченный ОГПУ Федор Коромыслов спал, в тот момент, когда его схватили крепкие руки оперативников. И с его животными не было никаких проблем. К ним была применена специальная техника. Специально обученный снайпер выстрелил сначала в пса из ружья шприцом со снотворным. А потом точно так же он попал шприцом со снотворным мгновенного действия и в кота. А когда группа захвата вернулась с добычей в город, товарищу Питеру сразу же доложили информацию о том, что операция по уничтожению банды братьев Васильцевых успешно проведена и банда практически полностью ликвидирована. И еще сообщили, что нынешний главарь банды Олег Хват ожидает допроса в камере.

- Хват подождет – сказал тогда товарищ Питер. – В первую очередь мне нужно повести допрос задержанного оперуполномоченного ОГПУ в селе Варенцовке Федора Коромыслова. Всё остальное потом. Сейчас только Коромыслов.

Начальник губернского управления ОГПУ направился в подвал здания, где его в своем рабочем кабинете ожидал начальник следственного управления и два его помощника. В кабинет ввели задержанного Федора Коромыслова и допрос начался. Шел он примерно сорок минут. Коромыслов быстро и без раздумий отвечал на все поставленные вопросы. Он отрицал, что был врагом советской власти, но при этом он признался в том, что знал о том, что звери, пес и кот, были террористами, и раньше принадлежали к эксплуататорским классам. Но, не смотря на это знание, не только не передал преступников в руки своего начальства. Наоборот. Коромыслов помог создать бандитское логово на территории бывшей помещичьей усадьбы, где звери террористы нашли себе приют.

После короткого первого допроса, товарищ Питер поднялся к себе в кабинет и отправил шифрованное сообщение своим сотрудникам, оперативникам, прибывшим ранее в данный район страны о том, что нужно срочно устроить облаву на зверей террористов в бывшей помещичьей усадьбе.
***

В ходе дружеского застолья Шановный обратился к своим новым знакомым с вопросом:

- Дорогие мои друзья. Я вам рассказал сегодня о том, как меня звали в человеческом облике, какую я жизнь прожил, но сегодня я остался только лишь Шановным и это хорошо. Не хочу иного пока себе имени. Я это к тому, как к вам обращаться сейчас?

Ворон сразу же ответил:

- Это вы, уважаемый Шановный правильно вопрос поставили. Не могу я сейчас даже имени своего слышать. Больно мне. Так что нужно новое имя какое-то себе принять. Хоть даже в чекистских органах считали, что мы с братом вместе служили в кавалерии, но на самом деле конником был только я. Так что зовите меня Всадником. И это будет правильно. Служил отечеству на фронтах и мировой войны и гражданской войны всадником. Всадник я. Так и есть.

- Какой ты теперь всадник, пернатая твоя голова? Сам подумай. Птице быть всадником никак нельзя. Ты же человек служивый, сам должен понимать. Служакой был ты, служакой и останешься – сказал убежденно Нэпман.

- Добро. Тогда так. Зовите меня Служакой. Я и есть служака, ибо служил всю свою человеческую жизнь отечеству, теперь в зверином облике буду служить вам друзья мои верой и правдой – сказал строго ворон.

Сом на минуту задумался, а потом сказал:

- Это вы правильно придумали. Новое имя себе и мне нужно принять. Только какое имя себе взять? Судите сами. Вам только и признаюсь. Не был я конником, как брат мой. Это правда. Я служил в военной жандармерии в первую мировую войну. А уже в гражданскую войну был сначала сотрудником контрразведки, а потом начальником контрразведки. Видимо местный начальник ОГПУ что-то такое во мне почувствовал и потому и отправил на муки в этот самый институт, хотя и рисковал при этом. Много я его товарищей своими руками на тот свет отправил, просто не пересчитать. Крови большевистской пролил много. Так что не знаю, какое имя себе принять. Может, палачом меня будите кликать?

Нэпман недоверчиво посмотрел на задумчивого сома и спросил:

- Слушай дорогой мой товарищ. Ладно, мы люди простые, в смысле звери простые, хитростям чекистским не обучены. А ты ведь целый начальник контрразведки. Как тебя, такого грамотного разведчика, как малого ребенка какие-то малограмотные крестьяне провели? Ответь мне. Извини меня, конечно. Может, я что-то не понимаю. Как такое могло случиться? Как ты дошел до жизни такой сомячьей при таком опыте и знаниях?

Расстроенный сом в расстройстве, махнул плавником и сказал:

- Плохим я был контрразведчиком. У меня в штабе действовали красные шпионы, и я их из своего барства не смог разоблачить. Только потом это выяснилось, когда красные смогли незаметно ворваться в наш город. А причина сего дела одна – моё природное барство. Всё другим передоверялся. Всё бегал от грязной и нудной работы, поручал её своим подчиненным. Если уж совсем честно, то никого лично я так и не расстрелял из большевиков. Так что был барчуком, так им остался по жизни. И вот вам итог нерадостный. Именно я проиграл нашу с братом судьбу этим чекистским злодеям. Нет мне прощения. Уж я то, должен был всю их игру разгадать. Да, что теперь о том говорить.

Нэпман сказал:

- Ладно, с тобой мне всё ясно. У меня есть тут одно предложение. Короче, будем звать тебя Панычом и дело с концом! Как смотришь на это, друг?

Сом тяжело вздохнул и сказал:

- Точно это ты подметил. Панычом я был в человеческом облике, панычом я буду теперь и в образе рыбьем. Согласен я с твоим предложением друг, зовите меня отныне Панычом.

К этому времени на улице уже прошла длинная, зимняя ночь, и стало постепенно светать. Служба выразил желание отправиться на разведку в деревню Варенцовку, а Паныч решил после обильного принятия спиртного отдохнуть в мягком иле на дне канала.

Когда Нэпман и Шановный остались одни кот сразу же сказал:

- Ты посмотри, как интересно всё получилось с нашим письмом. А ведь мы с тобою случайно пальцем в небо попали. Ведь написали мы о кладе, о том, что он перевезен на иностранную территорию. А оказалось, что мы были совсем недалеки от истины. Получив такое письмо, начальники чекистские перепугались видимо, приняв его за прямой и наглый шантаж со стороны своего агента. Потому его они так быстро и ликвидировали.

Шановный добавил:

- А ведь чего-то такого и опасался почтальон Печеный. Не зря он нам про клад то и рассказал. Ведь он был теперь единственным, кто знал про клад, мог бы и промолчать. А не стал он этого делать. Вот за эту болтливость свою он и пострадал. С другой стороны видимо знал Печеный, что всё равно его начальники скоро до него доберутся. И хотел с помощью Федора какую-то комбинацию разыграть. Втянуть его в поиски клада и там каким-то образом в своих целях использовать. Но не успел. Ох, правильно мы тогда поступили. Опасен был этот враг Печеный, как лютый тамбовский волк. Погубил бы он Федора, как пить дать погубил бы. А так его свои же подельники с нашей дороги и убрали. Все что не делается, всё к лучшему.

Нэпман лениво потянулся и сказал:

- Мы с тобой большие умы. Но давай сейчас отдохнем, как наш разумный товарищ сом, по имени Паныч, а дальше видно будет.

Шановный кивнул головой в знак согласия и сказал:

- И то верно, считай целые сутки мы с тобою без сна. Надо и отдохнуть когда-то.
***

Проснулись Нэпман и Шановный оттого, что в окно громко барабанил клювом огромный черный ворон. Сначала спросонок звери с человеческим недопониманием взирали на птицу, а потом Нэпман воскликнул:

- Ну, мы с тобой друг Шановный и допились сегодня водки. Это же наш Служака, собственной персоной. Давай быстрее открывай дверь.

Шановный кинулся открывать дверь. И в неё тут же влетел огромный ворон и стал возбужденно рассказывать:

- Господа, что творится! Вы не поверите. А ведь события происходят просто невероятные. Но обо всем по порядку. Самое первое. Арестовали вашего друга этого самого Федора Коромыслова. Он оказался иностранным шпионом и террористом запрещенного в стране масонского ордена убийц. Я это лично своими собственными ушами слышал от одного из чекистов, он этой информацией делился со своим водителем. Короче, всё так таинственно и ужасно.

Друга вашего только что вместе с домашними животными, котом и собакой увезли чекисты в город. А всех остальных кошек и собак в поселке перестреляли, а потом еще для верности облили бензином и сожгли в яме возле леса. Такие вот дела. Странные, дальше некуда. Людям сказали, что в районе эпидемия. Особо опасная форма бешенства, передается она от домашних зверей, кошек и собак к людям, и поэтому в целях борьбы со смертельно опасной болезнью и приходится ликвидировать всех кошек и собак в селе. А если кто кошку или собаку свою от милиции спрячет, то того самого всё равно органы выявят и тогда посадят в тюрьму или даже расстреляют, как диверсанта и отравителя простого трудового народа.

Тут Шановный сразу же воскликнул:

- На том пока стоп. Нэпман давай быстро собирать наши пожитки, и даем деру отсюда. Сюда с минуты на минуту прибудут чекисты с обученными собаками ищейками. Они быстро нас всех возьмут за шиворот. Нельзя этого допустить. К этому времени во флигель ввалился сом. Паныч сразу же встрял в разговор:

- Я уже понял, что может произойти. Нужно срочно предпринимать необходимые меры. Собирайте вещи, и идите к каналу. Из отцовской усадьбы я вас вывезу на себе. Я силой обладаю немалой, так что не бойтесь, вас точно не утоплю. А по-другому, нам никак не скрыться от собак ищеек, они в любом случае найдут нас по следам. А в воде они нас не смогут преследовать. Так что мы их тогда переиграем. Послушайте старого Паныча.

Кот с псом собрали свои вещи в течение считанных минут и сразу отправились на берег канала, где погрузились на спину сома. Сом медленно поплыл прочь от берега. Служака сверху набросал на брата веток и листьев, так что со стороны наблюдателю было видно, что по воде плывет какая-то коряга, на которой сверху взгромоздился ворон, кота и пса не было видно вообще. Друзья по каналу обогнули всё поместье, а потом выплыли на берег большой реки. Реку они переплыли и высадились на другом берегу. Здесь ворон быстро разыскал на одном из деревьев большое дупло, и здесь зверями с человеческой душой было решено создать для себя временное убежище. Самое главное из дупла был прекрасно виден противоположный берег и старая господская усадьба. Друзья начали готовить новое место жительства к первой ночевке. А сами то и дело посматривали в сторону усадьбы. Не происходят ли там, какие события. И наконец, примерно через час после того, как друзья перебрались на этот берег, они увидели, как десятки солдат с собаками в старой господской усадьбе переворачивали каждый камень и заглядывали под каждый куст.

- Да уж, вовремя мы оттуда бежали. Сейчас нас бы точно поймали эти обученные собаки – сказал Шановный.

- Это ты правильно заметил, дорогой мой товарищ, сами мы спаслись благодаря помощи братьев, честь им и хвала – сказал Нэпман. - Только вот сердце у меня совсем не спокойное. Пропал наш друг Федор. Нам его теперь никогда больше не увидеть. Жаль, хорошим он был нам другом, помог по жизни нам.

- Да черт с ним – с речки раздался голос Паныча. – Одним большевиком меньше будет, хоть в том радость.

- Да нет тут никакой радости – сказал Шановный. – Ведь парень этот совсем молодой, не целованный. А жизнь теперь его пропадет ни за грош. Спросят у него, а почему ты ценных зверей, что говорить умели, повез не в ОГПУ сдавать, а спрятал на потаенной усадьбе? Если ты красный комиссар, то соответственно должен был интересы большевизма ставить выше личной дружбы и привязанности к друзьям. А ты допустил не просто ошибку. Ты совершил предательство интересов партии и народа, и нет тебе прощения. Убьют его из-за нас и убьют по-зверски. Нечему тут нам радоваться.

Служака сказал:

- Прав ты Шановный. Надо бы как-то парня выручить, от смерти его спасти, только, как это можно было бы сделать? Я тут ничего придумать не могу. Если кто из вас сможет что-нибудь придумать, я поддержу, окажу в деле освобождения Федора. Можете на меня рассчитывать.

Паныч с речки тоже подал голос:

- Я тоже не прочь вам помочь. Хоть и помогать большевику и против моих убеждений, но я как барчук в убеждениях своих не стоек. Так что и на мою помощь в данном случае вы можете вполне рассчитывать.

Нэпман сказал:

- Давайте друзья поступим следующим образом. В любом случае нам нужно сейчас перебираться в город. Там нам среди массы кошек, собак и воронов можно будет легко затеряться. Это первое. Второе – там сейчас у нас будет возможность оперативно собирать информацию о том, что происходит. Может быть, там мы сможем придумать, как спасти жизнь нашему другу Федору Коромыслову. Здесь мы точно ничего придумать не сможем. Поэтому не станем терять зря время. Река в городе протекает. Так что Паныч ты туда можешь легко добраться. С Шановным меньше всех проблем, собственно как и со Служакой. Хотя с ним всё же могут возникнуть проблемы. Коршуны и прочие хищники сейчас могут напасть даже и на такого большого ворона, каким является сейчас Служака. Так что лучше все же нам идти в город всем троим вместе. Это будет для нас самый безопасный вариант. За сутки я думаю, мы до города доберемся. Город наш вы, надеюсь, хорошо знаете, ведь вы обязаны были часто там бывать. Вы же выросли в наших краях.

Сом кивнул своей большой головой и сказал:

- Ваш город мы с братом знаем прекрасно. Мы часто там гостили у тетушки. Предлагаю встретиться недалеко от въезда в город у старой корчмы. Там мы в юности любили при выезде из города или, наоборот, при въезде в него обедать. Хорошие были времена.

Нэпман на некоторое время задумался, а потом сказал:

- Это ты хорошо придумал. Место там отличное, чтобы к нему незаметно подобраться. Договорились. Там и встретимся сразу, как доберемся до города. Давайте отдохнем немного. А как только стемнеет, так сразу и отправимся в путь. Путь до города не близкий, придется нам долго к нему пробираться. Но делать нечего. Мы должны друга нашего из беды выручить.


Глава 10



Начальник губернского управления товарищ Питер по результатам проведенной операции отправил шифр телеграмму в Кремль и теперь ждал ответа из Москвы в кабинете связи. Шифр телеграмма, направленная в Москву имела следующее содержание:

7 июня 1930 г.

№ 2687/б

Совершенно секретно

Товарищ СТАЛИН

Главным управлением государственной безопасности ОГПУ вскрыта и в настоящее время ликвидируется контрреволюционная организация в городе Светлогорске.
В состав организации входили сотрудники губернского управления ОГПУ. Возглавлялась преступная организация бывшим руководителем А. Шмеерслегером. Контрреволюционная деятельность организации, направлялась польской разведкой через ее агентов, внедренных охранкой в руководящий центр организации.

Кроме того, организация в своей террористической деятельности была связана с руководителем террористического центра и эмиссаром тайного масонского ордена убийц террористом Федором Коромысловым и специалистом по подготовке зверей террористов профессором Синельниковым.

Членами контрреволюционной организации на территории иностранного государства была сформирована банда из бывших белогвардейцев, которую возглавил сотрудник губернского управления ОГПУ О. Хват. Банда проникла на территорию РСФСР и осуществила нападения на населенные пункты. Бандитами было полностью уничтожено население села Варенцовка. В ходе проведения операции по уничтожению контрреволюционной организации была осуществлена ликвидация банды. Все 47 членов банды были в бою уничтожены, захвачен в плен руководитель банды О. Хват.

По настоящему делу арестовано 7 человек. Всего проходит 33 человека участников террористических групп этой организации.

При этом направляю Вам протокол допроса террориста Коромыслова от 7 июня 1929 года. Допрос продолжается.

Комиссар ОГПУ СССР И. Питер

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА АРЕСТОВАННОГО КОРОМЫСЛОВА ФЕДОРА АНДРЕЕВИЧА

от 7 июня 1930 года

Коромыслов Ф.А., 1903 года рождения, уроженец село Элиста Калмыцкой Автономной области, бывший до ареста членом ВКП (б) с 1920 года. До ареста — оперуполномоченный агент ОГПУ в селе Варенцовка.

ВОПРОС: Как показали свидетельские показания, данные Олегом Хватом, германским и польским агентом, вы в течение десяти лет вели шпионскую работу в пользу Польши и Германии. Однако вы отказываетесь признать свои шпионские связи с польской и германской разведкой и со своим связным Олегом Хватом. Следствие требует от вас правдивых и исчерпывающих показаний по этому вопросу.
ОТВЕТ: Должен признать факт своей шпионской работы в пользу Польши, я действительно скрыл от следствия свою шпионскую связь с Олегом Хватом. С германской разведкой я никаких сношений не имел.
ВОПРОС: В каких целях вы пытаетесь отвести следствие от своей шпионской связи с немцами?
ОТВЕТ: Я вынужден признать, что моё сотрудничество с Германией не ограничивается лишь шпионской работой по заданию германской разведки, я организовал антисоветский заговор и готовил государственный переворот путем террористических актов против руководителей партии и правительства.
ВОПРОС: Покажите обо всех ваших шпионских связях, которые вы пытались скрыть от следствия, и обстоятельствах вашей вербовки.
ОТВЕТ: В качестве агента немецкой разведки я был завербован в 1924 году при следующих обстоятельствах: летом 1924 года был послан на лечение в санаторий ОГПУ, где познакомился с неким Паулем Рихтером, немецким коммунистом. На самом деле Рихтер был агентом немецкой разведки.
ВОПРОС: Непонятно, какое отношение имеет Пауль Рихтер к работе немецкой разведки?
ОТВЕТ: Чтобы ответить на этот вопрос подробно, я прошу разрешить мне рассказать об обстоятельствах, при которых я был завербован Рихтером.
ВОПРОС: Говорите.
ОТВЕТ: По приезде в санаторий в конце июля 1924 г. я был помещен в наиболее комфортабельный номер.
На третьей день своего пребывания в санатории я познакомился с немецким коммунистом Рихтером, он мне рассказал о том, что в его сейфе в номере хранятся несколько тысяч долларов США. Я решил присвоить эти деньги. И в ту же ночь попытался выкрасть из сейфа деньги. Вскрыть сейф мне было несложно, так как раньше я был членом банды уголовников и часто вскрывал сейфы в советских банках. Находился я в банде вместе со своими подельниками Завешвилли и Белоконем, а руководителем нашей шайки был бывший начальник губернского управления ОГПУ Шмеерслегер. Так вот в тот момент, когда я вскрыл сейф, в комнату неожиданно вошел Рихтер с другим немцем, и тут, опасаясь скандала, я был вынужден подписать договор о сотрудничестве с германской разведкой.
ВОПРОС: Следствие констатирует, что вы продолжаете стоять на вражеских позициях и ведете себя неискренне. Это выражается в том, что вы:
1. Умалчиваете о ваших связях с польской разведкой;
2. Недоговариваете по вопросу о вашей шпионской работе в пользу Германии;
3. Молчите о ваших связях с профессором Синельниковым и с бандой Григория Черного.
4. Скрываете лиц, которые вместе с вами руководили предательской работой по организации контрреволюционного переворота в СССР. Учтите, что по всем этим вопросам вы будете, сегодня же допрошены вновь, и вам придется дать исчерпывающие показания. Допрос прерывается. Записано с моих слов правильно, мною прочитано.
Федор Коромыслов.
ДОПРОСИЛИ:
Начальник губернского управления ОГПУ И. Питер
нач. след части ШВАРЦ
ст. следователь СЕРГЕЕВ

И тут заработал телеграф. Сообщение из Москвы поступило в виде шифр телеграммы. Некоторое время встревоженному Питеру пришлось ждать, пока текст телеграммы будет расшифрован специалистами. Наконец, ему принесли текст сообщения:
Питеру.
Обратите серьезнейшее внимание на работу по поиску животных террористов. Нельзя допустить преступно-легкомысленного отношения в этом вопросе. Примите все меры к тому, чтобы переловить причастных людей и животных, их нужно изолировать (невзирая на лица!) и обеспечить тщательное расследование в кратчайшие сроки. У меня создалось впечатление (пожалуй, даже убеждение), что вы не совсем понимаете всей серьезности положения. Возможно, что я ошибаюсь. И вы имеете возможность доказать это делом. Жду от вас ясного и четкого ответа о том, что звери вами пойманы и самолетом отправлены в Москву.
Сталин.

Лоб товарища Питера после прочтения телеграммы Сталина сразу же покрылся испариной. Он никак не ожидал такой реакции со стороны вождя. Что-то Питер не понял, где-то он не доработал. Где-то он не досмотрел. Нужно было срочно переосмыслить ситуацию. Товарищ Питер бросился в свой кабинет и сразу же затребовал информацию о группе оперативников с собаками, которые были направлены для осмотра старой господской усадьбы. Места куда по показаниям Коромыслова были им отвезены звери террористы. Но информации пока никакой не было. Товарищ Питер проклинал свою глупость. Только сейчас он понял, какое огромное значение придает товарищ Сталин этой истории с животными террористами и их связи с покойным ныне профессором Синельниковым. - Есть какая-то тайна в этом деле – подумал товарищ Питер.- Тут явно была некая предыстория, о которой мне пока ничего не известно. А раз так мне нужно всё об этом деле как можно подробно узнать.

Питер затребовал всю информацию о профессоре Синельникове, но вскоре убедился в том, что никаких сведений об этом человеке в управлении нет. Опросив сотрудников, Питер узнал, что профессор вроде бы работал в секретном институте, который был срочно закрыт по указанию товарища Сталина совсем недавно. Чем занимался институт, никто доподлинно не знал. Известно было, что часто в институт отправлялись приговоренные к смерти преступники, которые никогда назад из института не возвращались. Кроме того институт в больших количествах закупал для экспериментов домашних животных, в первую очередь кошек и собак. Никакой другой информации ни об институте, ни о профессоре Синельникове Питеру получить не удалось. Это было очень странно и неприятно.

И тут в его кабинете зазвонил телефон. Питер поднял трубку и сразу же услышал знакомый голос оперуполномоченного ОГПУ Крылова:

- Товарищ Питер. Звоню вам из села Бело Китеж. Докладываю. Осмотрел место. В ходе прочесывания территории старой господской усадьбы никаких животных, ни котов, ни собак на месте обнаружено не было. Осмотрели всё с собаками, но так ничего не обнаружили. Нет в старом господском поместье даже зайцев. Такие вот дела.

Питер сразу же спросил:

- Интересно. Получается, врет нам бывший оперуполномоченный Коромыслов? Не отвозил он животных туда? Или все же отвозил? Как вы думаете? Есть там хоть какой-то намек на то, что там действительно находились разумные звери террористы? Что думаешь? Отвечай мне всё, как есть.

На некоторое время в трубке воцарилось молчание, а потом Крылов сказал:

- Ничего не могу сказать пока определенно. Зверей мы в усадьбе не нашли. Это факт. Но, несмотря на то, что ничего обнаружить не удалось, у меня создалось впечатление, что звери там всё же были.

- Как твои слова можно понять? – спросил товарищ Питер.

- Тут дело в следующем – начал быстро отвечать сотрудник ОГПУ. - Нашли мои ребята во флигеле следы небольшого пиршества. Кто-то совсем недавно, буквально за несколько часов до нашего визита в поместье это пировал за столом. Остались следы небольшой попойки. И хоть человеческих следов свежих обнаружить там не удалось, но такое впечатление сложилось у нас у всех, что во флигеле как бы это сказать, кто-то разумный все же был. Но повторяю, никаких свежих следов человеческих обнаружено не было. Собаки взяли чей-то след в этом флигеле, но почти сразу же остановились у канала. Короче. Если там кто-то и был, то он или они убрались с этого места по воде за некоторое время до нашего прибытия туда.

- Какие меры вы предприняли по прояснению ситуации? – строго спросил товарищ Питер.

- Докладываю. Мы тут же по рации обратились к нашим местным коллегам из водного отделения ОГПУ. Они постоянно следят за движением судов и лодок на реке в этих местах. И они нас заверили, что по их наблюдениям никаких лодок в этой местности за интересующий нас период времени не проплывало. Так что никаких следов у нас теперь нет. Где искать и кого искать теперь неизвестно. Все поставленные перед нами задачи мы постарались выполнить. Так что вот, мы с группой сейчас сворачиваем свою работу и возвращаемся в город. Вот и всё, что я хотел вам сообщить по вашему вопросу, товарищ Питер – сказал усталым голосом чекист.

Теперь пришла пора задуматься уже товарищу Питеру. Он несколько секунд помолчал, а потом сказал в трубку:

- Перезвоните мне через пять минут. Это очень важно. Я возьму небольшой перерыв на размышление.

- Есть – ответил Крылов и положил трубку.

Товарищ Питер подошел к карте местности и внимательно её изучил. Через пять минут раздался вновь телефонный звонок. Товарищ Питер вновь услышал в трубке голос Крылова:

- Товарищ Питер, вы просили мне вам перезвонить.

- Да. Вот вам мой приказ. Возвращайтесь всей вашей группой вместе с собаками в старую господскую усадьбу. Попросите, чтобы вам в Белокитеже местные чекисты дали катер. На нем вы и отправляйтесь в путь. Разделите группу на четыре части. Одну группу высадите на другом берегу прямо напротив старой усадьбы. По моим расчетам звери террористы форсировали реку и оттуда начали своё движение. Не понятно только в сторону города Светлогорска или же в сторону государственной границы – ответил начальник губернского управления ОГПУ.

- Но товарищ Питер, наступает ночь, пока мы будем на месте, станет совсем темно. Что мы сможем в таких условиях сделать? Не проще ли начать операцию по прочесыванию лесного массива за рекой завтра? – сказал товарищ Крылов.

У начальника губернского управления ОГПУ мгновенно побагровело лицо. Он тут же повысил свой голос:

- Как у тебя со слухом Крылов? Я тебе приказываю немедленно отправиться на прочесывание леса. И никаких возражений. Мы имеем дело с чрезвычайно важным происшествием. Любым способом ты должен в ближайшие часы задержать зверей террористов. Это дело непосредственно находится на контроле у товарища первого. Если не справишься с поручением партии и упустишь зверей, считай себя покойником, я тебя спасти не смогу. Ты лучше сразу тогда себе пулю в лоб пускай. Иначе никак.

Крылов в ответ в ужасе пролепетал:

- Приказ понял. Разрешите выполнять.

Питер сказал в ответ:

- Слушай меня внимательно. Я тут сообразил следующее. Похоже на то, что сейчас звери эти направляются в сторону города. Есть предположение у меня, что террористы эти четвероногие постараются освободить их друга и дрессировщика Коромыслова из заключения. Поэтому вы должны приложить все усилия к тому, чтобы перехватить опасных животных по дороге в город. Живыми или мертвыми, но лучше живыми.

Первая группа должна сразу же высадиться на берег напротив усадьбы и организовать преследование животных террористов. Вторая и третья группа высадится по пути таким образом, чтобы создать два кордона для перехвата кота и пса. С четвертой группой вы возвращайтесь в город и здесь мы с вами организуем третий кордон для того чтобы преградить путь зверям. Вероятней всего они будут идти вдоль реки. И неминуемо они попадут к нам в руки. Так что думаю, мы с этими зверями скоро познакомимся поближе. Я так понял звери эти настоящие звери, так что предупреди своих бойцов, чтобы они были готовы к любым неожиданностям. От этих тварей можно ожидать любого сюрприза. Вы поняли мой приказ?

- Конечно, я все в точности понял. Отправляюсь сейчас снова в заброшенное имение на катере вместе со всеми моими людьми – ответил чекист.

- Желаю успеха. Обо всех происшествиях сразу же меня информируйте – сказал товарищ Питер и положил трубку.
***

Нэпман Шановный с друзьями, поразмыслив, поняли, что решение ждать наступления темноты было ошибкой. Они теперь звери и бояться случайно, попасть на глаза к чекистам или просто не в меру ответственным гражданам, которые могли бы сообщить чекистам о том, что они видели подозрительных мужчин, им было совсем не нужно. Потом, им как зверям могли в ночное время грозить совсем иные опасности, чем обычным людям. Поэтому после небольшого совета было принято решение оставить большую часть своих скромных пожитков в дупле. Короче, наступления темноты звериные друзья не стали дожидаться, а сразу же побежали сквозь лес вдоль реки, стараясь как можно быстрее уйти подальше от старой господской усадьбы.

Паныч поплыл своим путем. Служака же остался с новыми друзьями и летел немного впереди пса и кота, и указывал им путь через лес. Постепенно стало совсем темно. Шановный, который за последние дни сильно окреп и подрос, и стал просто настоящим дворовым псом, крепким и поджарым, предложил ворону и коту сесть ему на спину. Так им всем было бы удобнее быстро передвигаться в лесу. Ворон с котом не стали возражать и быстро разместились на спине пса, и тот продолжил свой бег, да с такой скоростью, что его друзья еле удерживались на нем.

Так прошло несколько часов, постепенно темнело, и вот наступила морозная зимняя ночь. Пес Шановный легкой трусцой продолжал свой бег, и тут рядом с друзьями раздался протяжный волчий вой. В это время полная луна, снова вышла из-за туч на небе в полной своей красоте. Где-то вдали показались неясные тени. Это были волки. Они уже почуяли добычу и теперь внимательно наблюдали за тем, что будет делать собака и её спутники.

Шановный сказал с тоской в голосе:

- Люди добрые, полезайте на дерево, вам нечего сейчас опасаться. Там вам волки будут не страшны. А я же попытаюсь дорого продать свою шкуру этим лесным разбойникам. И не надо пытаться вместе со мною вступать в бой с волками. Всё равно вы меня не спасете, только зря сами пропадете. Сохраните свои жизни. Спасите лучше, если сможете друга нашего Федора. Хороший он человек. А меня не поминайте лихом. Дорога наша была длинной и опасной, так что рано или поздно пришлось бы на ней встретить смертельного врага. Да и не раз мы могли погибнуть, так что всё закономерно, пришло просто мое время для последней битвы. Это надо просто принять. Так что прощайте братья. Будьте счастливы. А мне братцы нужно сейчас спокойно помолиться перед боем.

Нэпман в ответ хмыкнул и сказал:

- Ты попусту здесь не болтай, а давай доспехи мои доставай вояка из котомки. Героя из себя тут корчишь. Мол, на дерево лезь, а я тут смертью героя помру. Не выйдет. Я тоже буду биться рядом с тобой. А помолимся позже, все вместе, стоя над волчьими трупами.

Служака каркнул:

- Лихие вы ребята. Совесть имейте. Если уж вам тыловым крысам хочется с волками побиться, то мне природному воину и сам бог велел с этими лесными разбойниками сразиться. Что там у вас из оружия имеется? Дротики? Можно мне пару штучек? Спасибо, хорошие дротики, молодец Федор. Точно спасти его надо, полезный человек.

А волки между тем подошли уже совсем близко. Первым шел самый большой волк, вожак стаи. Другие члены стаи быстро окружили свою добычу со всех сторон. Неожиданно ворон стремительно взмыл в небеса, и волки невольно подняли свои головы, и посмотрели на то, как птица в мгновенье ока исчезла в темном небе. Но почти тут же ворон, словно молния стал пикировать из поднебесья на волков, и вдруг вожак стаи взвыл от смертельной боли, пронзенный насквозь дротиком. А ворон снова взлетел в небо. И через пару секунд снова спикировал на другого волка и тот тоже упал на землю пробитый насквозь дротиком.

В этот момент один из крупных волков кинулся на Шановного, но тот извернулся и своими клыками буквально разорвал в миг волка в клочья. Со стороны могло показаться, что пес разорвал не огромного живого волка, а маленькую тряпичную куклу. В это время кот тоже не терял просто так времени, он с диким душераздирающим воплем кинулся на одного из волков, который стоял ближе всех к нему и разодрал ему мгновенно своими выступившими, словно невероятно острые серпы когтями горло. Волк рухнул на землю, обливаясь своею кровью. Но волки, не смотря на гибель многих из них, и не думали сдаваться, это были отважные воины. Да и голод сделал их в эту пору совершенно бесстрашными бойцами. Они бросились в яростную атаку на кота и пса.


И вот тут в чаще леса и началась настоящая бойня. Кот и пес носились по поляне и расправлялись с волками, которые так и не могли ничего понять, с такой легкостью и с такой свирепой яростью, словно они были могучими и кровожадными тигром и пещерным медведем. Своим обликом скромных домашних животных, они ставили в тупик видавших виды волков. Не могло в их голове уложиться такое дикое несоответствие между малым размером кота и пса и их невероятной силой и безудержной яростью. Никто из волков в ту ночь живым из этой бойни не вышел.

Когда убивать больше стало некого Нэпман и Шановный почувствовали разом как из них, словно, как некий ужасный и всесильный демон из потустороннего мира, ушла та невероятная сила, что позволила им уничтожить стаю матерых волков. Ноги, точнее лапы, у друзей подкосило, и они, лишившись последних сил, от невероятного перенапряжения всех сил, упали на мерзлую землю. Рядом с Нэпманом и Шановным на ветку приземлился Служак и сразу же обратился к ним с речью:

- Господа! Я много повидал в своей жизни. Я уже пятнадцать лет беспрерывно воюю. В каких только я передрягах не участвовал, много раз был в таких страшных рубках, откуда казалось, выйти живым было полностью невозможно, но скажу вам честно, такого ужаса я в жизни своей раньше не видел. Вы дорогие мои друзья, извините меня за прямоту, просто настоящие монстры. Вы просто исчадия ада. Честное слово. Хорошо, что умею я нынче летать. А не умел бы, вы бы и меня точно так же как этих лесных зверей порвали бы на куски. Не со зла, а из той дьявольской сущности, что в вас проявилась в этом лесу. Вы бы, на мой взгляд, смогли бы сегодня и носорога или бегемота загрызть, как обычный пес или кот какого-нибудь цыпленка. Ничто бы вас не остановило. Это было просто ужасное зрелище.

В ответ Нэпман сразу же огрызнулся:

- От монстра и исчадия ада и слышу сии ругательные слова. Вспомнил бы сам, как тут, словно молния летал и пронзал, самых крупных волков дротиками насквозь, как будто они были маленькими плюшевыми игрушками. Разве такое мог бы сделать обычный ворон? Никогда! Только некий монстр, и исчадие Сатаны мог такое сотворить! Так что не надо тыкать в нас пальцем, когда и у самого рыльце в пушку.

Шановный вздохнул и сказал:

- Да уж, оказалось, что мы совсем не простыми зверями в этот мир появились благодаря изуверству врачей советских. Возможности в нас закладывали такие, что просто диву даешься. Нужно признать, поработали ученые на славу. Монстры из нас получились, что надо. Всё это невероятно, но нужно нам собрать всё наши вещи снова в котомку и отправляться в дальнейший путь. Нельзя нам сейчас останавливаться надолго здесь. Дела не ждут.


Глава 11


В Москве действительно в этот день беспокоились и нервничали. Сталин сидел за рабочим столом в своем кабинете в Кремле и читал шифр телеграмму от Питера, и во время чтения он всё время недовольно морщился, как от сильной зубной боли.

– Какой, болван! – в сердцах воскликнул он, завершив чтение. – Какой редкостный болван!

Затем Сталин резко отодвинул от себя бумаги и в негодовании и ярости стукнул кулаком по столу. Немного придя в себя, чуть позже, он пригласил к себе своего помощника и продиктовал ему ответную шифр телеграмму для Питера.

Генеральный секретарь был крайне обеспокоен и возбужден. Уже многие месяцы он ни разу не был в столь дурном расположении духа, как в этот час. Вчера он получил материалы следствия по секретному институту. Из материалов дела он узнал о том, что чудовищно был, обманут этим шарлатаном Калиниченко и собственной интуицией в истории профессора Синельникова, и теперь эту ошибку не было возможности исправить. Профессор был мертв, вполне заслуженная смерть Калиниченко, никак не могла сегодня изменить сложившуюся ситуацию в лучшую сторону.

Институт, которым ранее управлял профессор Синельников, хотя и был переведен в другое место, и там уже приступил к работе, но самые главные итоги его работы были, по всей видимости, ими утеряны. И во многом из-за его, Сталина собственного просчета.

Сталин не только не прощал ошибок другим, но и сам страшно переживал свои собственные ошибки. И всегда разбирал их причины досконально. И это было крайне неприятным для него делом всегда. Вождь народ больше всего на свете не любил публично признавать свои ошибки. По его мнению, у вождя не должно было быть вообще никаких ошибок. Вождь народов должен иметь право никогда не ошибаться. Он всегда добивался того, чтобы все окружавшие его люди, даже еще не успев, услышав слов вождя на выступлении, сразу же сказали и себе и своим друзьям и знакомым – великий Сталин и в этом вопросе снова будет прав.

Как-то в рецензии на черновик книги Ворошилова Сталин написал о том, что ему категорически не понравился абзац, в котором маршал написал о том, что Сталин во время гражданской войны совершал намного меньше ошибок, чем другие военные руководители страны. – Не было никаких ошибок. Убери этот абзац – предложил Ворошилову Сталин. Но ошибки у Сталина все же были. И сегодня это было особенно неприятно признавать. Годы работы и огромные вложения в особо секретный институт пропали в один день полностью, и казалось безвозвратно из-за его просчета.

А ведь он придавал всегда огромное значение при подготовке страны к большой войне подготовке специальных диверсионных групп с использованием последних достижений военной науки, в том числе в области новейших разработок в биологии и зоологии. Они создали два института, которые работали над созданием сверх людей, гомункулусов, чьи возможности были бы намного более широкими, чем у обычных людей. Эти вопросы он не раз анализировал и обсуждал с высшим генералитетом и лучшими советскими учеными. И вот когда был, достигнут настоящий прорыв в этом деле, опытный интриган Калиниченко сумел его обмануть. Это было нестерпимо больно. Его, вождя народов, сумел обмануть какой-то мелкий проходимец!

В итоге этого обмана, профессор Синельников, директор одного из важнейших для страны институтов, был репрессирован, а уникальные результаты его работы были безвозвратно утеряны. Но вот выяснилось, что всё же не всё здесь было так печально, что звери террористы все же проявили те качества, о которых рассказывал ему профессор. Они вступили в контакт с сотрудником ОГПУ. И что же? Вместо того чтобы взять этих животных под строжайший контроль и привлечь к работе на СССР посланный для того чтобы навести порядок на месте Питер начинает заниматься раскрытием контрреволюционной организации. И вообще не уделил животным террористам почти никакого внимания. А это просто немыслимая глупость! Любая глупость имеет границу, но здесь глупость была просто безграничной.

Потерять в этих условиях, едва, едва вновь обретенных животных террористов, наделенных огромными способностями вдобавок к сохранившемуся человеческому мышлению, было просто невероятным провалом. И поэтому сегодня так было нестерпимо читать отчет Питера Сталину.

Теперь, Сталин оценил, как он ошибся, назначив на это дело прямого и твердолобого Питера и какую угрозу представляют действия железного латыша сейчас для его планов. Нужно было что-то срочно предпринять. Немного осмыслив ситуацию, Сталин соединился по "ВЧ" с ОГПУ по Грузии. Начальник ОГПУ Грузии Лаврентий Берия оказался у аппарата, и Сталин приказал ему доложить о мероприятиях по обеспечению секретности и маскировки работы секретного института, который был переведен в республику совсем недавно.

Неожиданный звонок и вопрос вождя не застали начальника ОГПУ Грузии врасплох. Берия, отвечал спокойно, лаконично и так толково и ладно, будто ожидал этого звонка и заранее специально подготовился. При всем раздражении, какое испытывал в этот час Сталин, у него не оказалось и малейшего повода высказать, свое недовольство. В заключение Берия, несомненно, почувствовав обеспокоенность Сталина, заверил, что мероприятия по оперативной маскировке института настолько тщательны и всеобъемлющи, что любые наблюдатели смогут увидеть только то, что мы им захотим показать.

Какое-то время Сталин продолжал молчать. Потом он сказал:

- Твои слова меня не убедили и не успокоили. В народе говорят, что всё предусмотреть невозможно. Вы сознаете, что речь идет о судьбе важнейшей научной миссии?

- Да, сознаю, в полной мере - отвечал начальник ОГПУ по Грузии.

- Вы понимаете, что в этих условиях любая утечка секретных сведений, любые разведывательные каналы противника должны перекрываться немедленно? – кричал в трубку вождь.

- Да, я это понимаю. Мы делаем всё необходимое для того чтобы любая утечка информации по секретному объекту сразу была пресечена – ответил Берия.

- Вы знаете, что из всех возможных экономии самая дорогостоящая и опасная для государства - это экономия на борьбе со шпионажем. Неужели все-таки экономите? Или недооцениваете опасность? – продолжал разнос генеральный секретарь.

- Мы делаем всё возможное – сказал начальник ОГПУ по Грузии.

- Не уверен – ответил ему руководитель страны. – Я не уверен в этом. В том, что вы делаете все необходимое.

Усилием воли, сдерживая гнев, Сталин перевел дыхание и продолжил говорить в более спокойном тоне:

- Как раз в связи с работой этого института и с режимом обеспечения государственной тайны и борьбой со шпионами у меня есть к вам товарищ Лаврентий одна просьба. Надеюсь, ты мне в ней не откажешь.

- Сделаю, что смогу – заверил Берия. – Все силы свои приложу к тому, чтобы выполнить ваше поручение, товарищ Сталин.

- Хорошо. Мне нужно чтобы уже сегодня, прямо сейчас, в Светлогорск выехал по делу, связанному с работой теперь уже вашего института толковый и абсолютно преданный делу партии человек для выполнения особо важного задания. В Светлогорске происходят важные события. Я отправил туда Питера, ты должен был о нем слышать, вначале мне показалось, что он неплохо там поработал, хорошо почистил местную чекистскую организацию, которая превратилась в гнездо белогвардейского заговора. Арестован начальник и два его заместителя. Ведется следствие. Но не всё оказалось так хорошо, как виделось в начале данного дела. Товарищ Питер, на мой взгляд, повел себя там не слишком верно. Он не понял, насколько серьезным делом ему поручила заниматься партия.

И теперь у меня возникли сомнения в результатах его работы и в правильном отношении к делу. Так что нужно будет присмотреться и к нему и к его работе внимательней. Нет ли и там черных пятен. Но самое главное, дело, связанное с особой опасностью для страны осталось без внимания.

- Я ничего не знаю о том, что происходит сейчас в Светлогорске – признался Берия.

- В Светлогорске была разоблачена преступная контрреволюционная организация, которая была организована местными чекистами во главе с начальником губернского управления ОГПУ. Данная группа изменников родины готовила убийства высшего руководства ОГПУ и советского государства. Теракты подготавливались непосредственно животными террористами и их дрессировщиком неким Коромысловым.

Это важнейшее для партии и страны дело, нужно, на мой взгляд, срочно взять в свои руки человеку более тонкому и более способному. Боюсь, своей твердолобостью Питер в этом деле наломает дров. А этого нельзя никак допустить. Есть ли у тебя такой человек на примете Лаврентий, который мог бы такое моё задание исполнить? – спросил Сталин.

- Такой человек у меня есть, товарищ Сталин – ответил Берия.

- Это надежный человек? Сам понимаешь, что дело чрезвычайно ответственное, ошибиться с человеком нельзя – спросил вождь народов. – Ты можешь передо мною за него поручиться?

- Надеюсь, что этот человек надежен на все сто процентов – сказал в ответ Берия.

- Хорошо. Давай его фамилию, я сейчас же шифр телеграммой оповещу Питера о том, что к нему в Светлогорск направляется мой личный представитель с особыми полномочиями – сказал генеральный секретарь.

- Его фамилия Берия, зовут Лаврентием – ответил начальник ОПГУ по Грузии.

- Очень правильное предложение. Поезжай в Светлогорск лично сам, на месте всё разузнаешь и мне обо всем доложишь, и главное запомни. Мне эти звери и их таланты нужны сегодня как воздух. Любым способом нужно их изловить и поставить к нам на службу. Это дело первостепенной важности, всё остальное можно делать в Светлогорске в обычном режиме. Немедленно отправляйся в путь. До свидания – попрощался с Берией Сталин и положил трубку.

Тут же генеральный секретарь вызвал помощника и продиктовал текст шифр телеграммы в адрес Питера о направлении в Светлогорск собственного личного представителя с особыми полномочиями, и приказал отправить послание прямо сейчас. И потребовать от товарища Питера немедленного ответа, что шифр телеграмма им прочитана и принята к исполнению.
***

В кабинет Питера вошел Крылов и быстро доложил начальнику о том, что приказание его исполнено. Одна группа солдат с собаками под руководством оперуполномоченного Иванова ведет преследование животных террористов, а две другие группы устроили засады на месте ожидаемого появления животных террористов. Сам Крылов с четвертой группой прибыл в управление, и ждет дальнейших указаний.

Товарищ Питер внимательно посмотрел на своего сотрудника и стал его расспрашивать о том, что тот видел в господской усадьбе. Питер понимал, что ему нужно было лично туда ехать и там организовывать всю работу. Может быть, сейчас уже звери террористы и были бы схвачены и доставлены в управление. Но прошлого не вернуть. С этим фактом нужно было просто смириться. Товарищ Питер горько вздохнул и продолжил опрос Крылова.

В этот момент в дверь постучали, секретарь сообщил, что товарищу Питеру пришла шифр телеграмма из Кремля и Москва ждет от нас подтверждения, что телеграмма прочитана товарищем Питером и принята к исполнению. Питер взял в руки телеграмму и начал читать.

Питеру.
К вам направляется мой личный представитель товарищ Берия Л.П. для работы по зверям террористам и их дрессировщику Коромыслову. Все следственные действия в отношении Коромыслова до приезда Берии прекратить. Обеспечить полную личную безопасность Коромыслова под вашу личную ответственность. Так же прекратить действия по задержанию зверей террористов. Нельзя допустить, чтобы ценные звери погибли. За их жизнь вы несете персональную ответственность.
Сталин.

Прочитав телеграмму, товарищ Питер тут же продиктовал секретарю ответ:

- Товарищу Сталину. Ваша телеграмма мною прочитана и принята к исполнению. Питер.

Секретарь вышел из кабинета, а расстроенный Питер встал со стула и стал ходить по кабинету. Потом он сел снова на свое место и позвонил в дежурную часть:

- Это Питер. Как там наш Коромыслов?

- Продолжаем допрос. Не даем ему спать и задаем вопросы. Скоро он нам во всем признается. Если нет, то попросим вашего разрешения применить к нему средства устрашения. А так всё у нас идет по плану – ответил начальник следственной части Шварц.

- Слушай мой приказ товарищ Шварц. Все следственные действия в отношении Коромыслова прекратить. Вернуть его в камеру. Проследить, чтобы условия у него в камере были человеческие. И самое главное. Исключить малейшую возможность общения Коромыслова с кем-то из арестантов или сотрудников ОГПУ. Охранять его днем и ночью. За его голову несешь передо мною личную ответственность. Если с ним, что случится, я тебя расстреляю без суда и следствия, как бешеную собаку. Ты меня понял? – спросил Питер.

- Я всё прекрасно понял. Ваше приказание, товарищ Питер, будет нами тотчас исполнено. С этой же секунды приступаем к его исполнению – раздался голос в трубке.

- Я лично проверю – сказал товарищ Питер и положил трубку.

- Вот такие дела, товарищ Крылов – сказал задумчиво начальник губернского управления ОГПУ.

Но тут на его столе зазвонил телефон. Рывком Питер поднял трубку. В трубке раздался неизвестный голос:

- Товарищ Питер?

- Да, это я, слушаю вас. Кто звонит и по какому вопросу? – ответил Питер.

- Это оперуполномоченный агент Иванов. Мы исполняем ваш приказ и достигли села Тихвин, и сейчас я звоню к вам от начальника местной милиции.

- И что вы хотите мне сообщить, товарищ Иванов? – спросил Питер.

- Мы в ходе преследования вышли на поляну в лесу недалеко от этого села, примерно в пяти километрах выше по течению реки. На поляне повсюду валялись страшно изувеченные тела большого количества погибших волков. Вероятней всего волки погибли в схватке с теми, кого мы преследуем. Волки просто разорваны на куски, так что тот, кто их убил, обладает совершенно точно просто невероятной физической силой. Никаких иных погибших животных на поляне не обнаружено из чего делаю вывод, что преследование следует продолжать.

- Вас понял. Слушайте мой приказ. Преследование прекратите. Срочно возвращайтесь в управление вместе со всем личным составом. Возьмите в милиции машину и в путь. Поясните своим бойцам еще раз, что операция наша особо секретная и разглашение её подробностей равняется государственной измене. Вы поняли мой приказ, товарищ Иванов? – спросил строго Питер.

- Да. Разрешите исполнять? – сказал звонким голосом молодой чекист.

- Исполняйте. Жду вас, товарищ Иванов с докладом у себя в кабинете.

С этими словами Питер положил трубку.

- Что ты творишь? Товарищ Питер это большая ошибка! А если упустим зверей? Кто, за это ответит? Ты об этом подумал? Видишь сам, эти звери способны на многое. А вдруг они сейчас пройдут мимо наших постов и там доберутся до железной дороги, а там им и до Москвы путь открыт. Доберутся до столицы, и кто этим монстрам там помешает устроить покушение на членов советского правительства? Кто их там сможет остановить? Ты это понимаешь? Должен понимать. Не совсем уж ты диким зверем уродился, товарищ Питер. Тогда почему отдаешь такие странные распоряжения? – спросил Крылов. – Нельзя сейчас прекращать преследование этих зверей. Наоборот, сейчас нужно бросить туда солдат с пулеметами как можно больше, и пока зверей можно выявить по пути их следования вдоль реки ликвидировать их к чертовой матери от греха подальше. Упустим их и тогда конец нам тут всем. Нас никто по головке не погладит за такое твое решение. Отмени его срочно, дорогой мой товарищ Питер. Пока не поздно. Послушай опытного человека.

- Я не могу отменить свой приказ. Потому что я отдал его, во исполнение приказа, сам знаешь кого. А с ним шутки плохи, раз отдал приказ, значит, надо его выполнить, чего бы, это не стоило. Так что ничего я отменять не буду. Преследование зверей, и выставление охранных кордонов придется прекратить - ответил товарищ Питер.

- Ой, боюсь я, чтобы звери эти не натворили бы больших бед. Ты сам-то уверен в том, что всё правильно сейчас делается? – сказал Крылов.

- Да не дави ты на меня. Во многом я с тобой согласен. Есть причины у нас с тобой для серьезных опасений. С другой стороны звери террористы сейчас движутся вглубь нашей территории и по направлению к городу, а не в сторону государственной границы. Значит, мы правильно предположили, что они идут сюда, на выручку своему подельнику, этому самому Коромыслову. Так что нет опасности, что они попытаются уйти за кордон.

Сказав эти слова, Питер на минуту задумался, а потом продолжил свою речь:

- Нет, полностью прав товарищ Сталин. Нет смысла преследовать сейчас зверей, они могли бы так же легко, как стаю волков, растерзать и нашу группу захвата. И не одну её. Не стоит их попусту травить. Если взять их под свой контроль, то такая игра стоит многого. Так что главное внимание здесь на Коромыслове нужно сконцентрировать. Завтра приедет представитель Сталина и возьмет работу с ним в свои руки. Всё правильно вождь снова сделал учиться у него работать, вот что нам всегда нужно.

- Как же это понимать, дорогой ты мой товарищ Питер? Специальный представитель Сталина? А здесь с тобой, тогда кто такие будем? Разве не мы здесь представители Сталина? Разве не мы здесь представляем лично товарища Сталина? Новое назначение сюда посланца Москвы как понимать? Это что недоверие к тебе и ко мне со стороны товарища Сталина? Что мы здесь с тобой недоглядели. Что-то проспали и недодумали. Просто так товарищ Сталин бы так не поступил – сказал потрясенный Крылов.

- Вот то-то и оно, дорогой мой друг. Дело нешуточное – тихо ответил Питер. – Всё ты правильно понимаешь.
***

Наталья Резник, сотрудник следственного отдела ОГПУ по Грузии была красивой молодой женщиной примерно двадцати шести, двадцати семи лет от роду. Фигуристая дама, часто слышала она себе в след восхищенные слова коллег по работе, как только она пришла работать в ОГПУ по Грузии. Женщина она была весьма привлекательной наружности. Тонкое лицо, черные как воронье крыло волосы, голубые огромные глаза и сильный чувственный рот, нежное упругое пышное тело, которое угадывалось под гимнастеркой, всё говорило о том, что Наталья просто создана для любви.

Но вскоре, после того как молодая женщина показала себя в работе самым непримиримым врагом контрреволюции и саботажа, мужчины перестали отпускать в её адрес шутливые замечания, и старались вообще ей в глаза не заглядывать. И еще и потому стали люди Наталью сторониться, что отличилась она в следственной работе своей такой железной хваткой и непримиримостью к врагам советской власти, что просто ужас. Теперь при взгляде на эту женщину даже старые чекисты отводили в сторону взгляд. Самые твердолобые и отважные контрреволюционеры, и изменники родины, попав в её стальные руки, вынуждены были признаваться в своих преступлениях. Теперь прекрасную даму за глаза называли гадюкой и воспринимали, как дочь сатаны.

Но Наталья не обращала никакого внимания на это. Она просто работала с огромной энергией и всегда достигала поставленных перед нею руководством целей. Она не знала слова невозможно. Нужно, значит, будет сделано. Таков был её характер, который не терпел никаких альтернатив. Вперед, значит вперед, и до самой победы. И начальство быстро оценило нового следователя. Наталье поручали те дела, от которых под тем или иным предлогом старались отказаться прочие сотрудники следственной части. Наталья же не чуралась никакой следственной работы. И всегда она добивалась нужного для руководства результата. Любым путем, но она решала поставленную перед нею задачу.

Вот и сегодня Наталья засиделась допоздна в своем рабочем кабинете, работала она по группе грузинских националистов и готовила их дело в суд, работа была практически завершена. Осталось только доработать несколько второстепенных деталей, и можно было считать данную работу полностью завершённой. Тут на её столе зазвонил телефон. Наталья подняла трубку и услышала в ней голос начальника ОГПУ по Грузии товарища Берии:

- Наталья Ивановна?

- Слушаю вас, товарищ Берия – ответили Наталья.

- Я слышал, вы завершили работу по группе националистов и изменников родины – спросил Берия.

- Это так. Я сейчас завершаю оформление документов, завтра передам дело в суд – подтвердила информацию Наталья.

- Это хорошо. Вы родом из города Светлогорск? Я ничего не путаю? – спросил Берия.

- Нет. Вы ничего не путаете. Я там родилась, товарищ Берия – ответила молодая женщина.

- Что же, отлично. Меня направляют сейчас в командировку в Светлогорск по одному исключительно важному заданию. Я хотел бы, чтобы вы поехали туда вместе со мною. Местность вы там знаете, людей надеюсь тоже, так что ваша помощь может мне там сильно пригодиться. Дело весьма непростое – сказал Берия.

- Когда нужно будет выезжать? – спросила Наталья.

- Сейчас. Моя машина будет стоять во дворе. Насчет своей работы по националистам не беспокойтесь. Я уже дал команду Гогоберидзе взять этот вопрос на свой личный контроль. Встретимся в аэропорту, там я вам более подробно расскажу о нашем задании – сказал Берия.

- До скорой встречи, товарищ Берия – сказала Наталья.

- До скорой встречи товарищ Наталья – ответил Берия и положил трубку.


Глава 12


Дальнейший путь до условленного заранее места встречи с Панычом звери диверсанты прошли без приключений. Складывалось такое впечатление, что природа, окружавшая необычных существ как-то сразу же после ужасной бойни, вся насквозь пропиталась запахом смертельной опасности, исходившим от необычных существ. И теперь этот запах неминуемой смерти отпугивал от маленьких путешественников всё живое вокруг. Казалось что, звери с людскими мозгами и душами шли по вымершей планете, обычные звери задолго до их появления уходили с их пути вглубь леса, и даже птицы не пели в том месте, они старались улететь подальше от места нахождения странных существ.

Но зверям диверсантам было всё равно, они ни на что не обращали внимания. Главное - они шли к намеченной цели, и никто им поперек пути не становился. Всё остальное сейчас было неважно. Нужно было первым делом найти Паныча, а потом решить, как выручить Коромыслова. После схватки с волками у зверей диверсантов возникло ощущение великой силы, которая стала отныне их спутницей жизни. Дальше кот бежал рядом с псом, и казалось, что по лесу неслись две пущенные татарским воином из войска Батыя стрелы точно в цель, настолько быстро теперь передвигались эти необычные существа.

Наконец, после того, как позади, были оставлены почти сто километров расстояния, группа достигла намеченного места встречи. Было раннее утро. Возле старой корчмы берег густо порос камышом, здесь было легко спрятаться не только сому, но целой банде грабителей. Так что место для тайной встречи было выбрано явно удачное, но было непонятно, как в этом месте теперь отыскать Паныча. Нэпман посмотрел на друга и сказал, как-то неуверенно:

- Шановный ты, наверное, нюхом своим, что ли определи, откуда сильней всего сомом несет, может туда и двинуться нам будет нужно. Как считаешь?

Шановный тут же ответил:

- Да тут рыбьих запахов просто не счесть сколько. В том числе и запахов сомов видимо невидимо. Может, Служака полетаешь над камышами? У тебя глаза зоркие, может брата, и сумеешь распознать в этой массе камыша? У меня иных идей нет, пока.

Ворон не стал спорить с друзьями, а взлетел в небо и стал осматривать камыши. Через некоторое время он опустился на землю. И печально покачав головой, сказал:

- Нет нигде брата моего единокровного. Видимо еще в пути, если, конечно он жив и здоров, на что я лично уповаю. Подожду его здесь. Вы может, в город сходите на разведку, а я уж буду здесь брата своего ждать. Никуда отсюда не уйду, пока его не дождусь. Один брат то у меня. Не обижайтесь на меня.

Но тут прямо из кучи тины, прямо возле ног Шановного раздался насмешливый голос Паныча:

- Ну, вы не звери террористы, вы артисты погорелого театра! Я лежу прямо перед вашими лапками, а вы всё смотрите куда-то вдаль и ищете, что непонятно. Ладно, Нэпман душа кошачья, с него спрос небольшой. Какой вообще с котов спрос? Коты они для красоты больше всего нужны и для того чтобы мышей ловить. А я же не мышь. Была бы сейчас ночь, на него можно было бы вину повесить. Мол, как это так, ты кошачья твоя натура, в темноте должен всё разглядеть, а ты перед глазами своими ничего не видишь. Но в ясный день то, ты Служака с Шановным должны были меня разом отыскать. А вы опозорились. Просто смех и грех! На вас надежды вовсе нет. Как вас только командиры в армии учили?

Ворон вскочил и бросился к сому с объятиями, причитая:

- Брат ты мой родненький. Уж и не чаял тебя увидеть. Уж сердце моё чуть не разорвалось от печали и горя. А теперь я снова жив и на земле среди существ сих мне не так уж и тошно. Жив мой родной!

Шановный махнул в сердцах лапой и сказал:

- Раз такое дело, то за встречу. Мы уж такого повидали ужаса, расскажем, точно нам не поверишь. За такое не грех и выпить. Уж не думали, что живыми сюда доберемся. Всё что было – это чистое чудо небесное. Явлена нам была благодать божья. И божье спасение за страдания наши и терпение великое.

После сих слов, звери террористы разлили алкоголь, из последней маленькой бутылочки, оставшейся у них по стаканчикам, и выпили друзья за встречу братьев. И здесь Шановный, Служака и Нэпман, перебивая друг друга, начали рассказ о ночной битве с полчищем волков людоедов. Сом удивленно ахал, слушая рассказ своих товарищей. Потом он сказал:

- Дела дивные творятся на белом свете. Послушал я вас, друзья мои, и поразился тому сколь могучими существами вы теперь стали. Это не просто чудесное дело, но и дело к которому теперь нужно приспособиться, ради того, чтобы им пользоваться себе на благо. Со мной тоже, кстати, был случай удивительный по дороге до этого места. Верьте мне или нет, но всё так и было, как я вам сейчас расскажу.

Я с вами вчера попрощался и поплыл себе тихонько по направлению к городу. А ближе к вечеру стал я потихоньку уставать и решил немного подремать. Думал, когда вы еще по этим лесным гущам до города то доберетесь еще. Короче, раз всё равно придется вас на месте дожидаться, то какой смысл торопиться? Подплыл поближе к берегу, нашел место, где в русло реки из леса речушка впадает. Поднялся по ней до небольшого лесного озерка и в его тине и лег поспать. Тут-то думаю, меня никто и не побеспокоит. По реке же всё время народ на лодках шныряет, шум, гам. Спокойно не поспишь. А тут тишина и покой. Спи в свое удовольствие. Но не тут то было. Не успел уснуть, как раздался стук копыт. И на лесную поляну выскакивают эскадрон наших бывших подчиненных, сущих бандитов, под командой пана Крапивы.

Тут брата перебил Служака:

- Редкий сукин сын, этот пан Крапива, я вам скажу. Руки у меня у самого давно чесались пристрелить этого подлого человека, но всё повода к тому не было достойного. Чувствовал он, что я опасен для него и поэтому при мне старался держать себя в рамках приличий. А рассказов о его непомерной жестокости я слышал немало. Вот к примеру.

Но Паныч не дал брату сбить его с пути и перебил брата:

- Брат мой! Ты про свои воспоминания потом нам расскажешь, если будет у тебя настроение к тому, а сейчас дай мне сначала о том, что со мной случилось поведать до конца. Так вот эти парни, на грех, были не одни. Напали они на телегу, которая ехала из города. Возницу и красноармейца бандиты убили. С собой же эти звери захватили помимо провианта девчонку комсомолку, и сельскую учительницу, что возвращались домой, и теперь хотели их использовать для своего развлечения. А после утех девочку собрались бандиты повесить на дереве, для устрашения местного населения. Учительницу же запланировали привязать к хвосту коня и гнать его так, чтобы изувеченный труп бросить на проезжем тракте прямо перед въездом в большое село.

Все эти планы господа бандиты не скрывали от своих пленниц. Но и спешить с их претворением в жизнь не хотели. Сначала они привязали пленниц к дереву, затем развели костер, на котором стали готовить ужин. Я плюнул и подумал, может все эти страшные разговоры были лишь для того, чтобы испугать женщин и их отпустят не тронув. И с этой мыслью уснул. Но спать мне долго не пришлось. Я был разбужен дикими женскими криками. Высунувшись из тины, я увидел, что бандиты приступили ко второй части своего вечера. Под смех и шутки они стали срывать одежду со своих пленниц. Это было невыносимо мерзкое зрелище.

Не знаю, может быть, вам это бы показалось странным, но я не выдержал и закричал что было мочи. Что вы делаете, вы же звери! Сначала меня никто не услышал. Потом все же когда я подплыл совсем близко и снова закричал, меня услышали. Пан Крапива закричал, что в озере прячется большевик. Его нужно схватить и сразу же зарубить. И вот бойцы похватали шашки в руки и кинулись в воду. Первым шел сам пан Крапива. А еще несколько воинов шло немного позади. Но самое главное. Выход из озерка перекрыли два могучих казака. Они стояли с шашками в руках, готовые уничтожить любую движущуюся цель. Я понял, что смерть моя близка. И в этот момент, на меня снизошло озарение. Я почувствовал в себе удивительную силу и непомерную ярость. Я кинулся на пана Крапиву и взлетел в воздух и быстро, в мгновение ока, разорвал ему глотку. Кровь фонтаном полилась в грузную озерную воду. Воины кинулись на выручку своему атаману. Но против меня они нечего сделать не смогли. Я рвал их как Тузик панамку.

Вскоре все бойцы, что кинулись в озерко за мной, один за другим погибли, жизнь моя была вне опасности, но я уже остановиться не мог. Я выскочил на сушу и стал там преследовать бандитов по лесу. Кого-то из них я смог сразу же убить на месте, а двух беглецов, что смогли вскочить на лошадей, и попытались скрыться от меня в лесу, убил уже, нагнав, в глубине леса. Уж так я быстро бежал на своих плавниках, что обогнал коней, мчавшихся на всем скаку, так словно не неслись они галопом что есть мочи по лесной дороге, а стояли на месте. Догнал я беглецов и разорвал на мелкие куски.

Потом, после этого смертоубийства, запрыгнул на коня и, управляя поводьями плавниками, вернулся на поляну. К этому времени женщины пришли в себя. Мало того, они уже успели поймать себе лошадей и уже собирались покинуть это негостеприимное место. Я не стал их дополнительно пугать своим видом и спрыгнул с лошади в кусты, а потом незаметно перебрался в озерко. Убедившись в том, что бывшие пленницы спасены и покинули поляну, я решил продолжить свой путь. И был удивлен, тем странным обстоятельством, что после такой великой битвы, вовсе теперь не испытываю усталости.

Хотя то, что произошло просто невероятно. Я плыл по реке, словно быстроходная торпеда. Добрался я сюда, так быстро, что думал, буду вас еще суток трое дожидаться. Но вы уже и здесь. Вот такая странная и ужасная история произошла и со мною. Рад снова вас видеть, друзья мои. Теперь мы с вами стали великой силой. С нами теперь никто не справится. Теперь то мы вашего товарища точно из застенка чекистского вызволим.

- Мы тоже тебе рады, брат. И ты хлебнул по дороге лиха. И даже совершил героический поступок. Ты настоящий рыцарь. И насчет того, что стали мы все силой обладать огромной это тоже большое дело – сказал Нэпман.

- Спасибо, на добром слове. Ну, раз никто сильно не устал, как я погляжу, давайте не будем зря терять время. Давайте отправимся сейчас же на разведку в город, постараемся узнать, что там происходит с вашим товарищем Коромысловым – сказал Паныч – встретимся вечером здесь же.

- Хорошо. Снова мы будем действовать втроем, а ты попробуй что-нибудь узнать, используя свои особые возможности. Иди вперед своим мокрым путем! До встречи! – сказал в ответ Нэпман.

-Добро – ответил сом и быстро нырнул в мутную воду реки.
***

В самолете Берия почти весь полет провел в беседах с заместителем руководителя секретного института, который был переведен из Светлогорска во владения товарища Берии Сергеем Ивановичем Константиновым. В ходе разговора, выяснилось много совершенно неожиданных вещей, связанных с деятельностью института. Берия невольно кусал себя за губу от неудовольствия, от того, что теперь понял, что ему раньше нужно было познакомиться поближе с этим человеком. Из беседы Берия узнал много неприятных вещей. Оказалось, что его многие представления о надежности сохранения особо секретной государственной информации в институте были ошибочными в корне.

Только теперь Берия понимал всю ошибочность своей работы с институтом. Столько важнейшей информации было от него оказывается скрыто руководителем института, который был, как оказалось близок выдвиженцу Троцкого Тухачевскому. Это было совсем плохо. Нужно было срочно принимать самые серьезные меры. Но делать теперь это было всё нужно очень осторожно. Тухачевский продолжал оставаться одним из самых главных военных руководителей страны, и он продолжал оказывать поддержку директору института.

Как же так? – невольно подумал Берия. Всё вроде предусмотрели, а оказалось, что самое главное звено, директор института, оказалось насквозь гнилым и от него, так и веяло смертельной опасностью. Берия даже вспотел, выслушивая неторопливый рассказ ученого человека. Хорошо хоть, что теперь ему стали известны эти подробности, лучше уж поздно, чем никогда. Многое можно еще попытаться исправить.

Берия кроме того понимал, что институт тот еще серпентарий и борьба за власть в нем идет не на жизнь, а на смерть между его руководителями. Но при всем при этом, опытный чекист чувствовал, что заместитель директора института ему не врет, рассказывая о связях директора с армейским руководством, близким к бывшему главнокомандующему Красной Армии Льву Троцкому и о том, что порядок в институте отсутствует. А раз так, то над ним, над Берией нависла смертельная угроза. И нужно было срочно принимать самые решительные меры, для того чтобы выпрямить здесь ситуацию.

Но в то же время Берия понимал и то, что после столь серьезных потрясений в институте, исключительно важном для страны, любые решения по руководителям и научным кадрам теперь будут приниматься теперь очень осторожно. Так что работу по смене руководства в этом заведении нужно будет сделать исключительно аккуратно, можно сказать ювелирно точно.

Кроме прочих дел, как рассказал ученый человек, им была проведена полная инвентаризация всех подопытных животных. И в ходе этой работы выяснилось, что как минимум, кроме пса и кота, из секретных лабораторий исчезли еще четверо существ. Совершенно точно исчезли важнейшие подопытные животные – заяц, ворон, сом и сокол. Еще несколько животных под сомнением. Поскольку они могли быть уничтожены бывшим директором института Синельниковым, в тот период, за который он не смог отчитаться.

Но что самое странное. Из рассказа ученого человека получалось, что при повторной проверке выяснилось, что заяц и сокол исчезли совсем без следа. То есть все документы об их пребывании в институте были видимо уничтожены. Так словно их в институте никогда и не было. Документы же на кота, пса, сома и ворона были в полном порядке, хотя сами животные и исчезли в неизвестном направлении. Невольно призадумаешься. Как такое могло случиться? Об одних исчезнувших зверях нам всё известно. А о других не известно ничего. Здесь явно присутствовал преступный умысел. Ученый человек попросил специально для Берии сделать копии всех документов на четырех животных, бывших людей. И сразу же передал ему документы.

Берия поинтересовался, как же удалось определить факт исчезновения животных, если на них отсутствовали все документы. Ученый ответил, что если бы эти звери не проходили бы через руки непосредственно его самого, заместителя директора, то они бы тогда исчезли бы из института совершенно бесследно. А так ему удалось выявить пропажу ценных экземпляров. А ведь отнюдь не все животные прошли через руки заместителя директора, и значит вполне возможно, что могли исчезнуть из института бесследно не только эти два зверя, а еще и другие животные. Такие вот странные дела творятся на белом свете.

Как это могло случиться, он не знал. Даже версии у него не возникло, как такое могло в принципе произойти. Удивился и директор, когда заместитель доложил о том, что бесследно исчезли несколько животных, и он тоже не смог предположить, как данные животные могли исчезнуть со всеми своими сопроводительными документами. Так никто и не смог ничего прояснить в данном деле. В конце концов, директор заявил, что заместитель поднимает шум из-за того, что хочет опорочить его и попытаться занять его место. На этом всё разбирательство и было прекращено по распоряжению директора. Но теперь, пользуясь, случаем ученый решил обо всем этом странном деле доложить товарищу Берии.

Берия, смертельно побледневший, поблагодарил заместителя директора института за неоценимую помощь и пообещал ему всякое своё содействие в работе. Потом он пересел на другое место, и некоторое время сидел молча в кресле, изучал материалы и размышлял. Затем он подсел поближе к Наталье Резник и, пользуясь тем, что до приземления в аэропорту еще осталось достаточно много времени сразу же начал подготовку к работе в Светлогорске. Берия передал Наталье папки с документами и сказал:

- Посмотрите личные дела этих людей. Если кто-то из них вам знаком сразу же дайте мне знать.

Наталья быстро прочитала материалы и сказала:

- Трое из четырех мои земляки. Я с ними знакома. Сашу Иванова я знаю хорошо. Он наш местный, родом с соседней улицы, мы с ним учились в одной гимназии. Он года на два, на три меня был старше. Учился он хорошо, был одним из лучших учеников. Был дерзким и сильным юношей. Весьма привлекательной наружности. И помещики Васильцевы, Антон и Дмитрий мне хорошо известны. Они были старше меня лет на пять, а то шесть. Приезжали они каждое лето к своей тетушке в наш город погостить из своей усадьбы, которая была расположена где-то недалеко от города. Да и вообще часто бывали у нее дома и в иное время года. А дом этот был расположен от нашего дома совсем недалеко. Всего пару улиц нас разделяли. Мы с подругой моего детства, ныне она живет в Париже, Анной Шнеке, которая была внучатой племянницей тетушке Васильцевых, часто бывали в гостях в этом доме в те годы.

Тетушка её была очень гостеприимным человеком. Она души не чаяла в своих племянниках. Парни они были рослые и физически очень сильные. Такими бугаями они мне и запомнились, такие практически лубочные богатыри из старинной былины. Но кроме своей силы ничем они мне и не запомнились. Обычные молодые люди. С детства помешанные на военной службе. Больше ничего сказать о них я сейчас не могу.

У них не было вообще никаких других интересов, кроме военной тематики. Мне с ними, признаюсь, было смертельно скучно. Вот собственно и всё, если коротко товарищ Берия.

Берия удовлетворенно кивнул головой и сказал:

- Хорошо. Теперь возьмите дело основного действующего лица в нашей истории. Его фамилия Коромыслов. С ним нам придется серьезно поработать. Очень серьезно. Так что необходимо будет хорошо подготовиться к данной работе. Этот человек должен не просто рассказать нам всю правду о своем участии в деле животных террористов, но полностью и бесповоротно встать на нашу сторону в этой истории. Он должен стать нашим человеком. Как его сделать своим, как его приручить, так чтобы он ел с наших рук и был готов пойти по нашему приказу в огонь и воду на этот вопрос вы должны будете мне дать ответ. В самое ближайшее время.

Наталья Резник смело посмотрела в глаза своему начальнику и уверенно сказала:

- Приказ ваш мне ясен. Будьте уверены в том, что я вас не подведу. Будет, этот человек есть с наших рук, встанет на нашу сторону и выполнит любое наше приказание. Так и будет, как вы приказали.

Берия криво усмехнулся и сказал:

- Смелая ты женщина, Наталия. Не боишься давать обещания. Только смотри. Головой мне ответишь, если твои слова окажутся пустыми обещаниями. Ты знаешь, как со мною опасно шутить. Я таких вещей никому не прощаю. Но если ты за свои слова сможешь достойно ответить, если ты сможешь добиться нужного результата, то я тебе обещаю, что ты станешь очень большим человеком в нашей стране. Я тоже смелый человек, и не боюсь брать на себя обязательства. Ибо я привык за свои слова отвечать делом. И возможности у меня большие.

В эту минуту пилот громко попросил всех пристегнуться, ибо он приступил к посадке самолета в аэропорту города Светлогорска.

Глава 13


Кот и ворон, завершив разговор с сомом, взобрались на пса, который вновь предложил свою помощь друзьям, и Шановный аккуратно, но при этом очень быстро побежал по заросшей камышом болотистой равнине в сторону города. Через полчаса он выбрался на окраину города. Здесь звери остановились и провели небольшое оперативное совещание. Всем им было ясно, что троица сия не святая для обычного жителя города выглядела не совсем обычно. Кот плохо сочетался с птицей, да и верхом на псе ему кататься по городу было бы не совсем правильным делом.

В итоге было принято решение двигаться следующим образом: кот впереди, немного позади пес, а ворон будет курсировать между ними и следить, чтобы никто не потерялся из виду. Нужно было по возможности незаметно подкрасться к зданию ГПУ и попытаться узнать что-либо о судьбе Федора. Но при этом нужно было не забывать о том, что там, в ГПУ могли сделать предположение о том, что необычные пес и кот могут вскоре появиться где-то возле места заключения Федора Коромыслова и попытаться вступить с ним в контакт, а того гляди и попробовать освободить арестанта. А раз так, то это значит, чекисты обязаны были быть готовы к тому, чтобы захватить опасных зверей. Нэпман и его друзья прекрасно понимали, что абсолютно точно возле места заключения Коромыслова их ждала какая-то хитрая чекистская западня.

И хотя Нэпман и его друзья никогда не были трусами, а теперь еще после ночных подвигов, они почувствовали в себе огромные силы, которые клокотали в их маленьких тельцах, как лава в жерле вулкана, готовая в любую секунду вырваться наружу, благоразумие их ни в коей мере не покинуло. Несмотря на пьянящее осознание чудесным образом обретенных особых способностей, с помощью которых можно было сразиться с целым сонмом демонов из преисподней, просто так лезть наобум на рожон в схватку с оперативниками ГПУ друзьям ни в коем случае не хотелось. Это было бы совершенно неоправданным риском в данной ситуации.

Поэтому было решено для начала пробраться на крышу многоэтажного дома архитекторов, стоявшего напротив здания ГПУ на противоположной стороне главной городской площади и там устроить импровизированный штаб своего похода. А там, на месте определиться с дальнейшими планами. Нэпман и Шановный прекрасно знали это здание, и им было нетрудно к нему пробраться через малолюдные переулки и проходные дворы. Добравшись до места, Нэпман и Шановный через окно первого этажа пробрались внутрь помещения, а ворон сразу же взлетел на крышу дома. Когда Нэпман и Шановный добрались до крыши, ворон мирно вычищал свой клюв об трупик какого-то большого серого кота. На недоуменный взгляд друзей Служака махнул крылом и сказал:

- Да бог с этим невоспитанным котом. Он пытался на меня напасть. Пришлось его ликвидировать. Не обращайте внимания.

После объяснений ворон подцепил трупик кота клювом и с силой вышвырнул его с крыши во двор дома архитекторов. А потом обратился к друзьям:

- Ну что вы мне скажете, ясновельможные паны? Что мы будем дальше предпринимать?

Шановный сказал:

- А что тут много думать. О тебе брат Служака Федор ничего не знал, так что вероятней всего в ГПУ не будут опасаться ворон. Так что тебе сейчас все карты в руки. Слетай, разузнай, может что-нибудь важное удастся услышать. Нет у тебя возражений?

Ворон покачал головой, а потом взмахнул своими черными крыльями и быстро взлетел в небо. Сделав круг над крышей, Служака улетел в сторону здания ГПУ.
***

Начальник следственной части Шварц сидел в своем кабинете у открытого окна. Вдруг прямо перед ним на тяжелую ветку ели приземлился огромный ворон и стал медленно на ней раскачиваться. От отвращения Шварц чуть было не плюнул, но потом подумал о том, что все существа по сути твари бессловесные, и потому обращать на них внимание дело совершенно пустое. А тут и внезапно появившийся гость полностью переключил всё внимание Шварца на себя. В кабинет стремительно ворвался оперуполномоченный Крылов. Он быстро спросил:

- Время есть? Надо нам с тобой один разговор важный составить.

- Для хорошего человека у меня всегда есть время – ответил Шварц.

- Так я хороший, по твоему мнению, человек или нет? – продолжил задавать вопросы Крылов.

- Я знаю, что человек ты очень плохой, в этом я ни сколько не сомневаюсь, но время для тебя, не смотря на это у меня есть – ответил Шварц.

- Значит, все же я для тебя не настолько плох, как ты только, что пытался мне показать – с улыбкой сказал Крылов.

- Не будет тратить время на зубоскальство – резко прервал Крылова Шварц. - Говори с чем пришел. Просто так ты в гости не приходишь.

- В следующий раз я к тебе обязательно приду просто так, только ради того чтобы полюбоваться на твою мужественную физиономию. Честное партийное слово – с вызовом в глазах отвечал Крылов. - Но сейчас ты угадал. Я пришел к тебе по одному важному делу. Давай выйдем во двор и на скамейке под елями спокойно обсудим один интересующий меня вопрос. Здесь у тебя слишком душно. Топят наши сотрудники слишком сильно, угля совсем не жалеют.

Шварц с опаской оглядел свой кабинет, а потом резко встал со стула направился к выходу из кабинета. Через пару минут Крылов и Шварц уже удобно разместились на скамейке среди высоких раскидистых елей.

- Слушай меня внимательно, друг. Плохие у нас с тобой дружище Шварц дела. Совсем плохие. Я бы даже сказал, мы с тобой сейчас уже обречены на скорый и справедливый приговор трибунала. Хотя может приговор и будет не слишком скорым, но полностью однозначным. Сам понимаешь, нам с тобой, за дела наши грешные, трибунал вынесет после нескольких месяцев мясорубки в подвалах Лубянки только лишь смертный приговор – сказал без обиняков Крылов. – Спасения нам практически нет. Так что нужно либо бежать отсюда за кордон. Либо идти на какие-то чрезвычайные меры.

- Что ты несешь? Чушь! Что нам с тобой угрожает? Я за собой вины не чувствую, на партию работаю честно, врагов чищу везде и всегда. Безжалостно и бескомпромиссно. Многие за это на меня обижены, пишут жалобы. Но это всё ерунда. Я крепко стою на своих ногах и мне нечего бояться! – зло сказал Шварц. – А ты видимо совсем от безделья и чрезмерного увлечения алкоголем и распутными женщинами, похоже, совсем умом тронулся. Вот тебе и мерещится всякая чертовщина. Пойди, опохмелись и забудь свои страхи.

- Ох, брат! Не совсем я ум свой пропил и с красивыми женщинами прогулял. Ты сидишь в своем подвальчике и совсем от жизни отстал. Сообщаю тебе конфиденциально. Едет сюда некий товарищ Берия. С особым поручением от самого главного человека в стране. Мы думали, что Питер доверенное лицо, а оказалось, что и нет. Берия вот кого Сталин сюда послал, этот парень не простой. Сам понимаешь, он возглавляет ОГПУ по Грузии. А Грузия это родина нашего вождя. И вот такого большого человека вдруг кидают сюда. С чего бы это? Ты не выскажешь мне своё предположение? – спросил Крылов.

- Видимо нам нет доверия местным чекистам, то есть нам. И даже работа Питера тоже не вызвала доверия у вождя. Это очень плохо. Но не смертельно – ответил Шварц.

- Хорошо, что ты понимаешь, что это очень плохо. Но насколько плохо, к сожалению, ты не совсем понимаешь. Попробую тебе это объяснить. Я знаю Берию. Приходилось с ним сталкиваться. Это не просто серьезный работник, это человек, который способен раскрыть любую тайну. Он пройдет по нашим трупам, но своего добьется – сказал Крылов. – Это не глупый Питер, выходец из партийного контроля, этот человек лютый зверь, способный на всё.

- Я еще раз повторяю, мне нечего бояться. Я чист перед родиной и партией. Мне нечего бояться – всё так же зло ответил Шварц.

- Ох, брат мой, Шварц, я тебе верю, даже больше чем себе. Но ты одно пойми. Берия тебе не поверит. На это ты даже не надейся. И знаешь почему? Ты сам подумай. Этот парень, Коромыслов ведь работал в Варенцовке. Там же работал и невинно убиенный почтальон Печеный. Звери-диверсанты вещь интересная, но отнюдь не единственная во всем этом деле. Есть еще в ней и история клада, неизвестно куда исчезнувшего. И есть и история странных смертей бывших руководителей нашей с тобой организации. Как то странно и поспешно ушли в мир иной товарищ Шмеерслегер со своими помощниками. Тебе это не кажется – спросил Крылов.

- Нет – ответил Шварц. – А если тебе кажется, то это твое личное дело.

- Ой, это не всё. Много всего странного произошло вокруг этой самой деревни Варенцовки. К примеру, если мне память не изменяет, там были пойманы нашими доблестными сотрудниками, а потом вдруг исчезли в неизвестном направлении бывшие помещики братья Васильцевы. А ведь именно они могли знать секрет места расположения заветного клада – сказал Крылов печально. - И ведь всё это непотребство, и ты не можешь этого не понимать, гарантировано вылезет на белый свет, в тот момент, когда опытный и предельно жесткий грузинский чекист возьмется за дело. Ты пойми следующее. Как только здесь окажется Берия, ничего поделать мы уже не сможем. Он всё возьмет под свой личный контроль. Такой уж он человек. Наверняка едет сюда этот сын гор не в один, с ним группа его доверенных лиц, которая станет рвать подметки на ходу и везде совать свой нос. Так что бежать нам надо за кордон, и как можно скорее. Как бы не было бы поздно!

- А других вариантов у тебя нет? Потому что если, правда, то, что ты говоришь, тогда не сможем мы уйти за кордон. Возьмут нас под арест далеко от государственной границы. Да и даже если и уйдем за кордон, то вероятней всего нас там быстро отыщут наши же ребята из собственного родного управления ОГПУ и приведут вынесенный нам смертный приговор в исполнение. Так что вариант с уходом за кордон нам нужно рассматривать как самый крайний – сказал Шварц.

- Тогда остается что? – спросил внимательно глядя в глаза своему собеседнику Крылов.

- Тогда остается имитировать нападение зверей-диверсантов на отделение ОГПУ в ходе, которого будет убит и сам Коромыслов и пострадают следственные документы – ответил спокойно Шварц.

- Я так думаю, что и начальник губернского ГПУ товарищ Питер тоже вряд ли переживет этот печальный инцидент. Такое у меня предчувствие – сказал задумчиво Крылов.

- У меня почему-то тоже такое же предчувствие. И я уверен в том, что не сможет пережить нападение зверей-диверсантов наш любимый руководитель товарищ Питер – так же задумчиво произнес Шварц.

- Ну, так через час? Как раз потемнеет уже – сказал Крылов.

- Тогда сверим часы. Сейчас девятнадцать часов пятнадцать минут. Значит, в двадцать часов пятнадцать минут. Давай не будем терять времени. Что делать ты прекрасно знаешь. Мне тоже ничего дополнительно объяснять не нужно. Так что с богом! – сказал, вставая со скамейки Шварц.

- Времени мало. Но я всё успею организовать. Тут не о чем сильно беспокоиться. Всё сделаем без шума и пыли – весело сказал Крылов и так же встал со скамейки.

Два заговорщика еще минута постояли возле скамейки, а потом, словно окончательно решившись, они почти одновременно двинулись каждый по собственному маршруту. Но не успели Крылов и Шварц покинуть двор, как в вечернее небо взлетел с ветки ели огромный черный ворон. В доли секунд большая птица растаяла, как мираж в быстро темнеющем небе.
***

Нэпман и Шановный в тревоге ожидали возвращения Служаки на крыше дома архитекторов. Что-то уж чересчур долго не возвращался назад их пернатый друг. Явно, что-то было не в порядке с ним, раз вроде бы пустячное дело, слетать и по возможности разузнать, где находится арестант, заняло у ворона столь большое время. Но, наконец, на крышу стремительно спикировал ворон и сразу же, после своего приземления, обратился к своим друзьям:

- Друзья мои! Дело приняло дурной оборот. Надо срочно спасать Федора вашего. У нас нет ни одной свободной минуты.

- Что случилось-то? Рассказывай скорее! – строго спросил Шановный.

- Да уж, случилось - ответил ворон. - Как я понял, среди местных чекистов есть пара особо сметливых ребят, зовут их Шварц и Крылов, которые смогли воспользоваться ситуацией и каким-то образом прибрали себе наш фамильный клад. Потом им пришлось убрать и почтальона Печеного, а за ним и бывшего руководителя местного губернского управления ГПУ вместе с заместителями. И всё это заговорщики смогли осуществить благодаря тому, что смогли сразу же войти в доверие новому руководителю губернского управления некому Питеру. Человеку вроде бы честному, но не слишком сообразительному.

Казалось, чекисты достигли всего, о чем мечтали. Но рано эти заговорщики радовались. Каким-то образом самый большой начальник заподозрил, что этот самый Питер оказался не на высоте своего положения при выполнении задания. Сталин лишил Питера своего доверия и направил сюда проверенного человека из самой Грузии для ревизии проделанной новым губернским руководителем губернского управления работы. Теперь перед заговорщиками отчетливо замаячила перспектива разоблачения, а затем подвалов Лубянки и расстрельного приговора.

- И что дальше? – нетерпеливо спросил Нэпман.

- А дальше эти ребята решили организовать дело так - сказал ворон - По их задумке будет организована перестрелка в управлении, а потом заговорщики и их подельники заявят, что на губернское управление было совершено нападение зверями-террористами. Якобы эти монстры во время нападения убили нескольких чекистов и сами погибли. В ходе боя планируется, что будут убиты ваш друг Федор Коромыслов, пришлось, мол, пристрелили его в тот момент, когда нависла угроза, что арестант будет своими дружками освобожден, а так же новый начальник управления Питер. А заодно и все работники управления, кто хоть каким-то боком имел отношение к этому варенцовскому делу. Приедет грузинский чекист, а все ниточки будут обрублены. Придется ему возвращаться ни с чем.

- Хитро, шакалы эти придумали. И когда они планируют начать свою операцию? – спросил Нэпман.

- Да уже минут через тридцать – быстро ответил Служака - Точно, в двадцать часов пятнадцать минут. Нужно уже спешить нам на место. Я там крыльями так просто зря хлопал. Разузнал, где томится друг ваш. Даже сумел на вашего друга через решетчатое окно посмотреть. Выглядит он ужасно, но там не курорт, так что ничего удивительного в этом факте нет. Так что могу вас прямо к этому месту доставить прямо сейчас.

- Это как же ты такое дело сможешь осуществить? – спросил Нэпман.

- А возьму одного паршивого котенка в одну лапу, в другую лапу возьму одного паршивого пса и полечу. Вот мне другие вороны позавидуют, сколько добычи себе наловил. Давайте, не будем терять времени – сказал ворон – цепляйтесь за мои ноги.

- Ты это серьезно, птенчик? – спросил недоверчиво Шановный.

- Нет времени для шуток. Нужно срочно вылетать – ответил ворон.

- Надеюсь, ты действительно, сможешь нас туда перенести – сказал Нэпман и схватился за левую ногу ворона. Ворон не теряя времени, взмахнул крыльями, свободной ногой подхватил Шановного и резко взмыл в потемневшие небеса.

- Мать моя женщина – только успел воскликнуть Шановный.

Ворон быстро, уже через пять минут после начала полета, на большой высоте подлетел к зданию, расположенному во внутреннем дворе губернского управления ОГПУ. Внимательно осмотрев двор и убедившись в том, что место, куда он планировал приземлиться не находится под контролем охранников, ворон плавно спланировал рядом с окном подземного каземата. Кот сразу пролез через решетку, а затем когтем аккуратно открыл форточку. Через неё он и пролез в ту комнату, где томился Федор.

- Федор, это я. Нэпман. Ты главное не шуми. И голос не повышай – как можно тише сказал Нэпман.

Федор лежал на кровати и делал вид, что спал. Но услышав знакомый голос, молниеносно открыл глаза. Кот сразу же прыгнул на кровать и прильнул к уху Федора.

- Как ты тут поживаешь, друг мой ситный? – спросил кот.

- Всё могло быть гораздо хуже – ответил Федор.- А так, жив и почти здоров. Вон валяюсь здесь, а не в каземате, на голом полу. Кормят меня здесь, как хорошего колхозного быка производителя. Так что жизнь у меня удалась. Я тут при звезде, при бабках. У меня всё хорошо. Всё, что нужно у меня есть. Ты-то что это решил ко мне заглянуть? Может чем помочь? Может проблема с ловлей мышей. Так я и тут тебе помощь могу оказать. Могу посоветовать, как мышей по науке ловить, могу песню о мышах спеть, чтобы тебе сделать одолжение, но только очень тихо. С этим, вот, с распорядком местным, небольшая проблема, очень он навязчив, а в остальном всё у меня просто прекрасно.

- Это, конечно. Кроватка у тебя здесь и в правду мягкая – тихо в ухо промурлыкал кот. - Только не смотря на это всё благолепие, всего один факт неприятный тебе по старой дружбе хочу всё же сообщить. Сейчас минут через десять, местные товарищи Шварц и Крылов убивать тебя будут. Чем-то ты им не приглянулся, а вместе с тобой пристрелят заодно и товарища Питера, нового местного руководителя чекистов. Мне, конечно, дела нет до этого Питера, мне с ним в дальнейшем котят не крестить, но вот тебя убить дать каким-то врагам и мне и моим друзьям совершенно не хочется. Я пришел сюда для того, чтобы тебя спасти от смерти.

- А с чего это эти два старых друга, Крылов и Шварц решили тут бойню учинить? – спросил недоверчиво Федор. – Они же тут не первый день работают, сейчас они первые помощники у Питера. У них-то всё просто прекрасно. Они в полном шоколаде.

- Ты ничего не знаешь. Сидя в этом подвале, ты невольно отстал от жизни – сказал уверенно кот. - Нам точно известно. Питер лишился доверия Москвы. Не оправдал доверия руководства страны. В Москве самый большой начальник, тот самый усатый дядя, недоволен Питером. И теперь сюда едет из Грузии товарищ начальник грузинского республиканского управления ОГПУ какой-то Берия с ревизией работы Питера. А местные заговорщики к рукам клад помещиков Васильцевых прибрали, да и иных грехов за ними числится огромное количество. И теперь все их дела могут быть раскрыты. Боятся ваши ребята этого Берию словно он сам Сатана. Вот и решили всех убить, чтобы следы своих преступлений замести.

- Вот это новости – сказал задумчиво Федор. В этот момент во дворе раздались выстрелы.

- Пора бежать отсюда – сказал кот.

- А как? – спросил Федор.

Тут снаружи к решетке подскочил Шановный и своими лапами бесшумно вырвал стальные решетки из окна, а потом плечом аккуратно выдавил и оконную раму. Путь во двор был свободен для Федора. Коромыслов неожиданно быстро выскочил во двор. Тут он увидел большого ворона, который сидел на ветке ели. Ворон голосом, не терпящим возражения, приказал:

- Друзья, хватайтесь за вашего товарища, а ты Федор держись за мои ноги, да покрепче.

После этих слов, ворон взлетел в воздух и подлетел к Коромыслову. Федор взял ворона за ноги, а кот и пес запрыгнули ему самому на грудь. И тут ворон резко стал поднимать вверх Федора вместе с его друзьями. Через минуту ворон поднял Коромыслова больше, чем на сто метров. С удивлением и невольным восхищением Федор рассматривал знакомый город с такой небывалой высоты. Между тем, благодаря ночному времени суток и счастливой случайности никто не заметил то, как ворон унес человека со двора местного управления ОГПУ. И друзья без приключений добрались до места, где их мог ожидать их друг, сом.

Сом, действительно, оказался на месте. Выслушав рассказ друзей о том, как они провели операцию по освобождению Федора, сом заявил, что нужно срочно, пока не рассвело, добраться до какого-нибудь удаленного тайного места. После небольшого обсуждения решили вернуться в родовое имение помещиков Васильцевых. Сом отправился в путь своим маршрутом. А кота, Федора и ворона на себе вызвался отнести до места Шановный.


Глава 14


Самолет приземлился в аэропорту рано утром без лишних приключений и подрулил к небольшой колонне автомобилей, приехавших встречать важных гостей. Быстро спустился трап. Но Берия не спешил покинуть гостеприимный борт самолета. Он сосредоточенно писал письмо. Завершив написание послания, Берия положил аккуратно сложенные листы в конверт и тщательно заклеил его. Потом он передал конверт и папки с документами исчезнувших из института экземпляров своему помощнику и сказал:

- Григорий. Тебе придется сейчас срочно, на этом же самолете вернуться назад. Сергей Иванович тоже поедет вместе с тобой. Доставите нашего дорого ученого к Гогоберидзе и передадите ему лично в руки мое письмо и эти документы. Это дело особой важности и спешности, так что не теряйте ни одной лишней минуты. Я предупрежу наших людей дома, чтобы они вас встретили в аэропорту.

Потом грузинский главный чекист отдал распоряжение, командиру экипажа самолета, не теряя ни минуты срочно вылетать обратно, как только самолет будет готов к перелету. После этих дел Берия обратился к заместителю директора института:

- Сергей Иванович! Я тут подумал немного и понял, что здесь мы как-нибудь справимся и без вашей ценной помощи. Я прошу вас помочь нам в другом, более важном сейчас деле. Я написал письмо моему заместителю, в котором примерно изложил весь наш с вами сегодняшний разговор. Так что сразу же по приезду на место, вы с Гогоберидзе, на мой взгляд, должны не теряя даром времени начать сразу же тщательнейшую перепроверку всей работы института. Тщательнейшую! Сейчас это дело первостепенной важности. Привлеките к работе ваших доверенных лиц. У нас будет возможность по достоинству оценить их помощь в нашей работе. Я думаю, вам не нужно объяснять, сколь важен ваш институт для нашего правительства. Так что надеюсь на вашу поддержку и понимание.

- Какие тут могут быть разговоры? Я готов всем, чем возможно оказать содействие вам в вашей работе – быстро ответил Константинов.

- В нашей общей работе! Сегодня чекисты это не только работники нашего управления, но все честные люди республики. Успехов вам, и огромное спасибо за то, что вы уже сделали, а сделали вы немало. Но нужно сделать еще очень много. Так что немедленно возвращайтесь в институт и приступайте к работе вместе с нашими людьми. А я постараюсь, к вам вернуться как можно быстрее. Так что – до встречи – сказал Берия и крепко пожал руку Константинову, после чего направился к выходу из самолета. Перед тем как выйти, он снова обратился к своему помощнику:

- Григорий, вам с товарищем Константиновым не надо покидать салона самолета. Береженного и бог бережет, а не береженного конвой стережет. Так что напрасно не будем рисковать. И вы – уже обращаясь к пилотам – о том, что в салоне находятся пассажиры, молчите и никого в салон не пускайте, кто бы сюда не рвался – грозно сказал Берия. – Скажите, что это мой приказ.
****

А между тем, за несколько часов до прилета Берия в Светлогорск, на территории губернского управления ОГПУ творился форменный беспорядок. Предчувствия частично не подвели Крылова и Шварца. Звери-террористы действительно напали на управление и злодейски убили самых лучших чекистов во главе с самим недавно назначенным начальником управления товарищем Питером. Но вот с самым главным персонажем этой маленькой трагедии внезапно произошло нечто непонятное. Коромыслов каким-то непонятным образом сумел исчезнуть из своей камеры, буквально за несколько минут до того, как туда с заряженным наганом вошел товарищ Шварц. Велико было удивление Шварца, когда выяснилось, что камера совершенно пуста, а оконная рама и решетка отсутствует. Ошарашенный чекист долго не мог ничего понять.

Осознав, что арестант смог каким-то непонятным образом сбежать из-под стражи, Шварц кинулся за помощью к своему другу Крылову. Вдвоем они обследовали камеру и прилегающий к ней участок территории и ничего необычного обнаружить там не смогли. Охранник, который должен был сторожить арестанта, мог, наверное, что-то бы и рассказать по данному делу, но, к сожалению, Шварцу пришлось его до выявления факта побега заключенного пристрелить от греха подальше.

Так что теперь никто ничего рассказать о том, что здесь произошло, уже не мог. В конце концов, после размышлений, друзья пришли к выводу, что исчезновение Коромыслова и то, что к его освобождению, действительно вероятней всего могли иметь отношение звери-террористы, только лишь в данной ситуации, дополнительно играет в пользу придуманной ими версии происшествия. Осознав всё это, два друга, не откладывая дела в долгий ящик, стали начинать расследование произошедших трагических событий.

Они объявили всеобщую тревогу. Вызвали в город дополнительные силы. Объявили в розыск сбежавшего из камеры ОГПУ особо опасного врага советской власти Коромыслова. А после всех этих действий, начали спокойно подготовку к встрече в аэропорту товарища Берии. Похоже, небеса сжалились над опытными чекистами, жизнь начинала для Крылова и Шварца снова налаживаться.
****

Шановный, словно волк, в старинной сказке об Иване-царевиче, на своей спине буквально за один час преодолел огромную дистанцию, отделявшую заброшенную усадьбу помещиков Васильцевых от города. Но, не смотря на развитую им в пути такую колоссальную скорость, когда пес прибежал к воротам усадьбы здесь его уже дожидался Паныч. Он молча стоял на хвосте и сказал, обращаясь к Коромыслову и зверям:

- Господа! Хочу напомнить вам. По старой доброй традиции, а с учетом того, что у нас сейчас кроме традиций ничего уже не осталось за душой, к ним мы должны относиться с особым пиететом, вы должны спешиться не заезжая во двор. Так что освободите от своего груза, вашего славного Росинанта и своими собственными ножками входите в наше родовое имение. Друзья, хочу так же сообщить вам о том, что сейчас неимоверно трудно найти расторопных слуг, так что не обессудьте, придется вам сегодня самим себе прислуживать. Но я надеюсь, что это обстоятельство вас сильно не огорчит! Милости прошу к нам в гости! И не стойте на пороге с таким видом, будто вы не рады были меня видеть. Входите и чувствуйте себя здесь, как дома, но при этом не забывайте о том, что вы в гостях. Мы гостям во все времена были рады.

- Тут это – неуверенно промямлил Шановный – раз уж разговор зашел о традициях, нужно было бы где-то гостинцев раздобыть. Негоже нам в гости с пустыми руками приходить.

- Что предлагаешь то, Шановный? - поинтересовался Служака.

- Да там, в Варенцовке, у Федора запас был неприкосновенный. В сундучке были спрятаны несколько бутылок с неплохим алкоголем – самое время за ним слетать. Обмыть успех нашей первой совместной операции – сказал Шановный.

- Дело хорошее. Вы тут поскучайте немного, а мы с Шановным постараемся быстро пока на улице ночь слетать в Варенцовку и вернуться к вам с добычей – предложил ворон.

- А что? Хорошо придумали, раз уж решили сегодня соблюдать традиции, надо придерживаться их и дальше. Вы еще где-нибудь еды человеческой прихватите, и будет совсем, хорошо. Можно будет посидеть за рюмкой водки, поговорить об искусстве, о судьбах родины, о нашей собственной горькой судьбе. О смысле жизни и прочих хороших вещах – сказал Паныч. – Раньше я не понимал особой ценности подобных бесед, но сейчас я понял, что в таких разговорах есть особая сладость.

- Может еще и молодых крестьянок тебе пригласить сюда, правда не знаю, что ты с ними будешь делать – спросил ехидно ворон. – А то я-то могу, мне то, что при моих нынешних то возможностях притащить тебе парочку аппетитных сельских простушек.

- Нет, крестьянок мне сейчас не нужно. Да и вообще особо мне ничего не хочется – грустно ответил Паныч. – Только сидеть за добрым столом с хорошими зверями и людьми и пить водку и говорить о разных интересных вещах.

- Ну-ка, давай, наперегонки, кто первый до Варенцовки, до дома Коромыслова доберется – сказал пес, прерывая затянувшуюся беседу, и тут же кинулся бежать, ворон немедленно вслед за ним стремительно взлетел и в доли секунды растаял в темноте.

Ждать Нэпману с товарищами возвращения ворона и пса пришлось не слишком долго. Буквально через пятьдесят минут после расставания, с неба эффектно спустился ворон. В клюве он держал за ошейник Шановного, а пес в свою очередь держал в своей пасти огромную сумку доверху набитую бутылками с водкой и всякой вкусной пищей.

- Где это вы так хорошо запаслись продуктами? Уж, нет ли в этом лесу пещеры Алладина? – спросил удивленный Федор.

- Да, нет. Просто совершили налет на магазин за рекой. Мы теперь звери на нас законы СССР не распространяются, так что с нас взятки гладки. Нет таких статей, чтобы собак и воронов судить. Да и тебе дядя Федор пора привыкать к простой жизни обычного преступника и бандита – ответил Шановный.

- Что ты такое говоришь? – возмутился Федор, но ему никто не ответил.

После не долгого обсуждения произошедших за день событий, вся компания направилась во флигель, где на скорую руку был устроен небольшой пир. Впервые за эти дни звери почувствовали, насколько они были страшно голодны. В короткое время вся пища была съедена, а водка выпита. После столь обильного застолья все друзья и в том числе и недавний арестант Коромыслов быстро уснули мертвецким сном.
****

Берия вышел из салона самолета последним и тщательно за собой закрыл дверь. Сразу же к нему подошел с докладом заместитель руководителя местного губернского управления ОГПУ Крылов и доложил о трагических событиях, которые имели место в расположении управления.

Крылов сообщил о том, что в результате нападения зверей-террористов на управления погибло несколько ответственных работников, и самое главное – во время атаки врагов погиб начальник управления товарищ Питер. К сожалению, несмотря на понесенные жертвы и активное противодействие бандитам, находившийся под стражей оперуполномоченный Федор Коромыслов был вражескими силами освобожден из-под стражи, и сейчас принимаются все возможные меры для его задержания.

Берия слушал доклад несколько рассеяно. Казалось со стороны, что он нисколько не удивлен и не озадачен произошедшими событиями. Можно было подумать, что убийство начальника губернского ОГПУ было для грузинского главного чекиста настолько рядовым, обыденным событием, что придавать ему какое-то особое значение не следовало, а тем более уж чересчур бурно на него реагировать. Выслушав до конца доклад Крылова Берия начал, представление сопровождающих его работников ОГПУ по Грузии. Последней из своих людей, он представил местным чекистам Наталью. Но представил он её не как сотрудника ОГПУ, а как свою личную хорошую знакомую и пояснил, что давно знает Наталью по её работе в бухгалтерии одного из предприятий столицы Грузии. При этих словах Берия плотоядно улыбнулся, так, что всем присутствующим стало ясно, что молодая женщина лично близка руководителю грузинских чекистов.

Молодая женщина уроженка здешних мест, хорошая знакомая, пояснил Берия, она узнала о том, что он едет в Светлогорск, взяла на работе отпуск и попросила взять её с собой в эту поездку. Берия не захотел отказывать женщине, ведь она столько лет не была в родных краях. Теперь нужно будет помочь ей устроиться в гостинице.

Наталья нисколько не удивилась словам и поведению своего руководителя. Она не знала, что задумал её хитроумный шеф, но постаралась во всю ему подыграть. Она немного смущенно с улыбкой прощебетала – Ах, как же я соскучилась по своему родному городу. Сколько воспоминаний у меня связано с этими местами! Детство мое и юность прошли здесь! Здесь могилы моих близких людей! Лаврентий Павлович! Огромное вам спасибо за вашу заботу.

- Не стоит меня благодарить, надеюсь, мы с вами найдем время и еще встретимся за время этой моей командировки, и тогда вы покажете мне этот чудесный город. Но сейчас мне нужно ехать, дорогая Наталия. Я попрошу наших местных друзей, чтобы они помогли вам устроиться в самой лучшей гостинице. Всего самого наилучшего и берегите себя – ответил Берия и тут же попросил Крылова, чтобы тот отдал распоряжение устроить молодую женщину в номер люкс самой лучшей местной гостиницы. Пусть пока молодая женщина живет без оплаты, а позднее Берия сам приедет в гостиницу и решит вопрос с оплатой.

- Будет сделано. Устроим по самому высшему разряду. Сытно и вкусно накормим свою землячку. Вам ни о чем тут не надо волноваться – тут же ответил Крылов. Он спешно сопроводил молодую женщину до одной из машин. Сидевшему в ней оперативнику Крылов приказал не ехать вместе с остальной колонной, а отправиться прямо сейчас же в город и там разместить, гостью в номере люкс гостиницы Националь и сообщить её администрации, чтобы они взяли молодую женщину на полное довольствие. Оперуполномоченный кивнул головой, в знак того, что понял приказание, и сразу же его машина тронулась с места. Через пару минут, и остальная колонна вслед за нею тронулась в путь.
****

Первым утром проснулся Федор и увидел, что его освободители все спали непробудным сном. Коромыслов не стал никого будить. Он вышел на улицу и, усевшись на пенек, стал размышлять о событиях последних дней. В течение очень короткого периода времени жизнь его пошла кувырком. И теперь он даже не мог понять, кто он есть на этом свете. Раньше всё было ясно и понятно, но сейчас всё стало совершенно иным.

Федор понимал, что теперь у него практически не осталось шансов на возвращение в прошлую жизнь. Если хоть какие-то шансы на то, что справедливость восторжествует и ему вернут его полномочия и его работу, еще были у него, пока он находился в камере. То теперь после этого побега ситуация стала совершенно определенной. Обратной дороги у него больше не было. Теперь нужно было признать новую реальность и думать, как в этой новой реальности жить.

В первую очередь нужно было понять свои перспективы. Конечно, дружба с невероятно мощными зверями-диверсантами была огромным плюсом. Но этими возможностями еще нужно было правильно распорядиться. Но это в будущем. А сейчас нужно было решить, что следует предпринять в самое ближайшее время. Так за размышления прошел целый час. Затем дверь приоткрылась, и на улицу вышел Шановный. Он спросил:

- А ты давно не спишь?

- Да где-то с час – ответил Федор. – Вопрос у меня есть к тебе.

- Задавай, я слушаю – ответил Шановный.

- Я вот подумал тут. Получается, был клад на самом деле. Не выдумка это была. Ведь так же? – спросил Федор.

- Да, похоже, что так. Только толку от этого знания нам теперь не много. Чекисты эти клад давно видимо в Москву отправили, в доход казны. Так что ловить нам с этим кладом нечего – спокойно ответил Шановный.

- Так вы вчера мне рассказывали, что Крылов и Шварц клад этот от народной власти решили скрыть. И для этого учинили такие страшные интриги, что прямо не по себе. Вроде бы планировали убить даже самого товарища Питера. Вот бы узнать, чем там дело завершилось. Не верится мне, что не побоялись Крылов и Шварц убить товарища Питера. Как ты думаешь? – спросил Федор.

- Насчет клада, похоже, ты прав. Раз его не отправили в доход казны, значит, он теперь лежит на новом месте где-то в этих краях. Эх, прибрать бы этот клад к рукам. Ведь с деньгами большими даже животному и то хорошо. Тем более что деньги эти являются собственностью семьи наших друзей, через эти деньги они столько бед перенесли, что просто ужас. Ребята заслужили, чтобы их деньги вернулись к ним. Но как это сделать? – сказал Шановный.

Тут дверь отворилась, и на порог медленно вышел нетвердой походкой ворон. Он сказал, с трудом выговаривая слова:

- Друзья! Я подслушал невольно ваш разговор. Самый простой путь такой. Силы теперь у нас не малые, так что захватим разом и Шварца и Крылова. А у нас в лапах они всё нам расскажут. Где спрятали наш семейный клад, как планировали вывезти в дальнейшем наше золото за кордон. Никуда они не денутся, прижмем их сильнее, и придется им нам всё рассказать. Так что дело это не слишком сложное.

- Вариант совсем не плохой – сказал Федор. – Я даже не знаю, что тут можно возразить. Единственно подозреваю, что теперь и эти злодеи так же понимают, насколько легко они могут стать жертвами нападения зверей-террористов. А значит, эти люди начнут искать противоядие, против такой опасности. Тут нужно будет всё хорошо разузнать об этих самых, Крылове и Шварце. Чую они станут сейчас прятаться от возможного на них покушения.

- Ведь ты же должен знать, где живут эти люди. Пусть ты совсем мало работал в этой структуре, но все же ты сталкивался с ними по своей работе в городе. Так что ты должен многое о них знать – резюмировал Шановный.

- Да, если бы нашей целью было бы просто месть, то тогда можно было бы совершить на них нападение, с более или менее положительным прогнозируемым итогом – отвечал Федор. - Но вот просто так вот взять их и похитить, с этим я думаю, будут все же достаточно большие проблемы. И хотя как вы рассказываете, что друг ваш Паныч один легко расправился с целой бандой, у меня все же остаются некие сомнения. Бандиты были захвачены врасплох, они были деморализованы случившимся невероятным нападением. Потом опять же у вашего друга сома, не было цели кого-то брать в плен. Он просто уничтожал всё, что ему попалось под плавники. А ведь захват чекистов пройдет вероятней всего в условиях боя. А это всегда очень большая опасность. Так что нужно что-то думать тут. Просто так ничего не сделаешь.

В этот момент сзади, из канала раздался голос Паныча:

- Вы всё правильно говорите. Но сейчас в первую голову нужно решить для чего нам нужно бороться за клад.

- Как то для чего? – переспросил Шановный.

- Скажу честно. Я опасаюсь, что у вашего друга могла появиться идея, с помощью этого клада вернуться в ряды пламенных революционеров, защитников социалистического отечества. Мне бы не хотелось бы, чтобы мы рисковали ради того, чтобы некий товарищ Федор пробил бы себе путь снова в ряды сотрудников ОГПУ нашим семейным золотом. Мне такое дело совершенно противно – ответил сом.

- Что на это скажешь, Федор? – спросил Шановный.

- Мысль найти клад и за это получить отпущение грехов и возвращение на службу у меня появлялась. Не скрою – задумчиво сказал Федор. - Только сделать мне будет невероятно сложно. Наверняка преступники отдали распоряжение всем сотрудников органов правопорядка живым меня в плен не брать. Теперь еще, если погиб и товарищ Питер, то мне и его смерть поставят в вину. И доказать свою невиновность мне тогда вообще никогда не удастся.

- Это ты, верно, всё говоришь – согласился Шановный.

- Да, убийство столь высокого чина ОГПУ мне никто, ни за какие клады не простит. Я должен признать. Пока у меня нет даже малейшего шанса на возвращения в свою прошлую жизнь. А раз так, то я считаю правильным помочь вам вернуть себе фамильные сокровища. Это было бы более справедливым, чем, если кладом будут владеть Крылов и Шварц. Клад надо вернуть вам, и переправить его за кордон вместе с вами. Но для этого в первую очередь мне нужно каким-то образом вернуться в город и там начать непосредственно работать над исполнением нашей общей задачи. Время дорого – сказал Федор.

- Вы пока завтракайте, а я быстро слетаю в город и узнаю последние новости – сказал ворон и тут же взлетел в воздух и молниеносно исчез из поля зрения.

- Надеюсь, что вы будете с нами честны – сказал Паныч. – Вы правы, действительно, если вырвать клад из рук чекистов, то его нужно будет сразу же переместить за кордон. Я думаю, что сегодня мы все готовы, как никто другой исполнить эту часть работы.

- Я постараюсь – ответил Федор.

После этого, друзья направились во флигель и стали готовить завтрак. Примерно через час вернулся ворон, слегка отдышавшись, он сказал:

- Новости такие – Берия прилетел вместе с группой сотрудников ОГПУ Грузии. Питер ночью был убит, так что в городе какой-то кошмар творится. Улицы патрулируют войска. Всюду ищут тебя, Федор. Людей арестовывают пачками. Ты теперь главный террорист и убийца товарища Питера. Видел уже плакаты с надписями – отомстим за товарища Питера, сотни врагов заплатят своими жизнями за это преступление.

- Так я и думал. Это конец мне. Пропала моя бедная головушка! – запричитал Федор.


Глава 15


Берия в этот первый день работы в Светлогорске сначала посетил здание губернского управления ОГПУ. Там основная часть сопровождавших его работников ОГПУ Грузии, сразу же включилась в следственную работу. Сам Берия, как только оказался в управлении ОГПУ сразу же отправил шифр-телеграмму в Москву, в которой коротко сообщил о произошедших в Светлогорске трагических событиях и попросил дополнительных инструкций. Ответ из Москвы последовал быстро. Временно Берию назначили исполнять обязанности руководителя управления с практически неограниченными полномочиями.

Вновь назначенный руководитель быстро познакомился с личным составом управления. Он попросил всех мобилизовать все свои ресурсы для преодоления кризисной ситуации. После этого Берия провел совещание, на котором выслушал доклады с первыми выводами о произошедшем вчера ночью трагическом инциденте. Ситуация действительно была сложной и мало понятной с этим преступлением. Вопросов было на много больше, чем ответов. Но самое главное, что выяснил для себя Берия, это то, что звери-террористы с очень большой вероятностью действительно принимали участие в этом нападении на управление.

Значит, опасения товарища Сталина были вовсе не так беспочвенны, как могло показаться раньше. А это было исключительно важным обстоятельством. И в свете той информации, которую Берии дал заместитель директора секретного института, совершенно по-другому смотрелась сама суть произошедших событий. И хотя он чувствовал, что и местные чекисты, каким-то образом виноваты в произошедших событиях, главное было всё же в том, что существование особо опасных зверей, способных к невероятным трюкам, теперь становилось фактически доказанным фактом.

А это в свою очередь многое меняло не только в отношении к работе секретного института. Это было огромным изменением во всей концепции построения системы безопасности для высшего руководства страны. И огромным изменением в концепции всей разведывательной и контрразведывательной деятельности. Всё это нужно было срочно осмыслить. Но слишком долго заниматься размышлениями Берии было в то утро некогда. Нужно было срочно совершить визит к высшему партийному и советскому и военному руководству губернии и города Светлогорска. Без этого Берия в столь сложной обстановке, возникшей после ночного нападения бандитов на губернское управление ОГПУ, не мог никак обойтись.

После многочисленных совещаний и встреч главный грузинский чекист решил пообедать. Он попросил местных чекистов узнать, в своем ли номере гостиницы находится сейчас его хорошая знакомая Наталья Резник? И если она там, не могли бы служители гостиницы передать ей приглашение вместе пообедать с ним. Если ей будет не трудно, пусть она спустится во двор гостиницы ровно через полчаса. Через пару минут Берии доложили, что его знакомая будет во дворе гостиницы в назначенное время.

И действительно, пунктуальная Наталья стояла во дворе гостиницы, ожидая приезда своего кавалера, в тот момент, когда туда въехали две машины ОГПУ. Как только молодая женщина оказалась в той машине, где её ждали, Берия сразу же поинтересовался у водителя:

- Есть ли у вас в городе хорошее заведение, где подают блюда грузинской кухни? Хорошее заведение, не забегаловка какая-нибудь.

- Как же не быть – ответил водитель. – Прекрасно готовят блюда грузинской кухни в ресторане Кура. Там обслуживание очень приличное. Я вам рекомендую. Я уверен, что вам там понравится.

- Хорошо. Доверимся вашему вкусу. Надеюсь, он у вас хороший. Отвезите нас туда. Мы пообедаем, а вы нас подождете – сказал Берия.

- Конечно, конечно. Сколько вам надо столько обедайте, мы вас будем ждать. Не волнуйтесь, мы уже сами пообедали – ответил шофер и быстро переглянулся с охранником, который сидел на переднем пассажирском кресле.

- Мне вас сопровождать? – спросил начальник охраны.

- Зайдете, проверите, нет ли в ресторане подозрительных лиц, и если нет, оставите нас одних. А затем вместе с товарищами проследите, чтобы в ресторан не попали разные нежелательные гости. Выполняйте – не терпящим возражения голосом приказал Берия.

- Не маленькие, всё прекрасно понимаем. Всё сделаем, можете не сомневаться – бодро ответил охранник.

Дорога до ресторана заняла не больше двадцати минут, сотрудники ОГПУ по приезду на место всё проверили, и убедились в том, что никаких посетителей в ресторане в данный момент не было. Не смотря на то, что зал ресторана был пуст, Берия попросил накрыть им стол в отдельном кабинете.

Когда, наконец, Берия и Наталья остались одни в кабинете ресторана, главный грузинский чекист сказал:

- Наталья! Я хотел бы вам напомнить о том, что вы мне обещали в самолете. Вы сказали, что вы решите все проблемы с этим человеком, с Федором Коромысловым. Вы сказали, что добьетесь того, что он будет, как ручной зверек, есть с наших рук, встанет на нашу сторону и выполнит любое наше приказание. Так и будет, вы убеждали меня в этом. Ведь это так, я же ничего не путаю?

- Всё именно так. Вы ничего не путаете, я обещала решить проблему с этим самым Федором Коромысловым. Я от своих слов не отказываюсь – ответила Наталья.

- Прекрасно. Дело теперь осталось за малым. Вам нужно просто выполнить всё, что вы мне обещали сделать. Иначе я буду вынужден вас считать совершенно нечестным человеком, который не отвечает за свои слова. Мне бы не хотелось, так в вас разочароваться – сказал Берия. – Эту проблему нужно решить, как можно скорее. Вы должны это понять.

- Насколько я понимаю, условия моей работы поменялись, да и ситуация в целом стала совершенно иной здесь. Мне нужна будет дополнительная помощь и информация. Я все же не волшебница, я только учусь – сказала Наталья. – Если помощь будет, тогда мне будет легче добиться успеха в своей работе.

- Я подготовил для вас материалы по делу, здесь вся дополнительная информация по каждому из тех людей, кто может нам быть интересен. У вас во время обеда будет достаточно времени с ними познакомиться. Документы все у меня в единственном экземпляре, так что никаких записей, запоминайте всё наизусть. Это первое. Второе. Здесь, в этом ресторане директором работает дядя Алексей, это родственник моего помощника по работе в Грузии. Он окажет тебе любую помощь в случае необходимости. Старик здесь находится всё время, так что приезжай в любой час, когда тебе будет нужно передать лично мне, что-то важное, или же, если тебе понадобиться какая иная помощь. Смело приводи сюда своих знакомых, если тебе это потребуется, стол для вас хороший накроют за счет заведения. Кроме того, я закреплю за тобой машину. Если она потребуется, звоните в любое время дня и ночи, вот вам номер телефона. Машину сразу же к тебе направят.

- Спасибо, товарищ Берия. Но я всё же хотела спросить, а не проще было бы решить мне проблемы с этим Коромысловым, если работать официально. И вообще, вы не могли бы пояснить смысл всей этой суматохи вокруг меня. А, то, мне не совсем понятно к чему был весь этот утренний спектакль? - спросила Наталья.

- Вы правы, я должен вам объяснить, почему я так себя повел в аэропорту – сказал Берия. - Ситуация здесь, в Светлогорске, крайне не простая, но самое главная сложность в том, что я убежден в том, что в местном губернском управлении ОГПУ измена. Я местным работникам не доверяю. Вчера произошло не просто нападение врага. Это нечто большее, это было подлое предательство. Но у меня нет пока никаких доказательств. В любом случае доверять местным работникам я не могу.

Поэтому я и подумал, что было бы очень правильно, чтобы ты вела свою работу под прикрытием, не раскрывая своей принадлежности к ОГПУ Грузии. Информацию о тех людях, которые стали материалом для создания зверей-террористов здесь знаем только я и ты. Думаю, что так тебе будет легче найти путь к этому самому Коромыслову и его друзьям, зверям-террористам. Начинай прямо сегодня работать. Обойди всех людей из списка знакомых Коромыслова и зверей-террористов. Может быть, кто-то что-то знает. Может быть, всплывут какие-то детали, мимо которых прошло расследование. Короче, давай быстрее пообедаем и быстро вернемся к нашим делам. Надеюсь, у тебя пока нет новых вопросов ко мне.

- Пока нет. Но они обязательно возникнут со временем – ответила Наталья. – Раз так поставлен вопрос, раз такая спешка, то высадите меня после обеда на набережной возле порта. Отправлюсь, сегодня по старым адресам моих друзей детства, вполне возможно, действительно, кто-то из них и обладает нужной для нас информацией. И в этой ситуации искать Коромыслова под прикрытием мне будет точно легче.

- Хорошо. Договорились. А сейчас давайте отставим все наши разговоры в сторону и предадимся трапезе – сказал Берия. – Еще раз приятного аппетита.
****

Федор Коромыслов бродил несколько часов в полном одиночестве по заброшенной усадьбе. Постепенно к нему возвращалось способность трезво оценивать ситуацию. Коромыслов решил начать размышлять о том, что можно было сделать в сложившихся обстоятельствах ему для своего спасения. Но сколько бы Федор не пытался придумать самый фантастический план своего спасения и возвращение в ряды честных советских граждан, ничего придумать он не мог. По любому получалось, что положение его было абсолютно безнадежным. Даже на допросах в подвалах губернского управления ОГПУ, когда под давлением следователей, применявших изощренные психологические и физические пытки, Федор признался в самых страшных фантастических преступлениях, Коромыслов продолжал надеяться на благоприятный для себя исход всей этой странной истории. Хоть микроскопический, но шанс у него был. И потом вроде бы перед ним загорелся свет в конце туннеля.

Но это всё осталось в прошлом, сейчас никаких шансов у него не было. Федор прекрасно понимал, что слишком большая машина запущена государственными органами в действие на его уничтожение, слишком огромная, чтобы можно было бы как-то с ней совладать. Федор теперь стал живым воплощением зла, убийцей среди убийц, предателем среди предателей. Все люди в округе в едином порыве требовали уничтожить злейшего врага советской власти Федора Коромыслова, любым возможным способом. Такую машину сразу никто, даже самый влиятельный человек во всем СССР остановить не сможет. В любом случае должно пройти много времени, прежде чем о спасении и оправдании оболганного врагами советской власти чекиста вообще можно было начинать думать. Но никакого времени у Коромыслова не было в распоряжении. Жить и умирать он должен был прямо сейчас.

- Всё-таки эти предатели убили товарища Питера - подумал Федор. - А ведь тот был так осторожен и благоразумен - как показалось Федору при личной встрече. - Но не уберегся. Враги его смогли переиграть. И приходится признать, действительно у них всё пока получается просто прекрасно. Всё они смогли рассчитать правильно. Всё, вплоть до того, что у самого большого начальника появились большие претензии к Питеру, убили предатели, пусть большого чекиста, но не личного посланника Сталина. Так что сильно вникать в обстоятельства его гибели и чересчур глубоко копать прибывшей из Грузии команды приказа из Москвы не будет. Пристрелили человека допускавшего большие ошибки в своей работе и бог с ним.

Тем более есть явный виновник преступления. Беглый арестант, Федор Коромыслов. Зачем искать еще кого-то в такой ситуации? Зачем искать приключений там, где это совершенно делать не следует? Уничтожить Коромыслова и дело с концом!

Федор продолжал прогулку и голове у него проносились горькие мысли:

- Большие мастера эти Крылов и Шварц на сложные и предельно дерзкие операции, можно перед ними было снять фуражку. Такую бы энергию и хитроумие, да в пользу советской власти, цены бы этим людям не было, а так толку с их талантов нет никаких для страны, одни только убытки и предательство, Но, ничего. И на них найдется управа. Обязательно найдется. И пусть сегодня им удалось его использовать в своих целях, но завтра всё может измениться. Сейчас главное для него найти возможность выжить. А там всё еще может и измениться.

Так решил про себя Федор и решительно направился к флигелю.

У флигеля его встретил Шановный. Он подбежал к ногам Федора, присел на задние лапы и сказал:

- Мы тут с ребятами посоветовались. Надо нам всем уходить за кордон. Понятное дело, что охрана границы сейчас ведется в особом режиме. Но с учетом наших нынешних необычных возможностей эти все меры нас остановить не смогут. Ворон перенесет тебя через лесной массив ночью. Это будет для него несложно. А мы проберемся через лес. Не смогут пограничники проследить за сомом, да еще за псом с котом. И нечего тут даже и думать. Всё будет нормально. Да и с тобой всё будет так же хорошо. Оденем на тебя маскировочный костюм, в смысле обмотаем черными тряпками, и тебя ни один самый зоркий чекист, в ночном небе над лесом не разглядит. Так что опасаться нечего. С вещами и документами, как-нибудь разберемся уже там, на той стороне. Я повторяю, с нашими нынешними талантами мы там точно не пропадем. Да и ребята, Паныч со Служакой, уверены, что за кордоном всё у нас будет хорошо. Они там жили, обстановку знают хорошо, а также знают и многих деятелей белогвардейского движения. Так что всё нормально. Ты уж чересчур сильно не переживай.

- Спасибо, дорогой друг. Только вот я сейчас подумал, что уйти нам за кордон сейчас было бы не совсем правильно. Может нам не стоит сильно торопиться? Сам посуди. Уйдем мы туда, а клад здесь останется – начал говорить Федор. - Вот если бы взять клад, то тогда можно было бы с ним рвануть в края более цивилизованные, чем польские приграничные земли. Весь мир бы был перед нашими ногами. Хотим – поедим в Америку, а захотим – так в Австралию. И самое главное. Если мы сейчас здесь всё бросим так вот, эти парни с кладом, как только шумиха утихнет, испарятся, так, что нам найти их будет просто не реально. И пропал тогда клад фамильный навсегда.

- Это ты всё правильно говоришь. Но сейчас, когда за тобой идет такая охота, тебе выжить почти не возможно в наших краях. Насчет того, что клад может ускользнуть, ты прав. Но ты, если здесь останешься, ты точно труп. Это ты должен понимать – угрюмо произнес Шановный. - Здесь мы долго не продержимся, не сегодня, так завтра, всё равно сюда придут солдаты, и тогда ты будешь убит. Так что не играй в героизм. Переберемся за кордон, а за кладом присматривать, да и за тем, как будут, в дальнейшем развиваться события, сюда будет прилетать ворон наш время от времени. Может, и не упустим мы клад. Хотя, конечно, риск большой. Но мы все решили, что твое спасение важней.

- Спасибо, друг! Давайте, все же еще раз соберемся и всё хорошенько обсудим – сказал Федор.

- Хорошо. Давай сразу же зайдем в дом и начнем наш совет. Пора уже определится окончательно, что делать дальше – ответил Шановный.

Через пять минут все друзья собрались в старом флигеле и Федор начал говорить:

- Друзья! Шановный рассказал мне, что вы решили сегодня ночью перебраться за кордон, чем спасти меня от верной смерти. Спасибо вам! Я благодарен, но всё же думаю, что мы немного спешим. Нужно попытаться вернуть фамильный клад его законным владельцам. Если мы сейчас уйдем за кордон, клад будет с очень большой вероятностью потерян навсегда. Нельзя этого допустить. Я предлагаю следующее. Надо в первую очередь раздобыть мне другую одежду. Потом нам понадобиться свежий мужской труп.

- С чего это тебе вдруг труп понадобился? У тебя есть на примете тот, кого следует убить? Или первого попавшегося под руку человека пристукнешь? – спросил Нэпман.

- Не надо на меня смотреть такими страшными глазами – сразу же возмущенно сказал в ответ Федор. - Не собираюсь я никого убивать. И так и без нас тут убийц развелось огромное количество. Я о другом деле хотел сказать. Героически погибших чекистов уже, наверное, похоронили в братской могиле. Как стемнеет, можно будет туда, на городское кладбище смотаться ворону с Шановным. Ребята там были все примерно одной комплекции, так что берите любой труп.

- Без проблем. С этим делом мы легко справимся – заявил ворон.

- Хорошо. Пойдем дальше. Доставляете труп сюда. Здесь мы его переоденем в мою одежду. После этого нужно будет по телефону Нэпману сообщить из ближайшей большой деревни на пограничную заставу. Что по сведениям, полученным путем подслушивания разговора шпионов в кустах, враг народа Коромыслов сегодня ночью попытается в три часа перебраться со своими зверями-террористами через государственную границу за кордон на лодке, на участке границы сразу же железнодорожным мостом. Назвать себя невозможно, ибо кругом враги, никому нельзя верить. Дальше все просто. Какими-то кошками и собакой, которых следует заранее изловить, придется пожертвовать. Грузим тихо на берегу в утлую лодочку, лодочку, кстати, тоже где-то надо будет позаимствовать труп, одетый в мою форму, сажаем туда кота и собачку, и отправляем в путь через пограничную реку. Тащить лодку на тот берег придется Панычу.

Уверен в том, что по лодке начнут стрелять, будет ожесточенная стрельба. Надо будет продумать, как полностью обезопасить Паныча. Как только лодка достигнет середины реки, нужно будет её перевернуть, так чтобы труп свалился в воду. Положим ему что-то тяжелое в рюкзак, и он быстро и надежно опустится на дно. Вытащат труп не раньше, чем через трое суток. В любом случае за это время труп будет хорошо обглодан рыбой и раками, опознать его будет сложно. Что нам собственно и нужно. Если мой план вам понравился, давайте начнем его детальную проработку.

- Да, план у тебя получился неплохой. Если у нас всё пройдет гладко, напряжение ситуации быстро сойдет, и всё постепенно успокоится. И тогда действительно можно будет подумать и о том, чтобы вернуть себе фамильный клад. Я за план – сказал Паныч.

- Я тоже поддержу план Федора – сказал Шановный.

- А я воздержусь, хотя и я тоже за план – сказал Нэпман.

- Это хорошо, давайте теперь займемся детальной проработкой предстоящей операции. Времени у нас с вами в обрез – предложил Федор и с ним все опять согласились.
****

Берия остался, очень доволен прекрасным обедом. После обеда, как и просила молодая женщина, её высадили на набережной совсем недалеко от морского порта. Сам же Берия направился в губернское управление ОПУ. Как только он вошел в здание, так сразу же дежурные ему сообщили о том, что его ожидает срочная шифр телеграмма из Москвы в кабинете. Лаврентий бегом рванул в кабинет. Там его ожидал сотрудник особого отдела. Он под роспись вручил Берии шифр телеграмму и тот сразу же начал читать её текст.

Берии.

Получил информацию от Гогоберидзе. Дело становится чрезвычайно интересным. Как я вас и предупреждал. Нам необходимо с вами встретиться и лично обсудить ряд важных тем. Самолет за вами мы уже послали, так что вечером жду вас у себя в гостях. Временно оставите вместо себя возглавлять управления своего помощника по ОГПУ Грузии Коставу. Насколько я знаю, он вас сопровождает в этой командировке.
Сталин.

Берия нервно стал прохаживаться по кабинету. Сталин дал знать, что он внимательно следит за всем, что здесь происходит. Это было не совсем приятно осознавать, кто-то следил и за ним и отправлял в Москву информацию о его работе. Приглашение приехать в гости к Сталину было совершенно не ко времени. Берия еще не успел толком разобраться в ситуации, только стала вырисовываться какая-то общая картина, произошедших трагических событий, только он стал постепенно перехватывать в свои руки все нити контроля над ситуацией в городе и в управлении, и вдруг нужно всё бросить и уехать.

Но ехать всё равно необходимо, так что нужно было срочно подготовить приказ на своего помощника, да и просто собраться в дорогу. Дать все необходимые инструкции своему помощнику, да и всем руководителям управления. Берия попросил быстро собраться у себя в кабинете руководителей всех подразделений на совещание. Нужно было спешить. Самолет из Москвы должен был прилететь с минуты на минуту. И хотя Берия спешил, совещание прошло по-деловому, без лишних слов. Все необходимые документы Берия подписал во время совещания и все необходимые назначения произвел. В самом конце совещания раздался звонок телефона. Берия взял трубку в руки и услышал сообщение секретаря, что самолет из Москвы приземлился в аэропорту и ему нужно срочно выезжать из управления. В аэропорту его уже ждет самолет.


Глава 16


Наталья, попрощавшись со своим грозным руководителем на набережной, недалеко от входа в порт, отправилась по тем адресам, о которых говорилось в документах секретного института. Для начала, она решила посетить дом, в котором жил совсем недавно Федор Коромыслов, решив, что у жильцов дома должны были хорошо сохраниться в памяти подробности его совместного с ними проживания под одной крышей. И поэтому Наталья надеялась узнать какие-то новые, ранее не известные подробности о таинственном дрессировщике зверей-террористов.

Добравшись до места, она подошла к руководителю домкома с рассказом о том, что приехала в город для того чтобы разыскать свою престарелую бабушку, которая до революции проживала именно в этом доме. Домком, молодая светловолосая доброжелательная женщина небольшого роста, страдающая от лишнего веса, ничего не могла рассказать о том, кто жил в данном доме до революции. Постепенно женщины разговорились, и незаметно Наталья подвела разговор к судьбе Федора Коромыслова. Домком сразу же стала уверять свою гостью в том, что Федор был оклеветан. Женщина была абсолютно уверена в том, что Федор, человек законопослушный, надежный и честный. Он не мог стать предателем и убийцей. Это не могло быть правдой. Наталья внимательно выслушала молодую женщину и спросила у неё совета, как ей поступить в сложившейся ситуации. Домком предложила проводить её по квартирам. Наталья с радостью согласилась.

Работающая под прикрытием следователь вместе с домкомом обошла практически все квартиры в доме, познакомилась едва ли не со всеми жильцами. В ходе своих расспросов она старалась аккуратно узнавать от жильцов дома сведения о Коромыслове. Кроме всего прочего она обязательно хотела узнать, был ли Федор специалистом в области тренировки животных, да и вообще водились ли у него дома четвероногие питомцы. Соседи были уверены в том, что перед самым отъездом из дома у него появились два домашних животных – пес и кот. Он их взял с собой, когда отправился к новому месту службы.

Кроме этого ей удалось быстро выяснить, что практически никто из жильцов дома, которые лично знали Федора, так же как и домком, ни за что не хотели верить в то, что он мог совершить такие страшные преступления против советской власти, как рассказывали официальные источники. Мало того. Все, с кем Наталье удалось переговорить, были абсолютно уверены в невиновности Коромыслова. И в том, что он стал жертвой преступного заговора врагов советской власти.

Наталья была даже несколько удивлена такой реакцией жильцов дома. Обычно пропаганда может заставить людей быстро поменять свое мнение на противоположное мнение по отношении к любому человеку. Но, как оказалось, не в данном случае. Массовая истерия, организованная партийными органами, против Коромыслова, нисколько не воздействовала на тех людей, кто его хорошо лично знал. Этот момент очень обрадовал Наталью. Не могли люди, такие разные, так отличающиеся друг от друга и возрастом и полом и положением в обществе все разом так ошибаться насчет Коромыслова. Раз всё люди были убеждены в непричастности Федора к преступлению, совершенному в здании губернского управления ОГПУ, значит, сумел своим поведением, своей жизнью, этот молодой человек заработать серьезный авторитет у простых людей. Это о многом говорило.

Получалось, если Коромыслов не идейный враг, таившийся под маской милиционера, а всего лишь жертва обстоятельств, в душе хранящий верность советской власти, значит не всё потеряно в этом деле. Это было важным знанием. У Натальи теперь впервые с того момента, как самолет привез её в родной город, появилась робкая надежда на успешное выполнение обещания, данного товарищу Берия. Но расслабляться, и почивать на лаврах было некогда. Нужно было срочно отправляться по другим адресам.

А там всё было совсем иначе, чем в случае с Коромысловым. Можно сказать, гораздо хуже обстояли дела с другими субъектами расследования. В личных делах из секретного института были указаны адреса друзей Нэпмана и Шановного. Наталья быстро обошла всех указанных в документах людей. Она представилась им двоюродной сестрой Нэпмана, которую прислала на поиски племянника в Светлогорск её мама, тетя Александра. Друзья Нэпмана и Шановного все рассказывали Наталье примерно одну и ту же историю. По их словам Нэпман и Шановный исчезли несколько месяцев назад из города совершенно бесследно. Они ничего не знали о том, каким образом это могло произойти. Никто из их немногочисленных друзей и соседей, которых посетила Наталья, не мог даже предположить, куда могли деться эти некогда довольно известные в городе люди. Всё время были, а потом раз – и исчезли.

Как выяснила Наталья комнату, в которой много лет жил Шановный хозяйка дома сдала другому постояльцу. Никаких личных вещей Шановного найти не удалось, ибо новый жилец просто вышвырнул оставшиеся после прежнего жильца вещи на свалку. Соседи Шановного рассказывали о том, каким человеком был их старый знакомый мало. И не с очень большой охотой.

Шановный был не слишком общительным человеком, близких друзей у него в городе, кроме Нэпмана не было. Но при этом все отмечали, что у него была крепкая деловая хватка и масса знакомств в деловых кругах по всей губернии. В целом все опрошенные Натальей люди, его вспоминали добром. Никто обид на него не таил, поскольку человеком он был умным и грамотным, и охотно помогал в сложных ситуациях знакомым советом. И эта информация Наталью скорее порадовала, чем разочаровала. Адекватный человек, разумный, грамотный. Как бы он не изменилась в ходе ужасных преобразований личность Шановного, какая-то основа в любом случае должна была сохраниться и в зверином обличье. Завершив собирать материал по Шановному, Наталья отправилась к дому, где некогда жил Нэпман.

Добравшись до места, Наталья узнала о том, что дом, в котором жил Нэпман был почти сразу же после его исчезновения передан в ведение городских властей, и те сразу же разместили в нем общежитие для артистов драматического театра. И, как узнала Наталья, здесь никаких вещей от прошлого жильца найти не было возможности. Всё, что было в доме, новые жильцы спешно выкинули из дома на свалку. Соседи вспоминали Нэпмана неохотно. Он исчез и все опасались того, что он бежал за кордон, и теперь могло быть опасным показаться, в чьих бы то ни было глазах его хорошим товарищем. Так что Наталье пришлось отступить.

Дальше она отправилась в дом, где была раньше расположена контора предпринимателя. Контора Нэпмана тоже нашла себе нового хозяина, в ней разместился один из городских центров по работе с инвалидами. И здесь от прежних владельцев ничего ценного не сохранилось. Наталья пыталась узнать – сохранились ли какие-нибудь документы о работе Нэпмана. Но так ничего и не узнала. Расспросы среди предпринимателей показали, что Нэпмана в городе уважали, он пользовался славой талантливого организатора и смелого человека. В меру порядочного человека, который всегда отвечает по своим обязательствам. Эти сведения тоже в целом скорее обнадежили Наталью, чем расстроили.

Завершив первичный обход, и сделав для себя некоторые выводы, Наталья принялась за поиски своих старых знакомых по жизни в городе её детства. Ей обязательно нужно было бы получить помощь и информацию от тех людей, кто продолжал жить в городе и кто помнил её еще совсем маленькой девочкой. А таких людей здесь должно было оставаться, не мало. И всё это нужно было успеть сделать именно сегодня. Потому что на следующий день Наталья решала выехать в Варенцовку, чтобы там продолжить своё расследование.
****

Самолет прибыл в Москву через четыре часа после вылета с аэропорта Светлогорска. У трапа Берию встретил помощник Сталина, который без лишних слов пригласил главного грузинского чекиста занять место в автомобиле, который сразу же отправился в Кремль. Еще через час Берия уже стоял в приемной и ожидал вызова к Сталину. Ждать пришлось около тридцати минут. Наконец, вошел секретарь и пригласил Берию в кабинет. Когда он вошел в просторный кабинет, то увидел, что там кроме Сталина находился Артузов, ответственный сотрудник центрального аппарата ОГПУ, в основном занятый организацией разведывательной деятельности. Сталин пригласил Берию занять место за столом, напротив товарища Артузова. Сталин дождался, когда Берия расположился на стуле и начал говорить:

- Товарищ Берия, мы тут с товарищем Артузовым обсудили ситуацию сложившуюся вокруг таинственного происшествия в городе Светлогорске. И я невольно задал вопрос Артуру Христиановичу. Как так красиво получилось? Не успели вы, специальный мой представитель, приехать в город, как там сразу же погибает начальник губернского управления ОГПУ, который сам буквально на днях был назначен туда на работу. И кроме того исчезает особо ценный арестант. Чем всё это пахнет? Не отвечайте. Я отвечу сам. Всё это пахнет крупномасштабной изменой среди местных чекистов и партийно-советских руководителей города и всей губернии. Такое положение дел дальше терпеть невозможно.

Я не могу терять своих людей на радость нашим врагам в этом маленьком городке. Хотя к Питеру у меня были серьезные претензии по работе в последнее время, но у меня никогда не было сомнений в его честности и принципиальности. При всех своих недостатках это был мой человек. И вот его сейчас уже нет с нами. Тяжелая, невосполнимая утрата. Виновные в его смерти должны будут ответить за это черное преступление по всей строгости наших законов. Но сейчас не об этом.

Вы скоро вернетесь на место, в Светлогорск. Но возвращаться вы будете не один, с вами поедут люди из специальной группы, находящейся в подчинении товарища Артузова. Они обеспечат вам полную личную безопасность.

Берия сразу же постарался возразить:

- Товарищ Сталин. Я считаю, что такие меры не соответствуют реальной опасности, которая существует на самом деле. Пока, на мой взгляд, нет поводов для такого беспокойства. Как вы знаете, я привез с собой в Светлогорск несколько моих коллег по работе в ОГПУ Грузии. Они хорошо помогают мне в работе. Без них мне было бы значительно труднее разобраться в ситуации. Кроме того, мною приняты и другие меры по обеспечению безопасности.

Сталин, не дослушав Берию, сказал:

- И не надо мне возражать. Ваше мнение о том, что опасность преувеличена, я не хочу даже слышать. После смерти Питера я вообще не хочу слышать никаких героических заявлений о том, что мне нечего опасаться за жизнь моих людей. Вам всё понятно? Решение уже принято. И его мы не будем больше обсуждать.

- Всё понятно – ответил Берия.

- Хорошо. А теперь давайте продолжим нашу работу и обсудим еще один важный вопрос – Сталин устало провел ладонью по лицу и продолжил свою речь. - Получив ваше донесение о том, что из секретного института пропали помимо этих самых Нэпмана и Шановного еще целый ряд животных-террористов я поручил товарищу Артузову провести расследование. Рассказывайте, Артур Христианович.

Артузов кивнул головой и начал быстро свой доклад.

- Товарищ Сталин. По вашему поручению моим управлением была проведено тщательное расследование поступившей информации. В первую очередь мы занялись работой по тем зверям-террористам, документы которых исчезли из института. В ходе проведенных оперативных действий удалось выяснить, ряд скрытых до сей поры обстоятельств, так что теперь мы с очень высокой степенью достоверности можем утверждать, что звери-террористы сокол и кролик были созданы из бывших видных деятелей нашей организации, которые пошли по пути предательства интересов нашего социалистического отечества. Они были разоблачены работниками ОГПУ, а потом осуждены на расстрел, но потом было принято решение использовать этих вредителей для пользы науки.

Лицо Сталина стало красным от сдерживаемой ярости. Он, сохраняя внешнее спокойствие, вкрадчиво спросил:

- Кого вы имеете в виду, товарищ Артузов? Фамилии назовите!

- Товарищ Сталин. Речь идет об Андрее Косых и Василии Сокольском – ответил Артузов. – Эти два бывших руководителя управлений центрального аппарата ОГПУ послужили материалом для создания зверей-террористов.

- Проклятие! Эти сволочи при своей жизни стояли на нашем пути и теперь еще после смерти решили продолжить нам вредить. Особенно опасен был Косых. Мне докладывали, что он ни за что не хочет подписать признание в предательстве родины. Он не захотел пойти нам навстречу, он отказался разоружиться перед партией. Чекисты попросили тогда чтобы мы дали разрешение на применение мер физического устрашения.

Вот до чего этот враг довел наших чекистов своею глупой неуступчивостью. Пришлось с ним повозиться. И лишь после того, как с ним поработали наши товарищи из ОГПУ, Косых проявил свое подлинное лицо. Подписал признание в предательстве и проклял меня и советскую власть и поклялся вернуться из ада для того чтобы меня забрать с собой. Нам показалось, что этого самого Косых мало было просто расстрелять. И мы приняли решение отправить его в секретный институт, как опытный материал – зло произнес Сталин. - Сокольский тоже долго упирался, всё не хотел признавать свою измену, но правда восторжествовала. Он всё признал, все обвинения, подписал признание, и было решено заменить ему расстрел на отправку в виде опытного материала в секретный институт.


Так что враги это наши страшные. Никакой пощады нам от них ждать не следует. Их нужно срочно обнаружить и ликвидировать. Это важнейшее дело. И здесь есть предположение, что все звери пока находятся в районе города Светлогорска. И сейчас нужно принять ответственное решение. Либо использовать армейские подразделения для облавы на зверей-террористов, либо основное внимание уделить оперативной работе. Каково ваше мнение, товарищ Берия?

- Я думаю, что армейская операция нам в данной ситуации ничего не даст – уверенно и спокойно начал говорить Берия. - Как мы сможем опознать кролика или кота обычного от зверя-террориста? Внешне никак. Истребить всю живность в губернии наверно можно, но это вряд ли может гарантировать нам то, что среди погибших животных будут именно интересующие нас звери. Тут нужна намного более тонкая работа. Ключ к ситуации некий Федор Коромыслов. Он сумел найти общий язык со зверями-террористами котом и псом. Вполне возможно и остальные звери-террористы находятся где-то поблизости от этого человека. Коромыслов это главное направление нашей работы.

- Хорошо. Отправляйтесь назад. И помните. Я на вас надеюсь. Держите меня в курсе всех подробностей данного дела. Я верю в ваш успех – сказал Сталин.

- Спасибо, товарищ Сталин. Постараюсь вас не подвести – ответил Берия и покинул кабинет.
***

Служака и Шановный под покровом темноты пробрались на городское кладбище. Разыскать свежую братскую могилу им было совсем не трудно. Высокий холм сразу же бросался в глаза. Пес сразу же начал своими могучими лапами разгребать землю, так он быстро добрался до захоронения. Вытащив из него один из трупов, Шановный постарался, старательно работая лапами, как можно аккуратней скрыть следы совершенного подкопа. Получилось не совсем чисто, но в целом вполне удовлетворительно, так как могильный холм был густо покрыт венками и цветами, которыми и прикрыли место подкопа. Дождавшись момента, когда луна исчезнет за облаками, ворон подхватил лапами труп и взлетел с ним к небесам, и бесшумно понес его за пределы города. Шановный немедленно последовал вслед за вороном. Уже через пару часов они оба с добычей были уже в старой усадьбе. Федор сразу же понял, что звери похитили труп бывшего командира управления товарища Питера. От трупа густо несло запахами разложения.

Но тут уж было не до выбора, что принесли, то и хорошо. Федор вместе со зверями тут же приступил к реализации намеченного плана. Вся операция заняла от силы три часа. Нэпман по телефону предупредил пограничников о том, враг народа Федор Коромыслов и его дрессированные звери нынче утром совершат попытку переправиться в указанном месте через пограничную речку и скрыться за кордоном. Пограничники подняли заставу в ружье. В указанное Нэпманом время лодка с человеком на борту в военной форме и двумя животными действительно предприняла попытку переправиться на чужой, иностранный берег реки.

Пограничники были вынуждены открыть массированный огонь по лодке. В результате обстрела лодка была потоплена, перебежчик был застрелен и утонул посреди реки. Такая же судьба постигла и сопровождавших его животных. Начальник заставы сразу же с заставы позвонил в город и доложил о произошедших событиях. Из города сразу же была направлена следственная бригада, которая на месте попыталась определить, что произошло на самом деле. Попытки быстро выловить из холодной реки труп преступника к успеху не привели, глубина реки в этом месте не позволила подцепить труп баграми. Следователи вынуждены были, в конце концов, признать, что без приглашения специалистов из речной флотилии достать труп будет невозможно. Но тогда здесь нужно будет потерять несколько дней. Пока из флотилии сюда перебросят корабль со специалистами подводниками, пройдет не меньше трех, а то и четырех дней. В любом случае делать было нечего, труп нужно было доставать из реки и следователи все же вызвали специализированный корабль.
***

Берия прилетел в город утром. По дороге из аэропорта он выслушал доклад своего заместителя о произошедших ранним утром событиях на пограничной реке. Потом поинтересовался тем, что сейчас делает его хорошая знакомая, которую он просил послить в гостинице. Заместитель пояснил:
- Ваша знакомая, попросила нас организовать ей поездку в село Варенцовку сегодня. Сразу же после нашего возвращения на работу я дам распоряжение своему водителю отвезти её туда. И попрошу водителя, чтобы он проинформировал местное руководство о том, что это исключительно важный гость. Водитель сразу же заодно узнает, когда за вашей знакомой заехать, чтобы отвести назад в город.

Берия ответил:

- Большое спасибо за вашу заботу. Я вам благодарен за то, что вы так внимательно отнеслись к моей хорошей знакомой. Но при этом, я все же думаю, что это совершенно излишнее беспокойство. Отрывать водителя от работы, беспокоить лишний раз ответственных работников на местах. Это всё лишнее. Все хорошо в меру. И вообще. Давайте сейчас мы с вами заедем в гостиницу, и я переговорю с Натальей лично. Скажу ей, что нужно себя вести в рамках приличий.

- Дорогой товарищ Берия. Ваша знакомая никоим образом не нарушила приличий. Так что её не в чем упрекать – сказал заместитель.

- Хорошо. Но в любом случае я сейчас зайду к ней в номер гостиницы и переговорю. И в любом случае на государственной машине она по своим личным делам в деревню не поедет. И закончим на этом обсуждение данного вопроса – строго сказал Берия.

- Как скажите, товарищ Берия – сразу же согласился заместитель.

Через несколько минут машина притормозила перед центральной гостиницей. Берия вышел из машины и быстро поднялся в номер к Наталье. Она уже давно была готова отправиться в путь. Аккуратный чемоданчик был собран и стоял у её ног. Берия знаком показал Наталье, что им лучше выйти из номера во двор. Во дворе он тихо рассказал Наталье о том, что ему доложили сразу же после приезда и о том, что ему стало известно ему здесь, после того как он побывал на совещании у Сталина. Берия рассказала о том, что была попытка зверей-террористов покинуть территорию РСФСР. Во время прорыва через границу был убит по предварительным данным и сам Федор Коромыслов и его верные друзья, кот и пес. Лодка, на которой плыли диверсанты, была потоплена огнем пулеметов и ружей пограничников.

Наталья, внимательно выслушала рассказ Берии и немного поразмыслив, сказала:

- Похоже на то, что господин товарищ Коромыслов попытался инсценировать свою гибель. Но он не знает, что нам известно то, что рядом с ним вполне могут оказаться, помимо пса и кота и еще ряд животных, обладающих выдающимися способностями. В данном конкретном случае вполне мог оказаться рядом с лодкой господин сом, который и тащил её. И в этом случае, в лодке мог, находиться просто давно холодный труп, который пытаются выдать за господина товарища Коромыслова.

- С тобой я здесь полностью согласен. Но какой со всего этого следует сделать вывод? – спросил Берия, внимательно глядя на Наталью.

- Вывод из всего этого напрашивается сам собой. Раз эти ребята инсценировали смерть Коромыслова, значит, они планируют пока остаться на территории СССР. При их способностях перейти границу не составляет никаких проблем. Им не нужно было бы тут что-то сложное придумывать, если бы они решили бы уйти за кордон. Значит. Что-то их тут задерживает. Что-то очень важное. Если мы поймем, что их удерживает, мы сильно продвинемся в расследовании. И еще. Я уверена в том, что они где-то рядом с Варенцовкой базируются. Вот, что я думаю – сказала Наталья.

- Всё верно ты говоришь, товарищ Наталья. С тобой я во всем согласен. А теперь слушай меня. Я решил, что официально будет установлен факт, что предатель Коромыслов погиб при попытке уйти за кордон, а вместе с ним погибли и его животные-террористы. Режим особого положения мы снимем. Поезжай своим ходом в Варенцовку. Не надо тебе ехать в деревню на машине ОГПУ. Враг, решив, что его план удался, должен расслабиться и возможно он допустит ошибку. И тут ты себя должна проявить. Так что не зевай там. О твоей работе пока буду знать только я один. Так что в помощь я тебе никого дать сейчас не смогу – сказал Берия.



Глава 17


Вечером Федор вместе со своими друзьями собрался ужинать при свечах во флигеле в заброшенной помещичьей усадьбе. Ужин должен был получиться исключительно богатым. Федор под руководством Шановного приготовил несколько изысканных блюд, из тех коими некогда питался нынешний пес, в своей бывшей сановной жизни. Готовилось торжество неспроста. Должны были стать в ближайшее время известны результаты предпринятой друзьями операции. Все теперь с нетерпением ждали возвращения Служаки, который отправился в город узнать новости о том, что там происходит.

Наконец, Служака вернулся. Он медленно вошел в помещение и важным голосом сказал:

- Полная победа. Было заседание в здании Губернского управления ОГПУ. Выступил сам новый начальник, прибывший из Грузии, и доложил, что враг народа Федор Коромыслов сегодня утром при попытке пересечь государственную границу был застрелен пограничниками, все кто его сопровождал, так же нашли свою погибель. Так что режим чрезвычайного положения в районе с этого дня отменяется. Поиски врага народа Коромыслова прекращаются в связи с его гибелью. Все стали ему аплодировать. А он сказал, что всех врагов советской власти ждет такая же неминуемая кара, как этого предателя и убийцу Коромыслова.

- Так и сказал? – спросил удивленный Федор. – Как ты это мог узнать? Ты же не мог быть в зале заседания.

- Твоё недоверие больно ранит мою пернатую душу. Я слышал этого грузинского чекиста чуть хуже, чем слышу тебя сейчас. В зале заседания Губернского управления ОГПУ было так жарко, от той массы людей, что пришли на это заседание. Так что форточки на окнах открыли. Я сел на карниз одного из окон и мне было прекрасно всё слышно - ответил ворон.

- Получается, мы смогли всех обмануть. Мы их всех обманули! Ура! – радостно воскликнул Федор.

Все звери в один голос радостно закричали - ура! После чего началась трапеза. Настроение у зверей поднялось. Они в тот вечер хорошо выпили водки и сладких вин, с удовольствием поели изысканных блюд. Потом стали петь старинные романсы. Оказалось, что Федор прекрасно играет на гитаре. Узнать это удалось потому, что Паныч вспомнил о том, что во флигеле, в чулане хранилась с незапамятных времен старинная гитара, на которой играл еще их дядя. Нэпман быстро слазил в чулан и там обнаружил старинную гитару. Она оказалась на диво в прекрасном состоянии. Федор настроил её и после того по заброшенному имению помещика Васильцева стали разливаться звуки задушевных песен иных времен.

После долгого вечера несказанно счастливые друзья отправились отдыхать.
***

Наталья, попрощавшись со своим шефом, поднялась к себе в номер. Оттуда она сразу же позвонила в ОГПУ. Не смотря на прямой запрет на использование машины ОГПУ, со стороны Берии, Наталья для себя приняла решение в данном случае нарушить запрет своего руководителя. У неё было свое виденье ситуации, и поэтому она позвонила в губернское управление ОГПУ, пока Берия еще не приехал туда.

Телефон взял дежурный, Наталья представилась, как близкая знакомая товарища Берии и попросила её соединить с самым главным местным чекистом. Через несколько секунд в телефонной трубке раздался голос:

- Крылов слушает.

- Товарищ Крылов, надеюсь, вы знаете, кто я – спросила Наталья.

- Да. Я знаю. Что вам нужно от меня? – спросил Крылов.

- Я хотела взять машину у вас для поездки по району, по местам моего детства. Но мой друг после приезда с Москвы, вы понимаете, о ком я говорю, словно сам не свой. Это обязательно со временем пройдет. Такое с ним всегда происходит после возвращения из Москвы. Сами знаете, как тяжело бывает иногда в Москве. Так вот. Сейчас мне мой друг запретил взять машину из управления для поездки по району. А я так хотела именно сегодня проехать по местам моего детства. Не могли ли вы помочь решить этот вопрос. Должны же быть в городе свободные машины помимо автомобиля товарища Берии – попросила Наталья.

- А куда вы хотели сегодня поехать? – спросил Крылов.

- Да в Варенцовку. Там в детстве я часто гостила у своей тетки – сказала Наталья.

- Варенцовка далеко – сказал задумчиво Крылов. – Но так и быть. Я вам помогу решить ваш вопрос. Вот смотрите. Сейчас у нас будет совещание, так что моя машина мне пока точно не понадобится. И значит, сейчас мой водитель, буквально уже через десять минут подъедет к вам во двор гостиницы. А после совещания я как-нибудь разберусь, с машиной. Да и совещание будет идти пока неизвестное количество часов, так что вполне может быть, что водитель успеет вернуться обратно до его завершения.

- Огромное спасибо. Я верила, что вы мне поможете – сказала Наталья воркующим голосом.

- Я рад помочь нашей землячке, хорошему другу нашего замечательного начальника, товарища Берии – ответил Крылов и положил трубку.

Лицо Крылова помрачнело. Он весь сразу как-то почернел. Пару секунд Крылов помедлил возле телефона, словно пытаясь осмыслить только что завершившийся телефонный разговор. Потом он быстрым шагом направился в гараж. Зайдя в гараж, Крылов отозвал в сторону своего водителя и сказал ему тихим голосом:

- Анатольевич. Надо съездить будет в Варенцовку с одной дамой. Ты у меня человек опытный. Приглядись к этой женщине. Внимательно присмотрись. Чует мое сердце женщина она непростая. Не торопись возвращаться из Варенцовки до тех пор, пока всё не узнаешь о том, что ей в этой деревне нужно на самом деле.

Водитель, высокий массивный рыжеволосый гигант, внимательно посмотрел на своего командира и ответил:

- Присмотрюсь и постараюсь на месте всё разузнать. Даму сейчас мне в гостинице забрать или как?

- В гостинице – ответил Крылов быстро и с некоторым удивлением при этом отметил про себя, что водитель сразу сумел догадаться о ком идет речь, без всякого на то прямого указания. – Действительно, голова у парня работает – подумал Крылов.

- Хорошо. Я поехал – ответил водитель.

Как и обещал Крылов, машина въехала во двор гостиницы примерно через десять минут после завершения телефонного разговора. Водитель сразу же узнал Наталью. Он встретил её с самой доброжелательной улыбкой на лице, какую он был только способен изобразить на своем лице.

Водитель помог положить чемодан молодой женщины в багажник. Всю дорогу до Варенцовки мужчина докучал Наталье расспросами. Водитель был местным жителем, так что вскоре они нашли общих знакомых. В конце концов, Анатольевич вспомнил родителей Натальи, а позднее припомнил и саму Наталью.

Когда машина добралась до места, водитель помог снова и вытащить чемодан. Потом, несмотря на протесты Натальи, водитель остался с ней до тех пор, пока она не встретилась с председателем сельсовета, от которого узнала страшную новость. Жителей деревни почти всех убили, и часть домов сожгли бандиты, что пришли из-за кордона не так давно. Наталья горько сетовала, что не привелось ей повидаться со своей теткой и посетить её дом. Она постояла у одного из пепелищ с печальным выражением на лице. Потом вернулась к дому председателя сельсовета и спросила о том, нет ли в деревне свободного жилья, в котором можно было пожить несколько дней.

- Пустует пока только дом бывшего оперуполномоченного ОГПУ Коромыслова. Но зачем вам жить в совершенно пустом доме одной? Лучше остановитесь у Петровых, у них тоже хороший дом. Они будут рады гостье. А если вы им еще и заплатите хоть какую-то сумму денег, вас они станут кормить завтраком, обедом и ужином – предложил председатель сельсовета.

- Не хочу никого зря беспокоить. Я буду жить пока в доме Коромыслова. А там будет видно – сказала Наталья. На том и договорились. Водитель шепотом разъяснил председателю сельсовета, что молодая женщина является не простым гостем. И председатель сам привел молодую женщину к дому Коромыслова. Здесь Наталья сказала, что будет отдыхать. И водитель спросил у неё, когда вернутся.

Наталья задумалась, а потом ответила:

- Я дам знать, когда за мною нужно будет приехать. Пока точно не знаю, сколь долго здесь задержусь.

Водитель попрощался со своей пассажиркой, а потом еще некоторое время поговорил с председателем сельсовета, и лишь затем поехал обратно в город.

Как только водитель вернулся в свой гараж, его сразу же предупредили, что его ждет в своем кабинете Крылов. Водитель отправился в кабинет к своему начальнику. Когда он вошел в кабинет Крылов разговаривал со своими подчиненными об итогах сегодняшнего совещания. Заметив водителя, Крылов извинился перед своими подчиненными и сказал, что ему нужно будет сейчас отъехать из управления на некоторое время. Но он скоро вернется, и тогда они завершат свой разговор.

Уже через десять минут машина Крылова ехала по центральной улице города.

- Что тебе сегодня удалось узнать об этой женщине? – спросил Крылов.

- Сразу отвечу – ответил водитель. – Вы были правы. Женщина она не простая. Я узнал её. Она действительно родилась в нашем городе. Я хорошо знал её родителей. Часто был у них в гостях, на девочку я внимания никакого не обращал тогда, она была совсем малышкой. Но главное не это. Сейчас уже точно не вспомню, но несколько лет назад мне кто-то рассказывал, что был в Грузии и там видел эту самую Наталью. И работала она там не учителем, а сотрудником ОГПУ Грузии. Я это точно помню. Да и во время нашей сегодняшней поездки было заметно, что женщина работает в нашей структуре. По поведению, по рукам её, по всему видно. Чекистка она. Только вот одно не понятно. Почему это она так себя зашифровала? И непонятно зачем она отправилась в эту самую Варенцовку? Что ей там нужно?

- Где она там остановилась? У кого? И еще. У неё там действительно жила тетка или нет? – спросил Крылов.

- Остановилась Наталья в доме недавно убиенного оперуполномоченного Коромыслова. Захотелось ей пожить одной в пустом доме. А тетки у неё в Варенцовке никогда не было. Это я точно знаю. Семью их я помню хорошо. Не было у них никаких родственников в деревнях. Соответственно не могла Наталья в детстве ездить к тетке в деревню. Странно всё это. Но, не смотря на всё это, девушка пыталась придерживаться своей версии. Разыграла передо мною спектакль Наталья, мол, теткин дом враги сожгли. Сделала вид, что переживает о якобы загубленной бандитами тетке, слезу пустила. Дело тут явно нечистое. Короче думай, дорогой товарищ Крылов, эта женщина сплошная загадка – подытожил свой рассказ водитель.

- Да уж. Есть мне над чем подумать – ответил хмуро Крылов.
***

Оставшись одна, Наталья сначала убедилась в том, что водитель, наконец, покинул деревню, а потом отправилась знакомиться с местными жителями. Селяне встретили молодую женщину насторожено поначалу, но после рассказов Натальи о том, что она приехала из дальних краев проведать своих родных и близких, а их никого уже и в живых не осталось, люди прониклись к гостье сочувствия и перестали её чураться.

В очень короткий срок Наталья определила самых перспективных для разработки людей. Она напросилась в гости к одному старику, который давно жил в этих местах и знал женщину, которую выбрала на роль своей тетки Наталья. С собой она принесла большую бутыль самогона. Быстро накрыли стол, и начался ужин. Старик жил вместе с сыном и его семьей. Они совсем недавно перебрались сюда на жительство, до этого жили эти люди в деревне на другой стороне реки.

Хорошо выпив самогона, старик начал свой рассказ о кладе старого помещика, о злодейском убийстве старого помещика и членов его семьи, о страшной мести сыновей старого помещика жителям деревни. Завершил свой рассказ старец следующей ужасной историей:

- В этом доме раньше жила моя двоюродная сестра. Жили они очень хорошо. Всё у них было. Потом напали бандиты. Всех поубивали, только одна моя сестра и осталась цела. Толи бандиты её не смогли углядеть, толи что иное – не знаю. Так вот. Привезли её к нам в деревню. В больницу определили. А через какое-то время приехал за ней какой-то начальник из ОГПУ и забрал куда-то с собой. С тех пор мы нашу тетку больше и не видели. А потом рассказали, что тут недалеко отсюда в болоте утопленницу нашли, говорят, была она похожа на Марью Ивановну. Такие жуткие дела. Утопил ее, значит, этот самый человек, что забрал её. Дело темное. Но давайте никому о том не рассказывайте.

Вскоре дед стал совсем клевать носом и Наталья, попрощавшись с гостеприимными хозяевами, пошла в бывший дом Федора Коромыслова, ночевать. Спать она легла в кровати, на которой совсем недавно спал Федор. Перед сном Наталья попыталась проанализировать все события сегодняшнего дня.

Она, как опытный следователь сразу же заподозрила измену в рядах руководителей местного губернского управления ОГПУ. Ей было ясно, что трагедия, произошедшая перед самым их приездом сюда, была делом рук самих чекистов, во всяком случае, кто-то из местного руководства был точно соучастником этих преступлений.

Поэтому Наталья и позвонила в ОГПУ в тот момент, когда Берия со своими людьми отсутствовал в здании, и попросила соединить её с самым большим местным начальником. Так ей сразу же удалось выйти на того человека, которого считают в управлении самым главным местным чекистом. Он сразу же стал для Натальи самым главным подозреваемым. Неформальный лидер, который пользуется непререкаемым авторитетом у местных кадров.

И товарищ Карпов не подвел ожиданий Натальи. Он, не смотря на то, что было прямое запрещение давать машину ей Берией, о котором она сообщила, принял решение, не смотря на это отдать молодой женщине свой личный автомобиль для поездки в Варенцовку.

Это был фактически прямой вызов своему непосредственному начальнику. С одной стороны. А с другой стороны – это была явная попытка взять сразу же под свой контроль деятельность Натальи. Водитель явно является исключительно доверенным человеком для главного местного чекиста. Похоже, этот мудрый человек смог понять, что Наталья вовсе не тот человек за кого пытается себя выдать. У него не должно было остаться никаких сомнений в том, что Наталья приехала в Варенцовку с каким-то особо важным заданием, порученным ей её руководителем, то есть Берией. Теперь весь этот рой шершней гарантированно взбесится и попытается закусать её насмерть.

Они попытаются применить к Наталье активные методы борьбы. Её им будет нужно не просто убрать с дороги. Её нужно будет врагам обязательно захватить и допросить. Врагам страшно хочется всё узнать о том, с каким заданием она приехала в Варенцовку. Наталья всё это прекрасно понимала. Она понимала, что пошла на смертельный риск. Она понимала, что запрет брать машину Берия сделал вовсе не из желания насолить своей сотруднице. Он тоже понимал, уровень опасности. Но она ничего не боялась. Она не просто осознанно шла на этот риск.

Наоборот. Весь её замысел и был в том, чтобы заставить врага реагировать на неё. И вроде у неё пока всё складывалось успешно. Теперь после того, как ей стала известна информация о том, что существует в истории вокруг деревни Варенцовка тема какого-то невероятно богатого клада, многое стало на свои места в её рассуждениях. И неожиданное убийство всех жителей деревни, и утопление единственной свидетельницы нападения на село бандитов неизвестным чекистом. Всё находило себе объяснение. Гибель целого ряда местных чекистов так же становилась вполне оправданной в этой ситуации.

Постепенно всё прояснялось. Молодая женщина внезапно подумала о том, что сегодня ночью она поспит еще спокойно, а вот с завтрашнего дня ей явно придется вступить в жесточайшую битву за выживание. С этой мыслью Наталья уснула.
***

Вечером Берии доложил секретарь о том, что его хорошая знакомая позвонила в губернское управление ОГПУ и попросила машину для поездки в село Варенцовку. К телефону пригласили Крылова главного оперуполномоченного, и тот отдал молодой женщине свой личный служебный автомобиль для поездки. Берия на некоторое время, узнав об этом факте задумался. Потом он, усмехнувшись, он попросил секретаря пригласить к себе в кабинет Крылова. Через пару минут в кабинет вошел главный оперуполномоченный. Берия встал из-за большого стола, вышел к нему навстречу и, пожимая руку, спросил:

— Как самочувствие, товарищ Крылов?

— Отличное самочувствие, здоров, как бык — бодро отвечает он.

— Прекрасно! Значит, можно браться за новую работу. Работа эта возможно не очень трудная, не очень интересная, но главное — очень важная лично для меня – сказал Берия.

— Я как пионер — всегда готов! – бодро ответил Крылов.

Худое, усталое лицо начальника на мгновение смягчает улыбка.

— Сядем сюда, — он указывает на кожаный диван у стены. — Слушайте меня внимательно. Вы знаете, у меня есть хороший друг, женщина. Она приехала сюда вместе со мною. Я ей запретил уезжать из города. Но она поступила опрометчиво и отправилась в какую-то там деревню. Хочу поручить вам, присмотреть за моей знакомой. Первоочередная задача для вас — обеспечить надежную защиту для Натальи.

- Почему вы это мне поручаете? – спросил удивленный Крылов.

- Раз поддались её просьбам и дали ей машину, будьте любезны обеспечьте ей надежную защиту. В этой деревне, куда она уехала, недавно всех жителей убили, там очень опасно. Если с Натальей что-то произойдет нехорошее, я с вас лично спрошу. И так спрошу, как спрашивает коммунист с коммуниста. Жестко, но справедливо. Так что я вас предупредил. Когда Наталья спокойно вернется в свой гостиничный номер, только тогда возьметесь за другие дела. Только тогда!


Вы освобождаетесь от иной работы с единственной целью: быть в курсе всех событий, связанных с Натальей и её безопасностью. Для вас, конечно, не новость, что в некоторых капиталистических странах настолько ослеплены ненавистью к Советскому Союзу, и лично ко мне, что готовы пойти на любое преступление, чтобы навредить мне, как верному сыну нашей партии и нашего советского народа. Больше того, я убежден, что враги могут попытаться совершить новую вылазку с целью навредить нам и захватить товарища Наталью в свои кровавые руки. Этого нельзя ни в коем случае допустить. Людей у нас немного, но дело нужно сделать. Всё должно пройти без сучка, без задоринки. Я верю в вашу способность работать хорошо.

Берия замолк на минуту, словно взвешивая все сказанное им. Молчал и Крылов.

— Сегодня уже ничего делать не нужно, поздно уже. А вот завтра после планерки отправитесь в Варенцовку и там наблюдайте за Натальей, но так чтобы её зря не беспокоить, то есть соблюдайте дистанцию. Не зачем ей знать о вашем прибытии в деревню — продолжает начальник. — Поедете со своим водителем, поживете среди простых сельских тружеников, заодно поближе познакомитесь с их сегодняшним бытом, нравами. Это очень важное дело. Главное — смычка. Народа и органов. В этом наша сила.

— В качестве кого я поеду в Варенцовку и когда должен возвратиться назад? – спросил Крылов страшно недовольный предложенной ему миссией.

— Что значит в качестве кого? В своем собственном качестве, главного оперуполномоченного. А когда и как вернетесь домой, в этом вы разберетесь сами на месте. Когда вернется Наталья, так и вы вернетесь. Что еще вам не понятно? – спросил, начиная раздражаться Берия.

Крылов встал и, глядя исподлобья разъяренным взглядом на своего начальника, сказал:

- Мне всё понятно. Но не могли бы вы эту почетную работу поручить кому-нибудь другому? У меня много работы по основной моей деятельности.

- Нет. Эту работу сделаете вы. Только на вас тут вся надежда. Рад, что вы это понимаете. На этом и завершим наш разговор. Всего доброго – сказал спокойно Берия.

Крылов молча встал, кивнул на прощание головой, и вышел из кабинета, чернея тучи.

Поработав еще примерно полчаса, Берия решил, что на сегодня хватит, и отправился на ужин в грузинский ресторан вместе со своими земляками. Здесь они пили вино, ели чахохбили, и вообще проводили хорошо время. Берия сразу же объяснил своим людям, что им будет нужно сделать. Этой ночью нужно будет выехать группе грузинских чекистов на помощь к Наталье в деревню Варенцовку. Времени терять было нельзя.

Лаврентий объяснил своим людям, что, по всей видимости, этот самый главный оперуполномоченный Крылов, как это смогла определить женщина следователь, был одним из врагов советской власти в местных чекистских рядах и стоял за многими преступлениями, совершенными в последнее время в городе и окрестностях. И поэтому она и обратилась к нему за помощью и тем самым фактически раскрыла себя. Враг тем самым был спровоцирован на принятие решений в условиях дефицита времени. И Крылов ошибся. Он поступил опрометчиво и тем самым полностью себе разоблачил. Но этого он еще полностью не осознал. Но скоро может и понять всю обреченность своего положения. И тогда он станет смертельно опасным, для всех кто окажется у него на пути. Но пока еще есть немного времени. Этот опытный и дерзкий человек будет до последней возможности держать себя в руках. И пытаться выкрутится. Но на этот раз ничего у него не получится.

Друзья выпили еще вина за успех, и отправились дальше, каждый по своим делам.


Глава 18


Крылов прямиком из кабинета Берии стремительной походкой отправился к своему товарищу, начальнику следственной части Шварцу. Шварц, в тот момент, когда его увидел Крылов спокойно сидел в кабинете за своим столом и просматривал материалы допросов. Крылов резко сказал:

- Выйди, товарищ Шварц, нам надо срочно переговорить по одному важному вопросу. Время не терпит.

- Что за спешка? Случилось что-то? – спросил встревоженный внезапным посещением своего товарища Шварц.

- Ничего не случилось. Просто, ты мне нужен. Хочу тебе показать, один занятный документ, он у меня в кабинете на столе сейчас лежит, мне нужна будет по нему твоя консультация – ответил Крылов, понимая, что вполне возможно их кто-то здесь может и подслушивать.

- А принести сам его суда ты не мог? – спросил понимающе Шварц. – Принес бы документы сюда, ко мне в кабинет и тогда не нужно было бы мне отрываться от работы. Здесь бы его мы с тобой и разобрали.

- Нет, не мог. Что зря спорить? Да ты и обленился совсем. Совсем двигаться желание потерял – ответил зло Крылов. – Вставай, пойдем, пройдемся, а то скоро в двери пролазить не сможешь. Придется тебя тогда со службы уволить.

- Ладно. Пойдем, глянем, что за документ такой ты мне хочешь показать – сказал Шварц и тяжело вздохнув, встал со стула и направился к дверям. – Но ты помни мою доброту.

- Хорошо. Я тебе придет время, всё припомню – ответил с притворным смехом Крылов. – Дай только срок.

Через пять минут два чекиста уже сидели на скамейке среди деревьев в небольшом леске возле здания управления. Крылов рассказал своему товарищу о том, что он сегодня утром отдал свою служебную машину Наталье, знакомой Берии, которая внезапно захотела посетить Варенцовку. Потом Крылов пересказал разговор со своим водителем, который отвозил Наталью в деревню и опознал в женщине агента ОГПУ по Грузии. Так же водитель сообщил Крылову о том, что никаких родственников у женщины, уроженки города Светлогорска, родителей которой он лично знал, в этой деревне раньше не было. А в довершении всех событий сегодняшнего дня его вызвал к себе Берия и поручил заняться прикрытием деятельности этой женщины агента в Варенцовке.

- И что ты думаешь, обо всем, об этом? – спросил, пораженный всем услышанным Шварц.

- Думаю, что пришел нам с тобой конец, мой дорогой друг. Пропали мы с тобой, как швед под Полтавой. Всё смог этот грузин разнюхать. Как он это сделал, ума не приложу. Но факт остается фактом. Взяли эти ищейки горские наш след и теперь идут по нему. И нам от этих зверей никак не спастись теперь. Бежать нам нужно пока не стало совсем поздно – сказал устало и обреченно Крылов.

Лицо Шварца стало бледным, как стена и он сказал:

- Да уж. Обрадовал ты меня, друг ты мой Володя. Похоже, что прав ты. Всё выглядит так, что действительно взяли эти зловредные дети гор наш след. Тут мы ничего поделать уже не можем. Раз взяли след, то будут по нему идти. Но все же я тебя Володя не узнаю. Тебя всегда отличала от всех прочих известных мне людей особая дерзость и отчаянная смелость. Смелость города берет это про тебя сказано. И что же сейчас я вижу? А теперь я вижу, что ты, похоже, совсем мужества лишился. Что с тобой произошло? Неужели подавил тебя своей силой и железной волей этот горец? Берия, конечно авторитет, я не спорю. Берия это страшный человек! Настоящий зверь! Но, Володя, ты не забывай о том, что и мы с тобой не пальцем деланные мужики. Что нам с тобой его бояться? Какой в этом смысл?

- Я не боюсь Берии – зло ответил сквозь зубы Крылов.

- Володя, ты меня пойми. Нас никто не помилует. Ты это знаешь. Нас за наши подвиги живыми опустят в ад, если мы сейчас проиграем. Это ужасно, но не это самое главное для нас с тобой сейчас. Главное, что мы с тобой Володя не скоты, которых можно пускать под нож по прихоти других людей. И никогда таким скотами бессловесными не станем. Мы с тобой хозяева жизни. Мы победители. И с этим мы и идем по жизни. Нас так просто на расстрельный полигон не загонишь. Мы не сдадимся, и дадим бой. И если у нас будет хоть один шанс на миллион – мы его используем и снова победим – сказал тихо, но уверенно Шварц.

- Ты прав, брат – сказал немного пристыженный Крылов. – Мы просто так не сдадимся. Мы дадим бой.

- Так что ты на самом деле думаешь об этом деле? – спросил Шварц. – Только отвечай не сразу. Подумай немного. Что делать будем? Бежать?

- Я думаю, что бежать пока мы не станем. Потому что подавится нами наш гордый джигит. Мы ему поперек горла встанем – ответил зло Крылов.

- Я тоже так думаю – согласился с товарищем Шварц. – Уверен, что горец нас не сможет одолеть. Если мы, конечно, не поддадимся его силе и хитрости.

- Как думаешь, по телефону голос сильно меняется? – спросил, неожиданно переводя разговор на другую тему Крылов.

- Не понял. Зачем тебе это нужно знать? – удивился Шварц.

- Что тут не понятного? Я разговаривал утром с агентом Берии по телефону, если я выйду на неё теперь в Варенцовке под иным обличием, сможет она меня по голосу опознать? Как думаешь? – продолжил задавать вопросы Крылов.

- А я откуда это могу знать? Что ты ко мне пристал с таким дурацким вопросом? – резко ответил Шварц, но потом задумался и продолжил говорить уже в другом тоне. - Но идея мне нравится твоя. Узнаю вновь твою натуру. Хорошо придумал. Возьми на абордаж эту горскую подружку. Если товарищ Берия не брезгует, то значит, есть смысл в том, что бы и нам использовать. Надо будет тебе обязательно попробовать вступить в связь с этим агентом. Поделишься потом впечатлениями.

- Хорошо. Ответь мне, как опытный ловелас. Как к ней мне подобраться? Нет ли у тебя идей каких, по этому поводу? – спросил Крылов.

- Так сразу вроде ничего нам и не приходит. Хотя, подожди. Ну, конечно. Есть тут у меня поп один бывший. Взяли мы его во время облавы вчера, ну и сам понимаешь, сидит он сейчас у меня. Поп этот, как раз уроженец села Варенцовка. Отец Василий Кондратьев. По документам мы проверили. Всё точно. Родился в Варенцовке, а потом уехал вместе с семьей в соседнюю губернию. Мы проверили - никаких родственников у него в селе не осталось. Никто его и не помнит там, а если кто и помнит из стариков, то опознать точно не сможет. Так что вот тебе и вариант – сказал, хитро улыбаясь, Шварц.

- Что вы планируете с этим попом сделать? – поинтересовался Крылов.

- Имеешь в виду с бывшим попом? – переспросил Шварц.

- Ты мне тут малыша неразумного из себя передо мною не разыгрывай. Конечно, с бывшим попом – вспылил резко Крылов.

- Тише. Не ори ты так громко. Планирую завтра попа бывшего отпустить, личность его подтвердилась, преступлений он не совершал, так что может продолжить свой путь к могилам предков в деревню Воронцовка совершенно спокойно. Если у вас утром будет время, то тогда можете доброго человека довезти до Варенцовки. Вы ведь туда направляетесь? Извинимся перед гражданином за то, что пришлось ему томиться в застенке и предложим в знак небольшой компенсации отвезти его на автомобиле до его родной деревни – сказал с блаженной улыбкой на устах Шварц.

- И что дальше? - спросил настороженно Крылов.

- Что дальше? – переспросил Шварц. – А дальше может много чего быть. Ты же вроде у нас в семинарии обучался.

- Ну и что? Многие люди в семинарии обучались. Даже вон товарищ Сталин в семинарии обучался. И что с того? – спросил немного озадаченный Крылов. – Подожди. Сколько лет этому бывшему попу? Он не древний старец случаем?

- Нет. Лет ему столько же, сколько и тебе. Да и внешне вы чем-то с ним схожи – ответил Шварц.

- Вот тебе и древний старец – сказал, вмиг посерьезнев, Крылов. – Все документы ты ему сам подготовишь для освобождения?

- Конечно. Собственно этим я и занимался, когда ты меня от работы отвлек – пояснил Шварц.

- Я теперь понимаю, к чему ты клонишь. Надо нам будет его так забрать, чтобы никто не увидел этого – сказал Крылов.

- Это не проблема. Заберешь его прямо у выезда из управления. Никто не обратит на это внимания. Я тебя уверяю – сказал Шварц.

- Ладно. Собственно это всё сейчас уже не так важно – сказал задумчиво Крылов. – Заберу этого попа бывшего со всеми его документами и поеду в деревню. По дороге с попом сердечный приступ приключится, годы чай не молодые уже. Так что всё нормально получается. А там, в деревне появится бывший поп с подлинными документами. Захочет поп, бывший с молодой женщиной познакомиться, что, как и он приехала к могилам предков. Конечно, должен захотеть. Всё хорошо придумано. Качественно. Повод хороший подойти к этой Наталье поближе. Посмотрим, что за человек эта грузинская чекистка. Как она с попом то будет общаться?

- Желаю тебе успеха дорогой друг – сказал тихо Шварц.

- Хорошо мы с тобой поговорили. А я сам хотел уж, было бросить всё и срочно ехать в Варенцовку и застрелить эту самую Наталью от греха подальше. Но сейчас вижу, что можно еще пока не идти на этот отчаянный шаг. Хотя убрать этого агента с нашей дороги было бы очень заманчиво – ответил другу Крылов.

- Посмотри на месте. Если посчитаешь, что ситуация стала настолько опасной для нас, что иного выхода нет, то тогда убери эту женщину, как можно скорей. Она действительно мешается тут под ногами. Дел и без неё слишком много – ответил зло Шварц.

- Разберусь с нею на месте. Ладно. На сегодня хватит с меня забот, устал, как собака. Поеду домой, немного отдохну перед дорогой – сказал Крылов.

- Молод ты еще уставать мой друг. На тебе пахать и пахать надо. Ладно, шучу я, иди, отдыхай, раз так нужно. А я останусь и еще немного поработаю, мне всё для тебя подготовить по этому попу сейчас будет нужно – ответил Шварц и на этом два друга попрощались.
***

Среди ночи Федор проснулся и пошел на улицу в туалет. Когда он возвращался обратно, увидел, что Служака сидит на крыльце и о чем-то размышляет.

- Что не спишь? – поинтересовался Федор.

- Да думаю – ответил ворон.

- О чем думаешь? – продолжил задавать вопросы Федор.

- Я вам не всё рассказал сегодня о том, что в городе узнал – сказал едва слышным голосом ворон. - Я ведь из города не сразу вернулся после заседания в ОГПУ. Мне сегодня при моих нынешних возможностях расстояние от города досюда преодолеть вообще ничего не стоит. Пару раз крылом махнуть. Но не стал я спешить, к вам возвращаться. Жизнь потихоньку уму разуму учит. Пусть не в человечьем теле, так хоть в зверином теле потихоньку ума набираюсь.

- И зачем ты там задержался? – заинтересовался Федор.

- Решил я немного задержаться не просто так – начал объяснять ворон. - Нужно было перестраховаться. Мало ли что. Так вот. Я еще на какое-то время остался во дворе ОГПУ, и стал подслушивать, о чем чекисты между собой говорят после совещания. Подозрение у меня возникло. Может это объявление грузинского чекиста о том, что враг уничтожен, и режим чрезвычайного положения в губернии отменяется на самом деле, всего лишь хитрый план. Может, поняли эти дети гор, что мы их собирались провести утром и решили обмануть нас? Нельзя нам от такой возможности отказываться. Враг наш силен и опытен.

- Я согласен с тобой полностью. Вполне может быть, что наша радость была преждевременной – согласился Федор с вороном. – Может быть всё это элемент, какой-то хитрой операции, задуманной грузинскими чекистами. Вполне возможно, что это так и есть. Но рассказывай, что тебе удалось узнать?

- Сначала ничего интересного мне услышать не удалось, но потом я был вознагражден за свою настойчивость. Ты не представляешь, эти два злодея, Шварц и Крылов опять решили начать мутить воду – сказал тихим голосом Служака.

- И что эти злодеи сейчас придумали? – спросил встревоженный Федор.

Служака тут пересказал Федору весь подслушанный разговор двух чекистов. От возмущения услышанным сообщением Коромыслов в сердцах плюнул.

- Вот ведь какие ненасытные злодеи. Нет бы, им покаяться перед советской властью. Но, нет! Они снова решили творить зло! – воскликнул Федор.

- Отчаянные люди эти два чекиста. Нужно признать – сказал Служака. – Я, правда, не понял смысла их операции. Зачем Крылов решил в образе бывшего попа явиться к этой самой девице, подруге главного грузинского чекиста, которую, кстати, я знал еще, когда был сам мальчиком я так и не понял. Кстати. Была Наталья милой девочкой в своем и моем розовом детстве. Сейчас она стала палачом и шпионом. Всё течет, всё меняется.

- То, что девочка из твоего детства стала сотрудником ОГПУ, в том большого чуда нет. Со многими это произошло. Не она первая, не ей и последней быть. Вот если бы она стала птицей или, к примеру, ежом, это было бы интересно – ответил Федор.

- Ну, у тебя и шутки! – огрызнулся ворон.

- Ладно. Что дальше то? – спросил Федор.

- Дальше? – спросил ворон.

- Делать то, что думаешь? – спросил Коромыслов.

- Я вот и думаю сейчас о том, как мне духовное лицо, пусть бывшего, но попа от лютой смерти спасти. Не хочу чтобы еще один человек от рук злодеев погиб – ответил ворон.

- Это да. Это ты правильно думаешь – сказал Федор. – А только думать тут особо нечего. Надо хлопцев будить. Проблема есть – значит, её надо решить.

Через пару минут начался военный совет. Первым на совете выступил Служака. Он подробно рассказал о том, что узнал в городе, о том, что злодеи Шварц и Крылов решили убить невинного человека.

- Что скажешь, наш боевой друг Федор? – спросил Шановный.

- У меня вот такое предложение – начал отвечать Коромыслов. - Служака сейчас отнесет, пока не рассвело окончательно, Нэпмана в город. Там он затаится во дворе ОГПУ рядом с гаражом. Как гараж откроют, Нэпман определит, где машина Крылова и проберется в неё. Я считаю, что наш кот сумеет спрятаться в ней, где-нибудь под сиденьями. Вряд ли они его там смогут быстро отыскать. Вообще его никто не станет искать в машине.

- Хорошо. Но что дальше? – спросил Нэпман.

- Я не думаю, что попа злодеи станут убивать в машине. Так что в бой в машине тебе вступать вряд ли придется вступать. Но ты будешь держать ситуацию под своим контролем – ответил Федор.

- Согласен. Что еще? – спросил Нэпман.

- Сверху машину будет сопровождать Служака – ответил Федор. - А Шановный будет дожидаться на выезде из города у старой корчмы, пока машина чекистов появится. Служака ему сообщит о том, что именно та самая машина. Потом начнет наш друг начнет её преследовать по пятам, а ворон контролировать движения чекистов сверху. Вероятней всего чекисты заедут в какое-то укромное место и там постараются избавиться от попа. Так что в этот момент их и нужно будет атаковать. Втроем вы с этими злодеями вполне сейчас можете справиться. А я с Панычом останусь здесь. Так как в отличие от вас я не могу передвигаться с огромной скоростью или летать по небу.

- Вроде всё разумно. Но что-то не так – сказал задумчиво сом.

- Да и у меня тоже такое же мнение – ответил ворон.

- Что не так? – спросил Федор.

- Пойми. Опыта войны с людьми в животном виде нет ни у кого, кроме меня – ответил сом. – Неизвестно, как оно там всё сложится. Лучше меня в машину спрячьте. Я этих чекистов хвостом всех удушу лично сам. А друг наш Нэпман пусть с тобой здесь побудет. Не надо его вперед пускать, он человек не военный. Может и не справиться, если будет серьезная заваруха. Я не хочу никого обидеть, но боевой опыт это большое дело. Потом подумайте сами. Увидят вдруг всё же в машине кота и решат пристрелить. От этих злодеев, всего можно ожидать. На то они и злодеи! А вдруг найдут в машине сома? В сомов никто стрелять не станет. Сом это пища. Решат, что кто-то из товарищей подшутил, вернулись с рыбалки и поделились уловом. Максимум, что сделают чекисты, так это переложат сома в багажник. Точно не выбросят из машины. Так что Нэпман ты здесь оставайся, дорогой. А я полезу в машину к чекистам.

- Что же разумное замечание – сказал Федор. – Я думаю, надо согласиться с Панычом. Так же я считаю, что и Шановный пусть дома останется, у него тоже опыта боевого не так много. Он на войне, конечно, был, но это было давно. Так что лучше я сам пойду с братьями на это дело.

- Как ты на дело пойдешь? – возразил Шановный. – Ты может, умеешь бегать со скоростью машины? Или летать по небу? Время уходит, совсем скоро рассветет, давайте быстрее выступать. Нет времени для споров.

- Черт с вами – воскликнул Нэпман. – Летите в город. А мы с Федором выступим к опушке леса и спрячемся у развилки дорог. Я эту породу злодейскую хорошо на своей шкуре кошачьей изучил. До этого места дорога из города идет по оживленным местам. Рисковать чекисты зря не будут. А здесь у лесочка самое подходящее для этих иродов место. Тут и тихо и безлюдно, и главное кордон близко, всегда можно на происки врагов свалить совершенное ими злодеяние, если, конечно, труп будет быстро обнаружен. Но они убиенного попа постараются где-то в овражке спрятать, что бы того вообще никогда никто не отыскал. Так что здесь, на развилке дорог они обязательно машину оставят и поведут попа несчастного в лес. А мы их тут и встретим. И тогда я вам и покажу дятлы вы мои перелетные и рыбы бездонные, каков я боец! Я чекистов их порву своими когтями на куски! Всё увидите сами. Так что они мои. До этого не смейте их и хвостом трогать!

- Правильно говоришь – подтвердил слова кота Федор. – Мало того. Вряд ли Крылов, я его неплохо знаю, захочет сам лишний раз марать свои руки убийством попа. Грязную работу он, наверняка поручит сделать своему водителю. На развилке машина остановится, Крылов с документами попа вероятней всего пешком отправится в деревню, а водитель останется с попом около машины один. Вряд ли Крылов станет дожидаться водителя у машины. Не станет он попусту время терять. Так что водитель и выполнит поручение своего шефа. Выходит по всему, что поведет в лес попа вероятней всего один водитель. Значит, для нас ситуация упрощается. С одним водителем, хотя мужик он и крепкий, я его тоже хорошо знаю, мы легко справимся. Но в любом случае это только лишь наши предположения. На деле всё может быть совсем по-иному. Так что нужно срочно в дорогу начинать собираться.

- Точно. Давайте поспешать. Я побежал, встретимся возле старой корчмы – сказал Шановный и сразу же опрометью бросился в дверь.

- Я сам до корчмы доберусь – воскликнул сом.

- Успеешь ли брат? – усомнился Служака.

- Я там буду быстрее, чем ты – крикнул сом, выбегая из флигеля.

- Смотри, не попадись в сеть в спешке к рыбакам – сказал ворон.

- Не попадусь. Ты сам в столб в темноте не врежься. Храни себя брат – донесся ответ сома уже издалека.

- Ну, братцы, удачи нам всем. На святое дело идем. Невинного человека, духовную особу от лютой смерти спасать. Спаси нас всех бог и помоги нам! – сказал ворон, осенил себя крестным знаменьем крылом и вылетел в открытую дверь.

- Ну что брат Нэпман? И нам тут засиживаться времени особо нет, давай не будем от наших друзей отставать – сказал, вставая со стула Федор.

- Точно. Давай берем хвост в лапы и вперед. Человека спасти нужно и самим не подставиться, задача не простая. Мы с тобой по дороге все детали нашей операции основательно продумать должны. А на месте уже всё окончательно прикинем. Как там что может произойти. Без такого серьезного подхода нам точно не обойтись – сказал озабоченно кот.

- И я о том же говорю. Дел у нас с тобой много впереди. Всё нужно подготовить, всё рассчитать. Так что побежали, много нужно успеть сделать до того, как злодеи сюда доберутся на своей машине. А времени не так уж и много – сказал Коромыслов и почти сразу же выскочил из флигеля на улицу. Мгновение. И вот уже по предрассветному лесу вслед за ним тенью последовал кот.


Глава 19


После планерки Крылов вместе со Шварцем направились вдвоем выпускать бывшего священника Василия Кондратьева из следственного изолятора. Василий оказался стройным брюнетом средних лет, одетым подчеркнуто бедно, но выглядевшим при этом спокойным и уверенным в себе человеком. Он внимательно посмотрел на Крылова и сразу же категорически отказался ехать с ним в автомобиле в родную деревню.

- У меня куча дел еще в городе осталась, хочу дядю своего навестить, потом хотел с местным попом встретиться, узнать, как у него дела. Короче, не могу я с вами сейчас поехать, но за предложение спасибо.

Шварц немного удивленно посмотрел на священника, а потом перевел взгляд на Крылова. Крылов зло хмыкнул и сказал:

- Жаль. Хотели вас дорогой наш друг довезти с ветерком до вашей деревни. Так уж удачно получалось, что нам туда ехать, и вас, невинно пострадавшего, вот из заключения выпускают. Но раз не хотите с нами ехать, дело ваше. Навязываться мы к вам не станем.

Потом Крылов обратился к Шварцу:

- Документы нашего друга передай мне, пожалуйста. Я его отведу до КПП. Там мы и попрощаемся. Лично покажу документы дежурным, чтобы человека долго они расспросами не мучали и не запрашивали подтверждения у вас по телефону, и вернусь сюда обратно, чай перед дорогой попьем.

- Как хочешь. Бери документы. Вот они. Проведи священника до ворот, скажи охране, что с ним все в порядке, пожелай ему доброго пути, и сразу возвращайся обратно. А я пойду, чайник поставлю на огонь – ответил понимающе Шварц.

Священник недоверчиво посмотрел на чекистов, но делать было нечего. Пришлось ему вместе с Крыловым пойти к выходу из здания следственного изолятора. Машина Крылова стояла в двух шагах от дверей. Водитель стоял возле неё. Поравнявшись с водителем, чекист тренированным ударом по голове лишил чувств бывшего попа. Водитель подхватил мужчину, и они вдвоем очень быстро засунули обмякшее тело бывшего попа в автомобиль. Завершив действия, Крылов огляделся по сторонам. Явно всё прошло, как по маслу. Никто не заметил того, что произошло рядом со зданием следственного изолятора. Машина медленно поехала к выезду с территории управления ОГПУ.

Быстро миновав КПП, автомобиль Крылова проехал по городским улицам и вскоре оказался у старой корчмы на самом выезде из города. Тут с лаем за машиной вдогонку кинулась собака. Но на неё никто внимания не обратил.

- В машине тиной какой-то пахнет, на рыбалке был что ли? – сердито сказал Крылов.

- Точно, что-то тиной в машине запахло, вот ведь незадача. Я машину вчера с вечера всю привел в порядок перед поездкой. В салоне всё прибрал. Неужели это наши шутники, что-то мне в машину подбросили, пока я отлучался? – спросил сам себя водитель.

- От наших бездельников всего можно ожидать. Наверняка, подбросили в машину какую-нибудь гадость. Но ничего. Узнай, кто посмел надо мною шутки шутить, и я шутника накажу. Век меня помнить будет – зло сказал Крылов. – За мной не заржавеет.

- Узнаю. Дело не хитрое, кто-то проболтается, всегда так было и так будет. Сдадут шутника – ответил водитель.

- Ладно. Останови машину. Дышать нечем. Посмотри, что в машину подбросили – сказал недовольный Крылов.

- Сию минуту – ответил водитель и машина остановилась.

Спрыгнув со своего места, водитель стал обшаривать салон автомобиля. И вдруг он восхищенно воскликнул:

- Вы посмотрите, какой красавец!

Крылов удивленно посмотрел на водителя, державшего на руках огромного сома. Водитель стоял с выражением восторга на лице. Казалось, он готов был поцеловать сома. Крылов вдруг рассмеялся и сказал:

- Ладно, месть за шутку отменяется. Видимо кто-то из наших ребят был вчера на рыбалке. И решил таким смешным образом с нами своим уловом поделиться. Сом просто красавец!

- Да. Сом просто чудо, как хорош. Ребята хорошо пошутили – сказал восхищенный водитель.

- Ладно, некогда нам рыбой этой чудесной восхищаться. Заверни её в тряпку и закинь в багажник. У нас впереди много дел – сказал повеселевший Крылов.

Водитель быстро закинул сома в багажник, и машина продолжила свой путь.
***

Сом, оказавшись в темном багажнике машины, злобно обругал в душе обладавшего тонким обонянием чекиста. Вот ведь вражья душа! Как-то смог он унюхать его, сидел бы лучше молча, на дорогу смотрел, о планах своих злодейских размышлял. Нет же! Ему нужно было машину остановить и устроить поиск сома в салоне. Видите ли, в салоне тиной воняет! Барин, какой великий нашелся! Просто слов не было, чтобы выразить возмущение сома.

Как быстро и хорошо брат его донес до гаража ОГПУ на своих могучих крыльях, это было просто чудом. Через открытую форточку Служака пронес брата внутрь гаража. Там они просмотрели документы заведующего гаражом и определили машину Крылова. Паныч удобно разместился под задним сиденьем и быстро уснул. А Служака занял позицию на могучем дубе возле гаража. И вот теперь сом оказался на грани провала, запертым в темном багажнике.

Паныч просто кипел от негодования и готов был разорвать чекиста и его водителя своими плавниками на мелкие части. Немного остыв, сом подумал о том, что хорошо он сделал, что заменил в этой операции Нэпмана. Все же выдержки коту могло не хватить. Дернулся бы кот, и кто его знает, чем бы всё для него завершилось. А ему, Панычу, бояться нечего. Он с любым врагом совладает теперь. С этими мыслями он окончательно успокоился и выбравшись из тряпок, прильнул к щели в багажнике, для того чтобы попробовал услышать, что творится в салоне автомобиля. Но там было всё тихо.
***

Ворон летел всё время над машиной Крылова, ни на секунду не выпуская её из глаз. Вдруг он увидел, что машина остановилась. Ворон подлетел ближе. И сразу же понял, что его брат был обнаружен. Служака весь напрягся, готовый в любую секунду кинуться на врага в атаку, но тут он увидел брата, которого вынесли замотанным в тряпку из салона автомашины и переложили аккуратно в багажник. Невольно ворон усмехнулся. Всё получалось точно так, как и предполагал заранее Паныч. Его обнаружили, но выбросить такую чудную рыбу в наше время было делом вовсе невероятным. Так что его не выбросили, а бережно закутанного в тряпку торжественно поместили в багажник машины. Поняв, что брату ничего не угрожает, ворон взмахнул крыльями и быстро поднялся на значительную высоту, с которой он сразу же увидел Шановного, который бежал, высунув язык по лесной местности, догоняя автомобиль.
***

Шановный мчался со всех ног за автомобилем. Вечером он много принял на грудь алкогольных напитков. Так что в голове у него до сих пор шумело, а ноги всё время заплетались. Но он всё равно не отставал от машины, в которой ехали чекисты. Сил у него почти уже не оставалось в тот момент, когда, наконец, автомобиль остановился, как и предполагали заранее друзья, на развилке, недалеко от деревни. Шановный рванул и быстро оказался в кустах рядом с нею. Через минуту из машины вышел Крылов. Он быстро переоделся в гражданскую одежду, еще раз убедился в том, что все документы бывшего попа в полном порядке и сказал своему водителю:

- Этого попа приведи в чувство. Видимо я его чересчур сильно ударил. Но ничего. Очнется, как миленький. Человек ты опытный. Учить тебя я не буду, как с ним дальше поступить. Приведешь попа в чувство. Потом, отведешь его подальше в лес и отправишь в гости к предкам. Оружие с собой у тебя имеется. Земля эта их родная земля, так что мужик этот тут и смерть свою примет, на своей природной родине. Не всякому такая удача по нынешним временам выпадает. Так что всё должно получиться хорошо. Вопросы есть?

- Вопросов нет, товарищ командир – ответил хмуро водитель.

- Ты с ним аккуратней. Отведи подальше, застрели и схорони в каком-нибудь овраге, так чтобы его никто не нашел в ближайшее время. Если найдут, могут у нас быть большие проблемы. А нам это сейчас совсем не нужно – сказал Крылов.

- Всё сделаю по-человечески – заверил своего шефа водитель.

- Надеюсь на тебя. Не подведи меня изверг ты рода человеческого. Сам бы попа этого пристрелил, но придется мне сегодня с дамой одной интересной общаться – сказал весело Крылов.

- Оригинальная женщина эта Наталья – согласился водитель. – Она обхождения потребует. Просто так её не возьмешь.

- Да это, черт с ним. Главное, она может запах пороха учуять при встрече. Баба она ушлая, работала следователем. Мне нужно будет поостеречься. Иначе она меня в раз раскроет. А мне нужно с нею под личиной попа, врага советской власти познакомиться. И возможно, у меня и появится шанс взнуздать эту горскую кобылицу – сказал Крылов, и медленно пошел в сторону деревни.

- Не волнуйся шеф. Всё сделаю в лучшем виде. Не в первый раз такие задания выполняю, вы же об этом знаете – заверил своего командира водитель. – А с этим попиков вообще никаких проблем у меня не будет.

После этих слов водитель стал медленно вытаскивать из салона мужчину. Вытащив его наружу, водитель положил бывшего попа на землю. Потом взял в руки фляжку с водой и, набрав в рот жидкость, фыркнул лежащему на земле мужчине прямо в лицо. Мужчина медленно стал приходить в себя.

Водитель добродушно улыбался и приговаривал:

- Вот сейчас мы с тобой встанем и пойдем, прогуляемся по твоим родным местам. В этом лесу ты дружок в детстве грибы собирал. Вот и покажешь мне, где здесь самые крупные грибы растут. Вставай милый и пошли на прогулку. Не могу я с тобой тут долго рассиживаться. Пойдем же скорее. Мне домой нужно возвратиться, меня дома жена ждет с ребятишками, я им сегодня огромного сома привезу и еще мы с тобой для моих малышей грибов насобираем. Ты же не против того, чтобы помочь мне грибов для детей собрать?

- Конечно, помогу тебе грибочков для жены и детишек собрать. Почему бы и не помочь. Дети дело святое. А жена вообще твоя половина. Так что храни вас всех господь. Бог нас всех учил – помогайте друг другу. Защищайте друг друга от соблазнов и опасности. И тогда будет вам всем счастье – ответил слабым голосом, бывший поп.

- Вот и славненько. Поднимайся друг мой милый, и потихонечку пойдем с тобой в лесочек. Грибы нас там заждались. Нельзя тебе тут лежать на земле, можешь простудиться, а тебе еще жить и жить, а без здоровья, как ты будешь себя чувствовать? Очень плохо ты себя будешь чувствовать. Так что вставай и пошли родной скорее в лес – сказал всё тем же елейным голосом водитель Крылова.

Водитель аккуратно поддержал бывшего попа, когда тот вставал и вот оба мужчины медленно двинулись по направлению к лесу.
***

Федор с Нэпманом стояли, прижавшись к стволам деревьев, на опушке леса и наблюдали за тем, что происходило на развилке дорог издалека. Понятное дело они не могли слышать то, что говорили друг другу чекисты. Но когда стало видно, что Крылов направился в сторону деревни один, а водитель стал вытаскивать из машины бывшего попа, стало ясно, что предположения их оказались верными. Главный чекист не захотел сам марать руки убийством духовной особы и поручил грязное дело своему водителю. Как и предполагал Нэпман, водитель повел бывшего попа подальше в лес. Подойдя к глубокому овражку, остановил своего подопечного и приказал, наведя на него пистолет:

- Раздеться. Одежда твоя еще понадобиться трудовому народу.

Бывший священник раздевался дрожащими руками. Пальцы, похолодевшие, не слушались, не гнулись. Пуговицы, крючки не расстегивались. Путались шнурки, завязки. Водитель грыз папиросу, торопил:

- Живей, живей. Некогда мне тут с тобой время терять. Сегодня еще товарищей возить по городу.

В этот момент крепкая дубина опустилась на голову водителю Крылова и прервала его разглагольствования. Чекист упал на землю, мгновенно лишившись чувств. Бывший поп бросил на Федора, одетого в гражданскую одежду быстрый взгляд, а потом бросился к лежавшему на земле чекисту и выхватил из его рук пистолет. А затем стал снимать с лежащего на земле человека одежду. Через пару минут на земле лежал водитель Крылова в одном нательном белье.

- Вставай, дорогой мой товарищ. Ты же сам говорил, что дел у тебя невпроворот, а теперь вот так просто валяешься тут без дела. Нехорошо это – сказал почти таким же елейным голосом, что прежде сам водитель Крылова бывший поп. – Вставай родной. Тебе еще сегодня много дел нужно будет сделать.

- Вы что ребята с ума сошли? Да я вас привлеку за противодействие властям! Отдай быстро мне мой пистолет и одежду! Что за шутки такие глупые! – сказал, медленно вставая с земли, водитель Крылова. Лицо его было злым и недоумевающим.

В ответ бывший поп выстрелил, и не успел ему никто помешать. Невольно Федор отшатнулся в сторону и сказал:

- Зачем ты его убил? Что с нами теперь будет?

А мужчина подошел к краю оврага и внимательно рассмотрел тело бывшего уже водителя Крылова и после короткого раздумья выстрелил еще раз. На этот раз точно в затылок. После чего сказал, обращаясь к Федору:

- Спасибо вам, молодой человек, за мое спасение. Бог вам поможет за доброту вашу и наградит вас. Поверьте мне. Я никогда не стал бы брать на себя грех и убивать человека, но сейчас особый случай. Поймите. Нельзя было этого человека в живых оставлять. Никак нельзя! Представьте себе. Мы его бы отпустили. И что бы сделал этот человек? Вы же прекрасно понимаете, что он сейчас же поставил бы в известность своих чекистских дружков о том, что на него было совершено покушение и что в лесах прячутся враги их власти. Этого было бы вполне достаточно. И сейчас же сотни боевиков бросились бы в эти леса для того чтобы найти и покарать нас. Мы были бы обречены на смерть, если бы выжил этот человек. В этом нет никакого спасения. Я вас в этом полностью уверяю.

- Всё равно. Это великий грех – сказал удивленный поведением бывшего попа Федор.

- Я взял на себя этот грех с тяжелой душой. Но я тем самым спас нас с тобой на какое-то время от неминучей погибели. И еще. Мне сейчас выстрелить нужно обязательно было еще и потому, что шеф этого монстра ушел отсюда недалеко. И по выстрелам он теперь понял, что его водитель сделал порученную ему работу. Через некоторое время нам нужно будет решить вопрос с машиной. Мне придется переодеться в одежду водителя и перегнать машину в какое-нибудь более укромное место. Понятно, что скоро пропажа водителя с машиной будет обнаружена. Но пока это произойдет, пройдет все же достаточно много времени для того, чтобы мы могли унести отсюда подальше свои ноги – пояснил бывший поп.

- Как вас зовут? – спросил Федор.

- Меня зовут Василий Кондратьев. Я был когда-то не так давно священником. Но в последнее время был, вынужденно отторгнут от церкви. Так уж сложились обстоятельства. Сам я местный уроженец. Родился в этой самой деревне. Хотел побывать в родных местах после стольких лет разлуки. Но вот, как оно всё вышло – сказал бывший поп, переодеваясь в одежду водителя Крылова.
- Меня зовут Федор Коромыслов. Не знаю, слышали ли вы о том, что на меня была объявлена большая охота. Мне с друзьями пришлось провернуть один трюк, благодаря которому чекисты посчитали, что я погиб. Теперь меня искать перестали, но это не навсегда. Если станет кому-то известно о том, что я жив, то тогда охота на меня возобновится с новой силой – ответил Федор.

- Я много слышал о вас. Я слышал о том, что вы якобы лично убили бывшего руководителя местного ОГПУ, и вообще о вас рассказывали столько много ужасных вещей, что казалось, вы преступлениями своими перещеголяли самого легендарного царя Ирода – сказал бывший поп Василий. – Кстати, как я вам в новом обличии? Можно будет меня с большого расстояния отличить от настоящего водителя Крылову?

- С большого расстояния вас будет трудно отличить. Но есть вопрос к вам. А вы управлять автомобилем, обучены? – поинтересовался Федор.

- А собственно нет. Не обучен. Я как-то не подумал об этом обстоятельстве. Что же делать? – сказал озадаченный поп.

- Вы тогда снимайте свои обновки. Я сам оденусь в кожаную куртку чекиста и пойду к машине. А вы тоже зря времени не теряйте. Вы знаете, где была расположена усадьба местного помещика? – спросил Федор.

- В детстве я не раз бывал там. Значит, должен вспомнить, как туда добраться. Если не собьюсь с пути по дороге, то доберусь за несколько часов до данного места – ответил бывший поп.

- Хорошо – ответил Федор. – Вот сюда подошел мой пес. Он вас доведет до помещичьей усадьбы самым коротким путем. Животное тренированное специально. Доберетесь до места и ждите меня. Я туда доберусь после того, как разберусь с машиной Крылова. До скорой встречи.

- До скорой встречи – ответил бывший поп и направился вслед за молчаливым псом вглубь леса.

А Федор, переоблачился в одежду водителя и они вместе с котом пошли к стоявшей на развилке дорог машине. Через несколько минут они сели в машину и первым делом Нэпман воскликнул:

- Куда же мог подеваться наш храбрый Паныч? Он ведь не должен был провалиться сквозь землю. Что с ним произошло? Неужели мы потеряли нашего друга? Это будет просто невозможно пережить!

- А ничего страшного со мною не произошло. Я ведь ценная рыба, я всем нужен. Не то, что некоторые неразумные коты, которые почти никому не нужны – ответил Паныч из багажника. – Разве, что на шапку для пенсионеров.

- Ты откуда это бродяга голос подаешь? – спросил Нэпман. – Так ты жив рыбья твоя душа!

- Я живее всех рыб на свете. Мой чудный неземной голос тебе льется в уши из багажника. Скажи спасибо мне неразумный мелкий пушной зверек за свою никчемную жизнь. Если бы тебя обнаружили, точно так же, как обнаружили меня, могли бы сразу пустить в тебя пулю и тут же пошили бы из тебя меховую шапку. А так благодаря мне ты жив и здоров и шкурка твоя пока еще на тебе – ответил сом.

- Так тебя все же разоблачили? – удивился кот. – Неужели машину проверяли перед выездом?

- У этого чекиста, у Крылова, оказался тончайший нюх. Он смог меня по запаху раскрыть – ответил сом. – Сказал, сволочь, что в салоне машины смертельно воняет тиной и пришлось водителю остановить машину. Остановил он её и быстро нашел меня. Всё мы правильно рассчитали. Никто в меня стрелять не стал. Никто меня на улицу не выбросил. Они так и решили, что я – это подарок друзей, вернувшихся с утренней рыбалки. Но это я, а ты кот, точно был бы с отвращением в лучшем случае выброшен на улицу. И это в самом лучшем случае. Так что ты мне по гроб жизни теперь обязан!

- Я этого ничего не знаю. Но вот говорил же тебе Служака, что отнесет на своих крыльях до места и тогда бы ты так сильно тиной бы не провонял – сказал в ответ Нэпман. – А ты кинулся плыть через все топи и болота до города. Вот и провонял до ужаса. А если бы я был бы на твоем месте, то меня никто не смог бы разоблачить, я чистый и опрятный – начал тянуть на себя одеяло в споре кот.

- Так? Значит, ты не хочешь меня отблагодарить за мою героическую помощь тебе? – сказал возмущенно сом. – Я ведь спас тебя от неминуемой смерти!

- Ты меня не спас. Мало того, ты своим дурным запахом чуть нам всю операцию не сорвал – возразил кот.

- Ладно. Перестаньте ругаться между собой. Что делать то будем сейчас? Куда машину погоним сейчас? – спросил Федор.

- Но это всё хорошо. Расскажите мне. Что с водителем? – спросил сом.

- Его поп пристрелил. Духовная особа, а ведет себя, как опытный убийца из чекистской расстрельной команды. Застрелил человека, так словно стакан кефира выпил. Раз и нет. Странный он какой-то человек. Необычный в смысле он какой-то поп. Я таких попов раньше не встречал – сказал Нэпман зло.

- Я многих разных попов повидал в своей жизни – сказал Паныч. – Многие из них во время гражданской войны с оружием в руках защищали свое право на лучшую жизнь в нашей Белой армии. Даже у меня в контрразведке служили бывшие духовные лица. Ничего не поделаешь. Такова жизнь. Может быть, и этот ваш бывший поп из моих сослуживцев бывших будет? Кто знает?

- Никакого такого попа не знаю – сказал Служака, стремительно влетая в салон автомобиля. – Нам ребята нужно срочно решить, что дальше предпринять. Времени в обрез, а вы тут сидите и ничего не предпринимаете.

- Да вот, не знаю, куда машину отогнать. Скоро хватятся чекисты, что водитель пропал, так что скоро пойдет большой скандал. Поднимут снова всех боевиков в округе. Будет нам всем потеха – сказал зло Паныч.

- Ничего страшного. Всё не так плохо. Я был в гараже с самого утра и многое смог узнать. Так вот. Водитель этот договорился, что поедет сегодня на рыбалку с ночевкой до понедельника. Если вдруг нужно будет, срочно забрать из деревни Крылова то тогда начальник гаража отправит за ним другую машину. Так что пока ничего страшного не происходит, машину они не хватятся в течение нескольких дней – ответил ворон.

- Кстати, ведь и Крылов тоже может задержаться в деревне больше того срока, что планировал. Так что проблем пока нет. Он ведь тот самый человек, что знает, где золото ваше фамильное спрятано – сказал Федор. – Может быть, на охотника и зверь бежит!


Глава 20


Тем временем Крылов добрался до деревни. По дороге он с удовлетворением услышал раздавшийся из глубины леса слабый, почти неразличимый в шуме ветра, звук выстрела. Значит, решил Крылов, его водитель всё-таки исполнил свою работу. Определенные сомнения в том, что водитель справится с поручением, у него были, поднять руку на духовную особу, пусть и бывшую, было делом не обычным для пожилого человека, но теперь всё было решено. И потом, когда выстрел повторился, старый чекист подумал, что водитель его для надежности добил попа контрольным выстрелом в голову. Похвалив мысленно сотрудника за аккуратность при выполнении задания, чекист удовлетворенно щелкнул пальцами.

А когда Крылов подошел к деревне совсем близко, он увидел, что машина его уехала с развилки.

Первым делом чекист отправился к дому почтальона. Вадим сидел на скамейке возле дома. Увидев большого начальника, он вскочил с места и застыл в немом изумлении.

- Привет, дядя Вадик. Это я. Товарищ Крылов. Только запомни хорошо. Ты меня не знаешь. Я здесь по заданию. По документам я теперь бывший поп Василий Кондратьев, уроженец этой деревни. Понятно? – спросил Крылов.

- Я всё понял. Завтракать будете? – спросил почтальон.

- Позже. Сейчас отведи меня к председателю сельсовета, сообщи ему конфиденциально, кто я есть на самом деле и сообщи так же, что я здесь в деревне буду работать по особому приказу ОГПУ, и что мне мешать не следует, а наоборот следует помогать – приказал Крылов.

- Всё сделаю, как скажете – быстро согласился почтальон и сразу же он повел гостя к зданию сельсовета. Дойдя до места, почтальон прибавил шаг и забежал первым в дом. А Крылов остался на улице. Через пять минут почтальон выскочил на улицу и пригласил своего гостя войти в сельсовет.

Когда Крылов вошел в большую горницу, перед ним тут же встал председатель сельсовета и протянул свою жилистую руку для пожатия. Пожав руку председателю сельсовета, чекист по-хозяйски разместился на стуле возле стола председателя.

- Я Василий Кондратьев. Бывший поп, уроженец данной деревни, приехал навестить могилы предков – сказал, протягивая свои документы председателю Крылов.

- Конечно. Хорошее дело. Спасибо товарищ. Сразу хочу доложить вам. Мы тут работаем не покладая рук над восстановлением деревни. Многое уже сделано. Но намного больше нам еще предстоит сделать. Так что каждый день наш наполнен трудом на благо нашей социалистической родины. Каждый день мы работаем над выполнением заданий партии и правительства и лично дорогого и обожаемого нашего гениального вождя товарища Сталина – быстро произнес председатель сельсовета.

- Господь вас за это наградит, сын мой – ехидно ответил Крылов.

- Нас наградит партия и советский народ, но впрочем, что конкретно от меня нужно? – спросил председатель сельсовета.

- Давно бы так. Ближе к делу. Речи все научились толкать, а толку в них мало! За цветистыми речами часто скрываются изменники и предатели. Вот вы. Не имеете ли планов бежать через кордон к буржуазным элементам в соседнем капиталистическом государстве? – спросил зло Крылов.

- Да, как вы такое могли подумать? Я красный гвардеец. Я сражался под Кузьминкой! Я брал в гражданскую войну станцию Шербетовка! Да я жизни своей для партии не пожалею! – вскричал председатель сельсовета. – Я за товарища Сталина горой стою!

- Вот теперь верю в вашу искренность! – сказал Крылов. – Молодец! Правильно жизнь понимаешь. А теперь перейдем к делу. Мне нужна будет ваша помощь. Сообщите своим людям, что приехал в деревню её уроженец, такой-то, бывший поп. Если кто помнит его или его предков – пусть помогут человеку. Но сделать это нужно будет очень аккуратно. Так чтобы никто не догадался, что вместо бывшего попа в деревню приехал крупный чин из губернского управления ОГПУ. Вам всё понятно?

- Приказ ваш понят. Всё сделаю, что смогу. Понятно. Значит, проверять будете на религиозность и на крепость веры в советскую власть. Раз надо, значит надо – быстро ответил председатель сельсовета. – Надо подумать, как лучше всё организовать. Правильно проверку решили сделать. Живем у границы. Народ в основе своей темный. Могут и поддаться на вражескую пропаганду. Что же сделать то? Кому поручить вас? Поручу-ка я вас нашему комсомольскому активисту. Павел Котов. Так зовут этого парня. Пусть он с вами позанимается. Сейчас я его сюда приглашу. Один момент.

С этими словами и с хитрой улыбкой на лице председатель сельсовета выскочил из горницы на улицу. Через несколько минут он вернулся назад. Но уже не один, а в сопровождении молодого человека, примерно двадцати лет отроду.

- Знакомьтесь, гражданин, бывший поп, с нашим лидером молодежи села. Первый парень на деревне. Павел Котов. Вот этот хороший человек вам все покажет и поможет. Кстати. Вас как зовут, а то я могу перепутать – спросил с широкой улыбкой на лице председатель сельсовета.

- Господь простит вам за доброту вашу все ваши грехи. Ведомые и неведомые. Благослови вас святая Троица! Зовут меня Василием Кондратьевым. Родился я в этой деревне. Вся моя жизнь связана с этим уголком нашего святого отечества! Долгие годы я жил вдали от родных мест. Но пришел возраст. Пришло время посетить и мне отеческие могилки, посмотреть на то, во что превратилась моя малая родина – ответил Крылов.

- Дел у меня полно. С попом вашим бывшим пусть почтальон занимается. У него всей работы – газеты и журналы раздать. А у меня забот полон рот. Так что нет – возразил комсомолец.

- Это приказ. Не могу я гражданина бывшего попа поручить заботам почтальона. Человек он старый. Короче. Это не просто просьба, это тебе мое поручение, как большевика. Надо его выполнить. Так что перестаем торговаться. Мы с тобой не на базаре. Понятно? – спросил председатель сельсовета.

- Понятно. Хорошо, забираю я с собой этого бывшего попа, но ночевать у себя оставить не смогу. У нас дома грудной ребенок – возразил Павел.

- Павел. Хорошо. С местом ночлега нашего гостя мы позже разберемся. Верней всего поместим его у почтальона. Живет он один, вот пусть гость у него и поселится на время. Нашему почтальону самому будет веселее – согласился председатель сельсовета.

- Тогда ладно. Пойдем, я вам село покажу гражданин, бывший поп. Найдет старожилов, может, кто и вспомнит, где могилки ваших родственников. Кстати. Вы не один приехали в эту деревню навестить прах ушедших в вечность предков. Вчера сюда приехала молодая женщина с такой же точно миссией – сказал, выходя из сельсовета Павел.

Поход по деревне оказался успешным. Очень быстро нашлись люди, которые знали Кондратьевых или, во всяком случае, слышали о них. Кто-то даже вспомнил и маленького Василия, но понятное дело помнили они его крайне слабо. Но, несмотря на это, жители деревни заинтересовано расспрашивали мужчину о том, как сложилась жизнь бывшего жителя деревни. Мнимый Кондратьев коротко рассказал, то, что успел узнать о Василии из его документов.

Потом пожилые люди рассказали о том, что практически все жители деревне недавно были уничтожены во время бандитского налета заграничных бандитов. Сами они в большинстве своем жили в деревнях поблизости от данного места. Но, не смотря на это, бывали в этой деревне много раз и помнили многих из её прежних жителей. Но понятное дело далеко не всех.

После беседы один из пожилых новых жителей деревни проводил фальшивого бывшего попа на кладбище и указал место, где были могилы предков Кондратьева. Взяв у старика лопату и тяпку, Крылов стал бережно обихаживать могилы абсолютно чужих ему людей.

- У вас хоть могилка есть господа Кондратьевы – невольно подумал Крылов. – А у вашего потомка Василия, уж так получилось, ничего нет. Растащат его косточки по своим норам лисы. Вот и всё, что останется от вашего парня. Жаль, но он попался нам на пути не в тот момент. Но тут уже ничего не сделаешь. Судьба видно у него была такая несчастная. Так уж вышло. Теперь ничего уж не изменишь.

Тут неожиданно Крылов увидел Наталью. Она тоже с серьезным видом прибиралась на могилке совершенно чуждой ей человеческой личности. Невольно смех чуть не вырвался у Крылова. Он подумал:

- Не уж-то и у меня такая же фальшивая печальная физиономия сейчас, как у этой молодой женщины, разыгрывающей спектакль неизвестно для кого. Это просто ужасно.

Но на деле Крылов ничем не выдал своих мыслей. Наоборот. Он с еще большим усердием занялся своей работой.
***

Когда машина, в которой теперь располагались, Федор Коромыслов со своими друзьями, уже стала подъезжать к усадьбе, Нэпман спросил:

- Как мы будем себя вести с этим бывшим попом? Да и вообще. Что с ним дальше делать?

- Правильные ты вопросы ставишь – согласился Федор. - Всё так и есть. Теперь после всего, что случилось сегодня в лесу, этому человеку хода назад в его прошлую жизнь нет. В любом случае исчезновение водителя Крылова будет выявлено в самом ближайшем будущем и начнется розыск. Чекисты сразу поймут, что водителя убил бывший поп. Все его данные у них имеются. Так что человеку нужно срочно бежать из страны. Иначе его точно найдут и казнят. Такие печальные дела.

- Черт с этим попом! – гневно воскликнул сом. - Чем об этом проходимце думать, уж лучше подумайте о том, что сами теперь будем делать? Теперь мы с этим попом сами попали в историю! Только вчера радовались, что охота на нас была официально прекращена, а теперь она снова начнется. Пропал водитель возле этой деревни. Так? Та! Это значит. Приедут чекисты именно сюда. Начнут они поиск с собаками и быстро найдут труп. Так? Так! А потом пойдут по следам попа и Шановного прямо до нашего родного поместья. Так? Так! Всё так и будет! Так что нам самим теперь придется бежать за пределы страны. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше! Помогли мы этому попу на свою голову!

- Не кричи ты так – попытался урезонить сома Федор. – Время есть у нас впереди. Успеем отсюда убраться. Не волнуйся!

- Как не волноваться? Тут вся наша жизнь под удар поставлена! – сказал сом.

- Не могли мы допустить, чтобы человек погиб – ответил ворон.

- Мы одного человека спасли, а другой человек погиб – возразил сом.

- Туда ему и дорога – взвился зло ворон. – Я слезки лить по чекисту не стану.

- Я тоже не стану – ответил сом. – Но делать то, что теперь? Потом может этот поп сам не тот, за кого себя выдает? Может он агент ОГПУ. Им чекистам закон не писан, мог специально водителем пожертвовать.

- Ты говори, но не заговаривайся! Как чекисты могли узнать, что мы разговор их подслушали? – продолжил упираться ворон.

- Хорошо. Предположим, что чекисты действительно не могли знать, что ты их подслушиваешь. Но всё равно стоит ли нам полностью доверять попу? – возразил сом.

- Хватит вам сориться. Придется нам вероятней всего пересмотреть наши планы. А попу этому пока открываться не будем, рассказывать о том, что вы необычные звери. Прощупать нам его для начала надо. Что за человек такой узнать.

Тут машина въехала в открытые ворота помещичьей усадьбы. Федор остановил автомобиль у флигеля. Друзья стали покидать машину, а навстречу им вышел из укрытия бывший поп и вместе с ним Шановный. Пес неожиданно сказал:

- Друзья! Хочу вам представить моего старинного друга батьку Кондрата.

Федор невольно ахнул:

- Батька Кондрат? Это тот самый неуловимый бандит из соседней губернии, которого уже десять раз убивали, а он все время оживал? Не может быть!

- ВЫ, как мне уже успел рассказать мой друг Шановный тоже преспокойно живете и не кашляете, хотя официально давно лежите на дне реки. Так что не надо прибедняться – ответил мужчина.

- А как же ваши документы бывшего попа? – спросил Федор.

- Васька мой старинный товарищ. Сбежал он совсем недавно за кордон. Был я у него в гостях там. Поговорили. Советский паспорт ему теперь не нужен, так что оставил свои документы он мне. Я с этими документами легализовался в своей губернии – ответил бандит.

- А за какой надобностью решил приехать в эти края? – поинтересовался сом.

- Есть тут одно важное дело у меня. Я о нем вам позже расскажу – ответил бандит.

- Когда это ты друг мой Шановный успел с батькой Кондратом познакомиться и подружиться? – спросил изумленный Нэпман.

- Дела давно минувших лет. С батькой Кондратом я познакомился в те времена, когда в своем родном университете учился. Правда, я был в момент нашего первого знакомства уже студентом выпускником, а он только поступил учиться. Мы тогда не стали большими друзьями. Подружились мы уже на мировой войне. Мы служили в одном полку. Много нам пришлось вместе перенести в тот период жизни. Не раз выручали друг друга из опасных ситуаций. Потом, когда я был ранен, мой товарищ часто навещал меня в госпитале. Затем пути наши на долгие годы разошлись. Уже и не думал, что вновь увижу старого друга. А потом неожиданно я встретил батьку Кондрата во время одной из своих командировок в соседнюю губернию. Потом мы встречались еще несколько раз. Мой друг рассказал мне о том, как сложилась его жизнь. Я знал, что мой друг стал батькой Кондратом, главным врагом советской власти в соседней губернии. Я не стал тебе, Нэпман, ничего рассказывать об этих своих встречах со старым товарищем, так как не видел в этом никого смысла. А сегодня когда мы вдвоем пошли к поместью, я не сдержался и серьезно напугал своего друга – ответил Шановный.

- Да уж, напугал ты меня сильно. До сих пор поджилки трясутся – согласился батька Кондрат с товарищем.

- Так вот. Сначала напугал, а потом взял и рассказал своему товарищу обо всех наших делах. Не мог я правду от друга своего скрывать – продолжил Шановный свою речь.

- Понятно – промолвил кот.

- Ну что стоим? Давайте, раз такое дело, раз мы имеем честь приветствовать в своем имении славного батьку Кондрата, то пройдемте в дом и там продолжим наш разговор! – сказал Служака.

- Вы находитесь в нашем родовом имении батька Кондрат. Будьте нашим гостем! Милости просим! Условия у нас скромные, но и это ныне благо великое! – сказал Паныч.

- Спасибо! – ответил бандит и вошел первым во флигель.

- Как вам наша крепость? – спросил Служака у батьки Кондрата, когда все разместились за импровизированным столом во флигеле.

- Неплохо вы тут устроились. Жаль, но, похоже, вам отсюда нужно будет, как можно скорее бежать. Так уж получилось, что из-за меня у вас возникнут большие проблемы. Это не шутки. Нужно срочно уходить отсюда. Скоро может начаться облава – сказал батька Кондрат.

- Да. Вы правы – согласился с собеседником Служака. – Мы эту ситуацию обсуждали во время поездки сюда. Но время у нас все же есть, и бежать сегодня нам не обязательно. Дело в том, что водитель предупредил своего начальника гаража, что собирается на рыбалку на несколько суток. Так что пропажу машины и водителя сегодня не обнаружат.

- Это замечательно. Но в любом случае через сутки, пропажа водителя и машины станет очевидной для чекистов. Так что нужно готовиться к отступлению из этой усадьбы уже сейчас – сказал батька Кондрат.

- Вы опять правы. Но у нас тут есть одно важное неоконченное дело – сказал Служака. – Это дело, которое следовало бы завершить перед уходом за кордон.

- И у меня есть одно неоконченное дело. И его тоже хотелось бы мне завершить до ухода за кордон. Но тут я должен перед вами господа повиниться. Я не знал, что вы, наследники, живы. Я хотел найти и присвоить себе клад вашего батюшки - признался батька Кондрат. – А теперь я в сомнении. Как мне поступить?

- А как бы вы отнеслись к предложению вместе с нами побороться за клад? – спросил Паныч. - Нас тут пятеро бойцов, станете шестым участником нашей группы. В случае успеха получите свою долю, точно такую же, как и все.

- Я не сильно люблю делиться, чем либо. Это правда. Но спасителей своих обманывать я не стану. Да и потом. Если мы сработаемся, то явно этот клад по сравнению с теми богатствами, которые мы сможем получить за кордоном, в свободном мире, с вашими фантастическими талантами просто мелочь. Так что я с вами. Ваш друг с опытом чекистской работы нам тоже поможет в будущем и сейчас, так что я ничего против него не имею, пусть он и бывший чекист, так что вхожу в вашу группу с огромным удовольствием! – заверил батька Кондрат.

- Не выйдет ли у вас конфликта с Федором? Вы известный бандит, Федор ловил бандитов. Не окажется ли вам тяжело работать в одной группе с таким человеком? – спросил Служака. – Знайте. Федор наш человек, мы его в обиду не дадим!

- Не будет у нас никакого конфликта – ответил батька Кондрат. – Один человек в нашем коллективе – это огромный риск. Нужен второй человек. Тут нет сомнений. Я не буду лишним, как и Федор. А с людьми находить общий язык я умею. Вижу, что Федор тоже умеет с людьми ладить. Так что готов поклясться, что всё у нас будет нормально.

- Хорошо. Тогда считаем, что ты принят в наше братство батька Кондрат – сказал важно Паныч. – Надеюсь, возражений нет?

- У меня все же есть пара вопросов – сказал Федор.

- Задавай свои вопросы. Постараюсь тебе на них ответить – быстро ответил батька Кондрат.

- Насчет ситуации в лесу. Как ты допустил, что палач тебя едва не застрелил? Если ты такой известный бандит, что ты сразу с водителем не разобрался? – спросил Федор. – Он тебя чуть не убил.

- Молодец. Хороший вопрос пан Федор – сказал с улыбкой батька Кондрат. - Думаешь, что я не совсем тот, кем себя выдаю? Всё же чекист есть чекист везде и всегда. Всех подозревает. И правильно делает. Но тут всё логично, я тот, кем себя перед вами назвал. И дело даже не в том, что Шановный меня знает с юности. Чекист вел меня подальше в лес. Меня это устраивало. Я не мог напасть на водителя возле машины. Старший чекист сразу бы узнал о моем нападении. Поэтому я и пошел безропотно в лес. И при этом всячески старался создать у своего палача иллюзию своей беззащитности. Вы это видели. Я лежал на полу. Я всячески изображал свой страх. Вы видели, как я дрожащими руками пытался раздеться. Я рвал пуговицы и мог порвать рубашку. Я подумал про себя, что такой хозяйственный мужик не вытерпел бы долго и подошел бы ко мне и начал бы помогать, освободиться от одежды. Тут я бы его и убил. Так что план мой был вполне рабочим.

- Хорошо. Принимается. Теперь ответь мне на второй вопрос. Как тебе удалось узнать о кладе? – спросил Федор.

- Опять похвалю тебя, Федор. Молодец! Правильный вопрос ты задал. Этот момент очень важен, без него дальнейшее сотрудничество воистину невозможно – сказал, восхищенно цокнув языком, батька Кондрат. – Отвечаю, всё как есть на самом деле! Не стану я ничего от вас скрывать. У меня есть в этих краях, точнее была, одна старая подруга. Мы с ней расстались много лет назад. С тех пор я об этой женщине не имел никаких известий. Так вот. Однажды, мне мой информатор сообщил о том, что к нам в местное губернское управление ОГПУ прислали женщину из соседней губернии. Зовут Александра Евтушенко. Я сразу же начал расспрашивать, как она выглядит. По всему выходило, что на работу в нашу губернию перевелась моя давняя подруга.

- Я слышал о такой женщине – подтвердил Федор.

- Так вот – продолжил свой рассказ батька Кондрат. – Я узнал, где поселилась моя бывшая любовь. И нашел, возможность встретится со своей старой подругой. Старая любовь не ржавеет. Наши чувства прошли испытание временем. Мы снова почувствовали себя юными влюбленными парнем и девушкой. Мы практически каждый день находили время для встреч. И в одну из наших встреч мне моя подруга поделилась своими опасениями.

- Какими опасениями? – спросил Шановный.

- Я сначала не обратил на её слова никакого внимания – ответил батька Кондрат. - Но потом вник в суть её рассказа. Оказалось, что она случайно стала свидетелем разговора между старшими чекистами о том, что они присвоили какой-то ужасно богатый клад помещика, который жил в своей усадьбе недалеко от деревни Варенцовка. Они его зарыли где-то недалеко от деревни.

- Это были Шварц и Крылов! – воскликнул Служака.

- Всё было просто, как в сказке – продолжил свой рассказ батька Кондрат. - Документы Василия говорили, что я бывший житель деревни Варенцовка. Так что всё складывалось самым лучшим образом. Я готов был всё бросить и отправиться в соседнюю губернию за кладом. С таким богатством можно было бы перебраться за кордон и жить там припеваючи вместе с моей подругой! Я рассказал ей о своих мыслях. Но моя подруга сказала, что опасается того, что старшие чекисты всё же её заподозрили. Не зря же они от неё избавились, направив на работу в соседнюю губернию. И она опасалась, что за ней и здесь может вестись слежка. Нужно признать, что я не отнесся к её опасениям серьезно. И зря!

- И что случилось? – спросил Паныч.

- Мы с подругой договорились встретиться вечером у неё в квартире – сказал, помрачнев от неприятных воспоминаний, батька Кондрат. - Я к назначенному сроку пришел и стал своим ключом медленно открывать дверь. Тут я почувствовал, что в квартире что-то неладно. Я весь собрался и ворвался внутрь. На кровати лежала вся в крови моя подруга. Я подошел и наклонился к ней. Она приоткрыла глаза и сказала мне, что она ничего обо мне не рассказала, хоть её и жестоко пытали. После этих слов моя подруга вздрогнула и умерла. А тут раздались вопли на улице. Ловите бандита. Батька Кондрат зверски убил женщину из ОГПУ. Короче. Не стану рассказывать, как мне удалось уйти из этой западни. Только после этой истории появилось у меня твердое желание разобраться с этим кладом, да и должники у меня тут завелись. И долг этот я прощать, не намерен.

- Я слышал рассказ о том, что чекистку зверски убил в соседней губернии местный главный бандит. Так что всё подтверждается. Будь нашим товарищем батька Кондрат – сказал Федор.

- Добро! – согласился старый бандит.

Назад